Оберег от порочной любви - Соболева Лариса Павловна - Страница 50

– Ну, вот и все, – улыбнулся Брасов. – Послезавтра утром.

– Это правильный ход, Юра, – поддержала Тори. – Худая слава или хорошая, какая разница? Может быть, нас будут клеймить позором, вторгнутся в нашу жизнь, но мы-то будем живы. Хочется в это верить.

И он верил, надеялся.

Не вынес Брасов еще один день сидения в четырех стенах, на следующий день с утра умчался на работу. Тори не возражала, понимала, некоторых людей работа греет и является приоритетной, а у Юрки столько проблем.

Куда ж от них деться – от проблем. Брасова не было всего ничего, а работа забуксовала, хорошо хоть не остановилась. У него безупречная репутация, поэтому недостающие материалы для ремонта давали в долг, бухгалтер без его ведома не тратила ни копейки. Брасов расплатился с долгами, в конце рабочего дня провел совещание, которое бросил из-за... Но сегодня принял решение не вспоминать о том дне, когда стоял всего на шаг от смерти.

У него вошло в привычку на закуску изучать документы, не потому что не доверял своим работникам: потому что любой человек допускает ошибки, а в его положении погорельца ошибки нежелательны. Поскольку бумаг скопилось много, он задержался надолго, считая, что на завтра откладывают только ленивые, это потом дорого обойдется. Да и время за работой проносится мухой. Позвонила Тори и поинтересовалась, когда он приедет.

– Еще часок, и я твой. Да, приготовь жареного до корки мяса, картошки фри...

– Юрка, тебе нельзя.

– Льзя, льзя, – хихикнул он. – Иначе я от диеты погибну. Один разок, а с завтрашнего дня, клянусь, буду есть, что дашь.

– Ладно. Но я чувствую себя убийцей.

– Из твоих рук приму и смерть в виде канцерогенов, главное, побольше их наготовь.

Тори отчитывала его, а Брасов тихонько подошел к двери, резко открыл ее и заглянул в приемную. Лина подслушивала! Ну, не зараза, а? Он кашлянул. Лина кинула трубку, преданно уставилась на него.

– Ты свободна, – сказал Брасов.

– Но вы же еще не ушли.

– Тебя кто-нибудь заставляет сидеть вместе со мной? – наехал он на бедняжку. – Я сверхурочные платить не буду из принципа. Домой!

– Но ведь надо закрыть кабинеты...

– Я закрою. Иди, сказал!

Лина неторопливо засобиралась, надела демисезонное пальто, повязала шарфик, взяла сумочку и, вытянувшись в струнку, обожающе уставилась на шефа, мол, вы не передумали? Что за человек! Других за деньги не заставишь работать сверх нормы, а эта бесплатно согласна. Не знает, как доказать шефу свою необходимость.

– До свидания, – сказал он. – Да, завтра с утра меня не будет, появлюсь либо к обеду, либо во второй половине дня.

– Поняла. До свидания, Юрий Артемович.

Напротив здания Брасова, но в разных концах квартала давно стояли два авто. Переговаривались их пассажиры между собой через специальные устройства. Это быстрее, чем пользоваться сотовыми, к тому же переговорные аппараты не прослушиваются, чего не скажешь о сотовой связи.

В дальнем авто, стоявшем за кустами, раздался сигнал, следом голос:

– Секретарша вышла, он один.

– Начинаем, – через плечо бросил молодой человек тем, кто сидел сзади.

– Будьте на стреме, водила ждет его у входа, – сообщили по переговорному устройству.

– Что он делает?

– Дрыхнет.

– Значит, он нам не помеха, давай звонок через пять минут, – сказал молодой человек в устройство и обернулся к сидящим сзади. – А мы заберемся через окно первого этажа, нам подготовили одно сбоку, от нас последнее. Лестница рядом. Идем.

Три человека вышли из машины, как тени, бесшумно перешли широкую проезжую часть и перемахнули через ограду. Последнее окно на первом этаже было загорожено фанерным щитом, два молодых человека осторожно отодвинули его, один пролез внутрь, затем второй. Только третий не принимал никакого участия, стоял и ждал, когда ему очистят путь.

