Сказки серого волка - Кауффман (Кауфман) Донна - Страница 42

— В отличие от почти всего остального дома, — продолжал он, не сводя с неё взгляда. — Входы, выходы, снаружи, внутри, и всё такое прочее. Вряд ли у вас дома есть нечто даже отдалённо похожее, так что…

— К себе домой я вас не пущу. Я поговорю с Миллисент, чтобы она сохранила за вами деньги на текущие расходы. Мне будет гораздо спокойнее, когда я узнаю, кто этот тип — хотя бы для того, чтобы окончательно удостовериться, что это не Мартин. Но расходы по расследованию я должна взять на себя, так будет справедливо. Тем не менее должна вам сказать — я не нуждаюсь в сторожевом псе.

— Простите, но, кажется, вы забыли о записке.

— Ничуть. Однако ваше присутствие никак не повлияло на планы того, кто мне её подбросил.

Райли от злости лишь стиснул зубы.

— Откуда нам было знать, что он пойдёт на контакт. Кстати, это немаловажно. До тех пор пока мы не узнаем, кто он такой, я бы рекомендовал вам придерживаться вашей договорённости с Миллисент. Конечно, здесь тоже имеются свои слабые места, но это куда лучше, чем превратиться в доступную мишень.

От Райли не укрылось, что Танзи вздрогнула. Нет, ей хотелось бы это скрыть, но не получилось. С другой стороны, скрытность — её не самая сильная сторона. Ещё одна причина, почему он должен постоянно держать её в поле зрения.

Райли стоило немалых трудов не простонать — в голову ему полезли совершенно ненужные мысли.

— Вот вы всё время говорите «мы». Это потому, что у вас общее дело с отцом? Должна ли я понимать, что он уже что-то раскопал? — В глазах Танзи вспыхнул огонёк надежды. — Он, случайно, не тот пожилой человек, что подходил к вам на балу?

— Нет.

— Понятно. Но всё равно, кто это был такой? Ещё один клиент?

— Мой отец сейчас выполняет другое поручение, — уклончиво ответил Райли, решив, что и без того раскрыл уже почти все карты. Если её интересует его прошлое, пусть попробует покопаться в нём сама. — Что же касается слова «мы», — упорно гнул он свою линию, — я уже сказал вам, что у меня есть контакты на стороне.

— И откуда они у вас?

— Как и у любого бизнесмена — через знакомства и связи с другими бизнесменами.

И не важно, что в данном случае этим бизнесом был футбол. Спортивные состязания служили, помимо всего прочего, ареной для установления разного рода деловых контактов. А если его контакты обязаны своим существованием не плошадке для игры в гольф, а футбольному полю, то какая разница? — задала себе вопрос Танзи. — А как на вас вышла моя тетешка?

Райли встал, упёршись руками в бока.

— Интересно, откуда у вас такое низкое мнение обо мне? Я ведь, кажется, уже объяснил вам и про танец, и про записку.

— Не в этом дело. Просто обычно моя тётушка предпочитает старые, солидные фирмы, а не какую-то там самодеятельность, частную семейную лавочку в духе «я и мой папаша». Как, например, в вашем случае.

— Что ж, приятно было узнать ваше мнение о мелком и среднем бизнесе. Признаюсь честно, я польщён.

— У меня и в мыслях не было унизить вас. Посмотрев ему в лицо, Танзи поняла, что Райли думает по этому поводу.

— Мы получили рекомендацию от одного её знакомого, чьё поручение выполняли несколько месяцев назад. Мистер Уотерстон, если это имя вам что-то говорит.

Танзи поразилась:

— Тот самый, который прошёл через скандальный развод? Газеты тогда пестрели аршинными заголовками. Отличная работа!

Танзи не могла не улыбнуться. Райли одарил её колючим взглядом.

— Вы не знаете всех подробностей. Впрочем, я не намерен вас с ними знакомить.

Танзи развела руками и улыбнулась ещё шире.

— Вы говорите совсем как тот чопорный Райли, с которым я познакомилась в самом начале.

— Чопорный? — растерянно выпалил Райли. — Да не чопорный вовсе, а…

— Ну, тогда педантичный. Сентенциозный.

— Нет-нет, в следующий раз предупредите меня, чтобы я не вступал в препирательства с писательницей. Простоя пытался держаться в тени. Слиться со стенкой, не высовываться, не бросаться в глаза.

