Умереть дважды - Тамоников Александр Александрович - Страница 32

– Даже так? Что ж, слушаем!

Акрани передал текст короткой записи, прочтенной им на листе перекидного календаря в кабинете Тургая, объяснив, кто такой Юнис Арияз и чем он занимается.

Крымов, выслушав разведчика, наморщил лоб:

– Так! Значит, этот ублюдок Тургай скрыл от своего руководства факт захвата российских пилотов с целью их продажи подонку Ариязу? Ну и тварь! И вообще, здесь, кроме продажи наркоты, оружия и людей, талибы еще чем-нибудь занимаются?

– Занимаются. Грабежами и уничтожением всего, что не соответствует их идеологии. При этом не забывайте, что отряды талибов весьма боеспособны. Удалось же им взять под контроль почти весь юг Афганистана…

– Это меня больше всего и удивляет. Что ж, посмотрим в реальности, что они за воины.

– Теперь придется поторопиться, чтобы не опоздать посмотреть на боеспособность талибов и освободить пилотов, – сказал Тимохин.

Акрани согласно кивнул:

– Да! Тургай ожидает прибытия работорговца Арияза 23 июня. Время точно не отмечено. Так что тот может объявиться в Галистане как ранним утром понедельника, так и поздним вечером. Поэтому удар по базе Тургая, а заодно и по банде Джумы в Джилаке, надо наносить не позднее воскресенья, то есть послезавтра.

– По Галистану вопросов нет: обсудить еще раз план действий – и можно провести акцию хоть завтра, – проговорил Крымов. – А вот с Джилаком сложнее. Завтра в 6.00 группы только выйдут на рубеж подготовки штурма. Им будет необходим отдых после длительного и сложного марша. Плюс время на масштабную разведку, выбор позиций, определение варианта действий, ну и сам выход на рубеж штурма.

– Проверку связи, обеспечение прикрытия, распределение сил, организации взаимодействия, – добавил Тимохин. – Даже с помощью всезнающего и опытного проводника на это уйдет более суток. В лучшем случае группы отработки базы Джумы будут готовы к полудню воскресенья. На карте мы провели логическую игру, смоделировали порядок действий – но то на карте. Как будет развиваться акция в реальности, зависит от обстановки, которая сложится непосредственно на момент штурма. Выведет Джума на плато дополнительные страхующие силы – и все планы полетят к чертям собачьим, хотя для этого у него, как и у Тургая в отношении пилотов, никаких оснований нет. Но это с нашей точки зрения. В черепушки к главарям банд мы, к сожалению, заглянуть не можем. Не придумали еще такого прибора, чтобы читал мысли людей.

– А жаль, – подмигнул Акрани. – Было бы неплохо сидеть где-нибудь в укромном месте и слушать то, о чем думает твой враг.

– Помечтаете еще, – сказал Крымов. – Но позже. А сейчас давайте-ка вместе пройдемся по плану освобождения наших пилотов. Может, что полезного подскажет наш афганский друг?

– Непременно, полковник, если в этом возникнет необходимость.

– Но сначала скажи, Шакур, в Кандагаре тебя искать не будут?

– Может, и будут, но это бесполезно.

– Уверен?

– Абсолютно!

– Хорошо! Тогда за дело.

И начальник отдела спецмероприятий повернулся к Тимохину.

– Доложи, Саня, план предстоящих действий по освобождению пилотов.

Офицеры склонились над схемой селения, переданной Акрани в Главное управление по борьбе с терроризмом. Говорил командир группы «Орион» недолго, закончив доклад словами:

– Таким образом, запутав противника и выбив основные силы банды, мы вытаскиваем из зиндана пилотов и отходим к Чардану, куда вызываем вертолет для быстрой эвакуации в район Кадинкота.

Александр взглянул на Акрани:

– Как тебе план, Пуштун?

– План неплох, но вы планируете нанесение удара по базе Тургая с двух направлений, тотально зачищая северо-западный сектор селения и отсекая юго-западный сектор из рощи через арык по дороге из Буриши. А это самые укрепленные противником направления.

