Пробуждение Странника - Уилкок Дэвид - Страница 10

Наконец, после дикого танца, я прошел тест с летающими цветами. Я понимал, что полностью готов к своей миссии. Я сделал глубокий вдох перед сокрушительным падением в тяжесть третьей плотности в конце 20-го века.

Моя близнецовая душа, еще воплощенная на Земле как стенографистка Эдгара Кейси Глэдис Дэвис, стояла рядом со мной в своей арктурианской форме. Позже она возьмет себе имя Свет или Лючия. Когда наступит нужный момент, мы двое будем работать вместе, чтобы учить и воспитывать новое Эго, имя которому мы уже выбрали — Дэвид.

Мое “я” шестой плотности гордилось тем, что я, наконец, завершил все приготовления и был готов уйти. Лючия быстро мысленно попрощалась со мной, зная, что не увидит меня несколько земных лет, пока я не обрету контроль над детским умом.

Я телепатически попрощался с ней с большой любовью. “Не волнуйся, дорогая Лючия, — сказал я, — все будет хорошо”.

“Я знаю, — ответила Лючия. — Мы на тебя рассчитываем”. Мы тепло обнялись. Я повернулся и начал свой полет.

Пройдя через стены орбитальной станции Арктура, я начал стремительное нисхождение; голубое пятнышко Земли становилось все больше и больше. Я ощущал страдание сжатия в физическую материю.

Я чувствовал, что забываю все, кем и чем я был, образуя новое Эго. Мне придется напряженно работать над тем, чтобы преодолеть процесс забвения посредством снов и синхронизма.

Этот вопрос я задавал себе почти с самого рождения. С того момента, как себя помню, у меня были фантастические сны о массовом появлении НЛО. Они летели низко над Землей и почти всегда имели форму бескрылых цилиндров.

Они были колоссального размера и часто затемняли большую часть поля зрения. Сон всегда начинался одинаково.

Я выхожу во двор, держась за руку мамы. Мама здесь, со мной и любит меня. Ярко светит Солнце, воздух теплый, а деревья очень зеленые. Я тих и спокоен. Мир — это очень счастливое место.

Вдруг появляется волна нового ощущения; я чувствую, что вот-вот что-то произойдет. Я сжимаю мамину руку. Реальность останавливается, резко останавливается. Воздух становится кристаллическим, энергетическим и живым — он сияет.

Я чувствую себя так, как будто плыву в трех метрах над собой, кружится голова, и мне трудно встать. Меня охватывает благоговение, какого я никогда раньше не испытывал. Становится трудно дышать, и тут в небе появляются они. Они огромны, невероятно огромны.

В ярком голубом небе, справа, плывут сверкающие металлические корабли, одни квадратные, другие круглые и обтекаемые. Они летят цепочками, один за другим, и, кажется, дрожат в полете, почти как листья на ветру.

Корабли настолько огромны, что заполняют все небо с той стороны, куда я смотрю. Земля темнеет. Они летят так низко к земле, что пугают меня. Боже, они должны задевать верхушки деревьев!

Корабли красивы. И, кажется, делают все, чтобы мы с мамой за ними наблюдали. Во всей моей жизни я никогда не видел ничего более завораживающего.

Дыхание замирает, пока я наблюдаю, как они скользят над верхушками деревьев, такие гигантские, такие фантастические. Я хорошо их вижу. Большая часть их напоминает длинные, серебряные цилиндры без крыльев, скользящие на невидимых потоках энергии.

Боковые двери одних кораблей открыты, внутри корабли полые и металлические. Другие, кажется, летят лучше и лучше маневрируют. Ни один корабль не выглядит как нечто, что должно находиться в небе. Однако они выполняют фантастические трюки в воздухе, проносясь со свистом с ловкостью самых замечательных насекомых.

Внезапно что-то происходит. Я шокирован. Огромные, они подлетают близко к земле, слишком близко. Один возможно сбившийся с пути корабль заполняет небо и пикирует в небольшом удалении от нас. В трех или четырех кварталах от меня длинная масса металла врезается в землю, хотя не слышно удара или какого-то сотрясения.

Корабль приземлился! Кажется, это произошло слишком близко, может, даже на соседней улице. Мне следует, нам следует пойти и посмотреть. Мы должны понять, что это, кто внутри, и как оно сюда попало. Не могу поверить, что это произошло. Я знал, что он летел слишком близко к земле.