— Просто чтобы не попасться мне в лапы. — Танзи рассмеялась, но смех получился какой-то невесёлый. — Приятно слышать, что родная тётушка имеет обо мне столь же высокое мнение, как и средства массовой информации.

Танзи приподняла руку, словно желая предупредить возможные возражения с его стороны. Райли же по-прежнему надеялся, что не ляпнет ничего такого, что помешает ему узнать, что, собственно, она думает про «того чопорного Райли».

— Я знаю, о чём вы думаете. Могу себе представить, чего вы начитались обо мне, пока проводили это своё, с позволения сказать, — для пущей убедительности Танзи изобразила пальцами кавычки, — расследование.

— Танзи…

— Не спорю, — перебила она его, — я снимаю мужиков. Наверное, чаще, чем другие. — Она в упор посмотрела ему в глаза. — Но я не сплю с первым встречным. Конечно мужчины имеют своё применение и…

Это было уже слишком. Райли закатил глаза. Танзи тотчас вцепилась в это как в повод.

— Что? Или только вам, мужчинам, можно отпускать в адрес женщин унизительные замечания?

— Вы когда-нибудь слышали от меня, чтобы я унизительно отозвался о женщине?

— Мы с вами не слишком давно знакомы, так что у меня ещё не было возможности услышать ваше мнение о женщинах. Кроме того, я говорю в общем.

— О, это я уже заметил.

— Часть моей профессии. Кстати, если не ошибаюсь, вы признались, что читаете мою колонку. В таком случае вам должно быть известно, что мы такие же поверхностные и так же одержимы сексом, как и вы.

Райли улыбнулся этой её реплике.

— Что ж, уважаю ваше мнение, хотя и не согласен с ним.

— Что и требовалось доказать.

— Согласен, у нас только секс на уме, но нам почему-то кажется, что вы, женщины, нуждаетесь в нас не только по этой причине.

— Это по какой же ещё? Весьма сомнительно.

Райли выгнул бровь. Черт, а она хорошенькая. И главное, никаких комплексов — вон как разносит его пол, сидя в дурацких домашних тапках с кроличьими ушами.

Черт, дались ему эти тапки с кроличьими ушами, с каких это пор он стал обращать на них внимание? Наверное, с того самого момента, когда впервые её в них увидел.

— Значит, вы всё-таки признаете, — произнёс Райли, — что мы способны быть остроумными товарищами, хорошими добытчиками пропитания, а также защитниками дома и очага?

— Наверное, и это тоже, — пожала плечами Танзи. — Я думала о самом главном.

— И что же это такое?

— Блистательный триумвират мужских способностей: раздавить клопа, поменять автомобильную шину и передвинуть мебель.

Райли не мог не расхохотаться. Нет, откуда ему было знать, что эта особа будет раздражать его и одновременно возбуждать. Но она только этим и занималась, причём с завидной лёгкостью.

— Однако вернёмся к моей первоначальной мысли. Я лишь хотела сказать, что не заслуживаю ярлыка, который вы навесили на меня.

Райли посмотрел на Танзи, явно не понимая, что она имеет в виду.

— Вы обозвали меня хищницей.

— Я не говорил ничего подобного.

— Разумеется, за вас это делают другие, — заявила Танзи и подняла руку, предупреждая дальнейшие возражения. — В принципе я на вас не в обиде. Я воспринимаю это как часть моей профессии. В конце концов, я только тем и занимаюсь, что рассказываю доброй сотне тысяч моих читателей о своих личных проблемах. Но что касается Миллисент, вот уж никак не думала, что и она того же мнения.

— Похоже, что да. Хотя, с другой стороны, воспринимайте это как комплимент. Значит, ваша тётушка высокого мнения о вашей способности привлекать к себе представителей противоположного пола, раз она предупредила меня.

Танзи фыркнула.

— Уверяю вас, она переоценила мои данные.

— Я было с ней согласился. Но лишь поначалу. Танзи от удивления открыла рот, и Райли усмехнулся. И всё-таки надо отдать ей должное: получив щелчок по носу, она не стала дуться, а, несмотря ни на что, улыбнулась и даже театрально закатила глаза.

— Значит, я не так уж и плоха.