– Но мы не можем обойти кишлак с юга, – воскликнул Крымов. – Мешает перевал Гали, виноградники перед ним и открытое пространство между виноградниками и кишлаком. Если мы начнем разворачивать силы на юге, то это грозит обнаружением группы местными жителями. А если мы будем обнаружены, то Тургай успеет поднять всех своих бандитов и занять оборону, особенно усилив ее у места содержания заложников.

Акрани вновь согласно покачал головой:

– Все это так! С юга наступать нельзя, но почему вы не рассмотрели вариант атаки с востока?

Старшие офицеры переглянулись. Крымов спросил:

– Это через восточную часть кишлака, где проживает мирное население?

– Да!

– Но мы реально можем застрять в этой части кишлака. Ведь придется идти по улице, на которой наверняка будет полно народу? А это женщины, старики, а особенно дети. Они обычно большими группами копошатся в пыли афганских кишлаков. По опыту знаем.

Акрани хитро блеснул глазами:

– А не надо идти центральной улицей. Вот здесь, – он указал на схему, – параллельно ей тянется проулок. И тянется он до самой мечети. Точнее, до площади у мечети. За ней же – территория базы. Этот проулок когда-то был главной улицей, пока кишлак не расстроился. И там людей практически нет даже днем. Это я тоже по личному опыту знаю. И что самое главное, восточное направление практически не прикрывается. От площади у мечети до усадьбы Тургая и сарая с заложниками всего пара домов, один из которых мой. Если одна группа нанесет удар по кишлаку со стороны рощи немного раньше, но не станет развивать атаку дальше усадьбы Тургая, то вторая группа гарантированно быстро выйдет к месту содержания заложников. Охрана у сарая плевая – два, от силы три боевика. Их вы отработаете в считаные секунды. И пока будет идти бой в усадьбе Тургая, вытащите пилотов. Ну а затем действия по вашему плану! Не знаю, конечно, – не мне вас учить, как проводить антитеррористические акции, – но я бы действовал с северо-запада и с востока. Таково мое личное мнение.

Тимохин взглянул на разведчика:

– Почему ты раньше не сказал, что в кишлаке имеется проулок, которым население практически не пользуется?

– Потому, что никто меня об этом не спрашивал.

Командир «Ориона» перевел взгляд на руководителя операции:

– Ну что, Крым? Пуштун прав, изменение направлений нанесения удара по Галистану усилит наши позиции. Будем менять план?

– Придется! – Крымов посмотрел на Акрани: – А если бы ты, Пуштун, не получил отпуска? Мы так и не узнали об этом чертовом проулке?

– Узнали бы. И сегодня же. Вместе с информацией по Ариязу.

– Ладно! Давай, Саня, карандаш! Отрабатываем новый план штурма кишлака Галистан.

Через два часа новый план решения задачи по освобождению экипажа разбившегося «Ил-76» был готов.

К району сосредоточения банды Джумы Наджиба полковником Крымовым были высланы боевые группы «Мираж» и «Град». Подразделения шли по маршруту тяжело. Ущелья сменялись перевалами, перевалы – равнинами, обильно поросшими деревьями и кустарником. Спецы шли по тылам талибов, где за каждым поворотом, за каждым валуном или кустом таилась потенциальная опасность. Боевики могли появиться когда угодно и откуда угодно. Спецназовцы совершали марш на пределе физических и моральных сил. Но они вышли в заданный район в определенное командованием время, в 6.00 пятницы, 20 июня. Каково же было удивление подполковника Соловьева, когда он, шедший в авангарде колонны, выведшей к гряде квадрата... боевые группы, увидел спокойно сидевшего на валуне немолодого уже афганца. Крымов предупредил командира «Миража» о проводнике и о том, что тот направлен в квадрат спустя 6 часов после выхода подразделений спецназа. Но Соловьев был уверен, что не афганцу придется ждать спецназ, а наоборот. Однако воин Акрани опередил группы. Остановив сводный отряд и объявив привал, Соловьев подошел к афганцу. Спросил:

– Ты и есть проводник?

Афганец улыбнулся:

– Вообще-то у нас принято сначала здороваться, подполковник.

Говорил он на чистом русском языке.

– Салам! Ты проводник?

– Салам! Если бы я был человеком Джумы, то группы уже подверглись бы нападению. Да, я ваш проводник, Юсуп Рашид, можешь называть меня просто Юсупом.