Должно же быть что-то, что я могу сделать, чтобы помочь. Я должен его найти. Я должен пойти и посмотреть. Я знаю, что он огромен; о, Боже, он так огромен, так красив, так фантастичен! Почему его друзья не идут к нему на помощь? Мама, пойдем, мы должны его увидеть… Это самая великая вещь, когда-либо…

Потом мы вдруг оказываемся на заднем дворе. Я смотрю в пустое пространство и вижу деревья. Деревья живые. Деревья гигантские. Листья улыбаются мне в сияющем солнечном свете. Воздух наэлектризованный, живой, разумный.

Но деревья не одиноки. Нет, не одиноки. Не знаю, как, но как-то оказалось, что пустого пространства, которое определенно должно быть за этими фантастическими, высокими деревьями, больше нет.

На его месте стоит гигантская, кажущаяся серой башня. Она намного выше, чем деревья; намного выше, чем все, что ее окружает, Она далеко и все же слишком большая; немыслимо.

Боже мой, как огромна эта башня! Невозможно. Невозможно. Я лечу. Они летят. Сейчас я вижу, откуда они прилетели. Отсюда. Сейчас я лечу над ними и могу их видеть.

Башня связана с аэропортом; это башня, которой они могут пользоваться для обзора. Корабли лениво плывут в воздухе.

Это их дом. Много кораблей стоят на земле ровными рядами. Все вокруг серого цвета: земля, башня, корабли. Я здесь. Я вернулся. Я дома.

Это аэропорт. Кажется, я когда-то покинул это место, а сейчас вернулся. Все вокруг так знакомо, так красиво; я ощущаю свою принадлежность к этому месту. Сейчас я вернулся; меня не было здесь так долго. Так долго, так печально, но сейчас, наконец, я дома.

УДАР!

Резко просыпаюсь, сажусь в постели. О, нет! Опять… Опять. Я вновь в той же самой комнате. Они ушли, ушли, ушли… Я хочу, чтобы они вернулись. О, Боже, пожалуйста, верни их назад.

Я не хочу оставаться здесь. Пожалуйста. Должен быть способ вернуться. Я здесь, и я одинок. Где вы? Где вы? Я скучаю, я хочу, чтобы вы вернулись.

Пожалуйста. Я хочу, чтобы вы вернулись.

Я плачу, плачу… Лицо мокрое от слез. Пожалуйста, вернитесь, не оставляйте меня здесь. Пожалуйста, вернитесь! Пожалуйста, вернитесь! Вы мне нужны, так отчаянно нужны! Разве вы не видите, что я плачу?

Почему вы не отвечаете? Мне нужно вас найти, мне нужно знать, откуда я, я должен найти способ вернуться.

После изложения вышеприведенного отрывка, в своем личном журнале я записал следующее:

Даже сейчас, когда я это пишу, меня переполняют ощущения печали и заброшенности, и я буквально в слезах.

Эмоциональная напряженность тех снов была настолько интенсивной, что до сих пор в моей жизни я не чувствовал ничего подобного. Я рассказывал эти сны маме, надеясь на ответ, надеясь на некое понимание.

К моему вящему изумлению, она описывала очень похожие сны; сны о гигантских цилиндрических космических кораблях, заполнявших небо, наряду с самыми удивительными ощущениями, которые кто-либо мог когда-либо испытывать. Происходило нечто действительно странное.

Через день или два жизнь входила в обычное русло, но очень ненадолго. До следующего сна. Это было невероятно грустное время.

Я задал себе этот вопрос однажды ночью, весной, когда мне было пять лет. Я проснулся с самым странным ощущением: я чувствовал себя легким и не знал, почему. Я обнаружил, что потолок слишком близко, гораздо ближе, чем должен быть.

Появилось очень странное ощущение, что я плыву. Я снизился, рука опустилась слишком низко. Какого черта? Где кровать? Что происходит?

Я посмотрел вниз, как будто развернулся в пространстве, и увидел нечто, что никогда не ожидал увидеть, — мое тело в темной комнате, лежащее в постели и мирно спящее! Я был удивлен, потрясен тем, что вижу. Одновременно я был собой и был там; это было мое тело, но сейчас я находился снаружи и смотрел на него!