Наконец один из парней запрыгнул на выжженный подоконник, протянул руку бездельнику, тот с его помощью взобрался. Шагали к лестнице с предосторожностями, прежде посветив мобильником и удостоверившись, что впереди нет даже мелких препятствий, на которые можно наступить, отчего возникнет шум. Охрана дежурит у входа в спецпомещении, но услышать могут.

Добрались до лестницы. В здании их две, расположены у торцов, удобно во всех отношениях. Потому и пал выбор на сгоревшую часть: сюда никто просто так не заглядывает. Поднявшись на второй этаж, три человек смелее шли по коридору в противоположный конец.

Брасов снял трубку с аппарата.

– Настал твой черед. Настал твой черед. Настал твой...

С досадой он кинул трубку на аппарат. Тот же механический голос! Нетрудно догадаться, что тебя предупреждают о скором конце, только на какой день и час назначено? Мягко говоря, Брасов завибрировал, а если учесть, что в огромном здании он один, то можно лишь представить силу вибрации. Охранники внизу, но далеко, надо им позвонить и попросить, чтоб кто-нибудь поднялся к нему, потом вместе спуститься, а там машина с Игорем. Только он протянул руку к аппарату, в приемной раздался шорох, кто-то вошел. Неужели вернулась эта дура?

– Лина, ты? – громко крикнул Брасов.

Дверь открылась, но вместо Лины это оказался парень, которому Брасов заказывал Роберта.

– Привет, – сказал он. – За тобой должок.

– Как ты вошел? – с трудом выдавил Брасов.

Но это от неожиданности, первая реакция. Если уж на то пошло, он отдаст паршивцу деньги, пусть катится с ними к черту, не умирать же из-за такой ерунды! Сколько там в сейфе? Не хватит. Отдаст в залог запонки, они золотые, потом оставшуюся часть.

– В щель пролез, – тем временем ответил посетитель.

– Должок, говоришь? – откинулся на спинку кресла Брасов. – Ты настаиваешь? Это же неправильно.

– Правильно, – появился второй молодой человек. – Ты сделал заказ, получил труп, плати.

– Ну, ладно, банкуйте.

Он хотел встать и открыть сейф, но второй сказал:

– Сиди.

– Деньги в сейфе, – сказал Брасов. – Хотите, сами возьмите.

– Не все меряется деньгами, – сказал некто из приемной.

– Кто там? – приподнялся Брасов.

Вошел третий. Юрий Артемович все понял.

В спецпомещении, которое восстановили в первую очередь – ведь без охраны никак нельзя обойтись, – два охранника чайком баловались. Услышав хлопок, замерли.

– Это что? – вымолвил бородатый.

– На выстрел похоже. – Чернявый юноша не был уверен.

– Откуда здесь выстрелам взяться? – хмыкнул бородач. – Взорвался прибор. У моей тещи однажды микроволновка рванула.

– Не заливай, как она может рвануть?

– А вот так. Левак приобрела старая дура по дешевке, даже не в Китае сделано, а местными. Жаль, ее в это время не было на кухне. Ты куда?

Чернявый поднялся, взял фонарь, ведь большая часть первого этажа обесточена.

– Идем посмотрим, что за хлопок. Это где-то в целой части и... по-моему, наверху.

– Ой, Юрий Артемович еще работает в кабинете, может, у него... Пошли?

Они двинули к лестнице, расположенной близко к кабинету.

А три человека к тому времени беспрепятственно добрались до противоположной лестницы, спустились вниз, вылезли через окно. Ограду перелезли с величайшими предосторожностями, опасаясь водителя, которой наверняка слышал выстрел и мог заметить чужаков. Прежде чем отделиться от ограды, нанятый Брасовым киллер вызвал наблюдателя из второй машины:

– Что водила делает?

– Дрыхнет.

– Точно?

– Как то, что меня родила моя мама. Я его хорошо вижу.

Три человека спокойно добежали до авто, запрыгнули в салон и уехали. Вторая машина не задержалась.

А Игорь действительно слышал хлопок, открыл глаза и прислушался. Но никакой паники, шума, значит, ничего страшного не произошло. Он переменил позу, поежился и снова закрыл глаза.

– Нет! – закричала Тори, схватившись за щеки ладонями.