Наследницы - Кауи Вера - Страница 84

Что-то наподобие вольтовой дуги синим пламенем вспыхнуло между ними в самую первую встречу, и он до сих пор чувствовал этот жар. Иногда ему казалось, что его чувство к Доминик — разновидность порока. Другие пьют или накачиваются наркотиками, Блэзу же была необходима доза Доминик дю Вивье. Сама мысль о том, что он может лишиться этого, была так ужасна, что он предпочитал не видеть, не слышать и не замечать опасности. Он пробовал пересиливать себя, но напрасно — вся его жизнь тогда сводилась к желанию, причинявшему настоящую боль. Он знал, что бабка не может понять его привязанности. Что он мог сказать ей, если не в состоянии был ничего объяснить себе?

Кейт рассматривала его отражение в оконном стекле.

Его лицо было непроницаемым, далеким. Блэз, казалось, замкнулся в себе. Кейт хотелось извиниться перед ним, объяснить, как ей неловко, что она несправедливо судила о нем, что у Доминик, очевидно, оказались и другие информаторы о том, что делается в «Деспардс» в Лондоне.

Но как можно извиниться в том, о чем он даже не подозревает?

«Ах, — печально вздохнула она, — почему у меня все так по-дурацки складывается с этим человеком?»

Наверное, она сказала что-то не то. Кейт перебрала в памяти весь их разговор. Нет, ничего. Но он умеет понимать и недоговоренное. «Ну что ж, — подумала она, — если он выяснит, что сделала его жена, моей вины в этом не будет». Но в то же время она знала, что в ее общении с Блэзом всегда будет помехой боязнь сказать то, что он сможет расценить как обвинение в адрес жены. «Зачем тебе надо было жениться на Доминик? — молча негодовала Кейт. — Разве не ясно, что она собой представляет?»

Но вряд ли Блэз разделял мнение Кейт.

Кейт так глубоко вздохнула, что пламя свечей заколебалось, и это вывело Блэза из глубокой задумчивости.

Он взглянул на часы.

— Поедем? — спросил он.

— Мы не могли бы заехать по дороге в больницу?

Чандлеровская клиника и «Пенинсула-отель» находились в разных концах города, но Блэз поспешно кивнул:

— Конечно.

В машине он снова задумался и за весь путь не проронил ни слова.

Ролло был в том же состоянии, что и накануне. «Состояние стабильное», — так сказали врачи.

На пути в гостиницу Блэз неожиданно спросил:

— Вы виделись с моей женой, когда приехали в Гонконг?

— Нет. Она, я думаю, и не знает, что я здесь…

— Знает, я сказал ей.

Кейт ответила коротким возгласом «О!», и остаток пути они проехали в молчании. Он открыл перед ней двери гостиницы, поднялся в лифте, остановился у двери ее номера.

— Спасибо, — сказала Кейт. — Вы были правы. Мне действительно надо было немного развлечься.

— Нам это обоим на пользу, — ответил Блэз странным тоном и быстро попрощался с ней.

Глава 15

На следующий день Кейт, сидя у кровати Ролло, разговаривала с ним. Блэз накануне дал ей брошюру — откуда она у него взялась, Кейт не знала, — изданную Медицинским институтом в Филадельфии, где проводились массовые исследования людей в коматозных состояниях.

В брошюре были даны различные советы по стимулированию пациента, рекомендовалось разговаривать с ним, давать ему возможность трогать, нюхать, слышать нечто знакомое. Кейт взяла выглядывавшую из-под повязки руку Ролло в свою. Рука была влажной и одеревеневшей.

Кейт упорно продолжала напоминать ему о том, что они делали вместе, о местах, где когда-то бывали, вспоминала о своем детстве, о матери. Она сидела уже более часа, но отклика не было никакого, даже веки Ролло ни разу не дрогнули, и нельзя было понять, подозревает ли он о ее присутствии, слышит он ее. Но Кейт и не ждала скорого результата. Судя по брошюре, такие попытки могли длиться неделями, даже месяцами.

Кейт была настолько поглощена своим занятием, что не слышала, как отворилась дверь. Услышав знакомый запах духов, она выпрямилась на стуле и, подняв голову, увидела напротив себя, с другой стороны кровати, Доминик дю Вивье, как всегда неотразимую, а за ее спиной — Блэза. Кейт, которую этот визит застал врасплох, не сумела скрыть своих чувств, на лице ее отразились неприязнь и смятение.

Пораженная их силой, как молнией, Доминик отступила на шаг, едва не отдавив мужу ногу. Блэз тоже успел заметить то, что было написано на лице Кейт, и понял, что нашел недостающую часть головоломки.

Он не удивился, вдруг отчетливо осознав, что с самого начала подозревал о причастности своей жены к случаю с Ролло, только отказывался признаваться в этом даже сам себе. Теперь, читая правду в глазах Кейт Деспард, он ощутил, как на секунду напряженное тело жены прижалось к нему. Но она, как всегда, быстро взяла себя в руки, тело ее расслабилось, и мягкий голос сочувственно произнес:

— Мне так жаль, дорогая моя Кейт. Если бы я знала раньше, я бы немедленно навестила вас. Но я понятия ни о чем не имела, пока Блэз не сказал мне… Как себя чувствует ваш друг? — Она наклонилась над лежащим без сознания Ролло, и свесившиеся пряди ее черных волос чуть не коснулись его лица. Тяжелый аромат духов окутал Кейт, она откинула назад голову и в этот момент ощутила, что рука Ролло в ее руке дрогнула.

— Вы беспокоите его, — сказала она резко. — Вы слишком близко наклонились…

Доминик выпрямилась и отступила на шаг, и тут Кейт с тревогой увидела, что Ролло начал беспокойно ворочаться на подушке, а на лбу его выступил пот.

— Он реагирует на вас! — не веря своим глазам, воскликнула Кейт. — Он чувствует, что вы здесь! — 3 голосе ее слышалось изумление.

— Чепуха! — возразила Доминик. — Я просто слишком низко наклонилась и задела его волосами.

— Но я говорила с ним и держала его за руку в течение часа — и никакого результата! — настаивала Кейт. — Разве вы не понимаете — значит, его мозг функционирует! Надо сказать врачам…

Ее рука дотянулась до звонка, прежде чем Блэз успел остановить ее. Он тоже видел реакцию Ролло на Доминик и решил, что она наклонилась слишком низко и, как сказала Кейт, побеспокоила его. Но если Кейт сидела здесь и держала руку Ролло, не получая никакой реакции, что же могло вызвать ее сейчас? Духи Доминик?

Это означало, насколько он мог себе представить, что Ролло вдыхал их аромат не так давно, стимулом обычно служат самые последние впечатления. А его реакция — беспрестанные движения головой, выступивший пот — свидетельствует о том, что с этим запахом связаны отнюдь не приятные воспоминания. Блэзу неоднократно доводилось наблюдать подобную реакцию во время войны во Вьетнаме. Контуженные в бою, лежащие без сознания солдаты подобным же образом реагировали на звук выстрелов или на гул низко летящего самолета.

Блэз молча ждал, и Доминик вместе с ним, пока врачи, склонившись над Ролло, светили ему в глаза, смотрели показания мониторов.

— Обнадеживающий знак, — осторожно сказал один из них, — вы видели его реакцию?

— Да, — ответил Блэз, ощущая на себе внимательный взгляд жены.

— Он знает вас? — задали врачи вопрос Доминик.

— Мы виделись несколько раз.

Один из врачей спросил:

— Вы всегда употребляете эти духи?

— Они были созданы специально для меня, — ответила Доминик. — Ни у кого больше таких нет.

— Значит, по этому аромату он мог бы узнать вас?

— Любой мог бы, — пожала плечами Доминик.

— Вы встречались с мистером Беллами недавно?

— Последний раз в Лондоне, несколько месяцев назад.

Врачи вполголоса совещались. Кейт не могла усидеть на месте.

— Это хороший знак, правда? — умоляюще спрашивала она.

Это обнадеживает, ответили они, но если бы мадам еще раз наклонилась над ним, может быть, они смогли бы собственными глазами увидеть…

Доминик с самым доброжелательным видом выслушала просьбу и, поняв, что другого выхода нет, вновь наклонилась над бесчувственным Ролло, темные пряди упали вниз, запах духов стал ощутимее. Блэз видел, что один из врачей с удовольствием втянул в себя аромат. Кейт не спускала глаз с Ролло, и вот он снова начал слабо подергивать головой, веки его затрепетали, лоб покрылся каплями пота.