Мой строптивый малыш - Смит Маргарет - Страница 7

Эмили невольно улыбнулась и принялась лихорадочно соображать, как бы объяснить обстоятельства помолвки человеку, который, очевидно, был близким другом Тони. Но прежде чем она успела придумать что-нибудь более или менее подходящее, Стэн продолжил:

Забавно получилось с этой вашей помолвкой. Когда я буквально месяц назад разговаривал с Тони, он не производил впечатления человека, который решился связать себя узами брака. Смутно припоминаю, что газеты писали, будто у вас с ним «затяжная война». И уже не один год.

Все течет, все изменяется, — выдала Эмили с патетикой, но не особенно убедительно.

Понятно, — улыбнулся Стэн, от которого не укрылось ее замешательство. — Да не волнуйтесь, не стану я донимать вас вопросами. Сойдемся на том, что любовь побеждает все, и закроем тему. — Стэн помолчал, но любопытство все-таки взяло верх — А как вы с ним познакомились… Или я опять лезу не в свое дело?

Да нет, почему же. — Эмили улыбнулась. — Мы встретились на премьере фильма, который он финансировал.

И полюбили друг друга с первого взгляда?

Эмили невольно усмехнулся.

Не совсем. Честно говоря, я поначалу его сторонилась. Знакомо тебе выражение «стартовый сексодром»?

Стэн с пониманием кивнул.

Это когда получаешь роль благодаря постели? Я даже слышал, как это милое выраженьице проскользнуло в чьем-то высказывании о Тони. Но я никогда не верил. Никогда.

Я тоже не верю… теперь. Но тогда… В общем, я знала, что несколько актрис получили роли только по причине своего знакомства с Энтони Реем. То есть не то чтобы он их проталкивал, просто продюсеры и режиссеры останавливали свой выбор на тех женщинах, к которым Тони проявлял интерес. Чтобы сделать ему приятное, скажем так.

— А тебя это не устраивало?

Эмили покачала головой.

Нет. Я хотела, чтобы меня приглашали сниматься, потому что я этого заслуживаю, потому что умею играть, а не потому, что у меня есть влиятельные поклонники. Вот я и решила избегать Тони.

А он стал тебя добиваться? — улыбнулся Стэн.

Вроде того.

Эмили вспомнила, как после знакомства с Тони он целых две недели изо дня в день присылал ей цветы — огромные корзины роз с карточкой, на которой был написан номер телефона и единственное слово: «Пожалуйста». В конце концов, Эмили сдалась и позвонила. Наверное, из жалости к мальчику-посыльному, которому приходилось таскать эти необъятные корзины. К тому же ей надоели розы.

В общем, мы стали встречаться. Но так, чтобы никто не узнал. А то стали бы говорить, будто я это делаю только ради того, чтобы получить роль.

Наверное, трудно было сохранять отношения в тайне? — предположил Стэн.

Эмили кивнула. Мало того, что это оказалось действительно нелегко — общая тайна сблизила их, а Эмми была вовсе не готова к более открытым отношениям.

Да, Тони не нравилось прятаться по углам, да и мне тоже. У нас начались разногласия.

А потом произошла ссора. Ссора, которая и привела к окончательному разрыву. Режиссер пообещал ей роль в одном из фильмов Тони, а потом, буквально в последнюю минуту, Эмили узнала, что Рей порекомендовал пригласить другую актрису. Обиженная и рассерженная, Эмили закатила ему скандал, в ответ на что Тони вдруг предложил ей все бросить и выйти за него замуж. Она наотрез отказалась.

Эмми?

Женщина помотала головой, прогоняя болезненные воспоминания.

Но мы все уладили.

Ясно. — Стэн улыбнулся.

Она улыбнулась тоже, но мысли ее были заняты другим. Все эти три года она отчаянно ругалась с Тони на публике и отчаянно рыдала в подушку, когда оставалась одна. Да, они разошлись, но за то время, пока они были вместе, Эмили успела к нему привязаться. Тогда она начала затяжную войну, потому что не видела другого способа избавиться от этой зависимости. А после того, как Эмили задела гордость Тони, отказавшись от его предложения, он был только рад с ней сразиться.

Рассеянно наблюдая за тем, как Стэн встал, чтобы налить им вина, Эмили не в первый уже раз подумала о шикарной блондинке-фотомодели, с которой у Тони вроде бы был роман. В газетах писали, что дело идет к свадьбе. Может быть, Стэну известно обо

всем этом более подробно? А впрочем, какая разница. Ее, Эмили, отношения Рея с женщинами не интересуют. Ни капельки.

4

Тебе нравится кольцо?

Стэн протянул Эмили бокал и уселся на диван.

Погруженная в свои мысли, Эмми не сразу сообразила, о чем он спрашивает.

Красивое.

Она задумчиво поглядела на сверкающий бриллиант и, не сумев побороть любопытства, спросила:

Ты упомянул, что это кольцо — фамильная драгоценность. С ним связана какая-то история?

Стэн усмехнулся.

Этакое проклятие над родом.

Что? — Эмили озадаченно уставилась на собеседника.

Стэн заговорил нараспев, словно читая заклинание:

Это кольцо передается из поколения в поколение, от старшего сына к его первенцу. Оно приносит Реям удачу, но только если означенный старший сын подарит его своей избраннице с истинной любовью. В противном случае все семейство постигнут несчастья и беды.

Эмили на минуту задумалась.

Ты, наверное, меня разыгрываешь.

Вовсе нет, — хохотнул Стэн. — Странно, что Тони тебе ничего не рассказал. Проклятие тяготеет над его родом почти четыреста лет. Началось все в семнадцатом веке. Однажды жуткой ночью, когда вовсю бушевала гроза, кто-то из Реев, как раз старший сын, спас изумительной красоты девицу. Точно не знаю, как все происходило… В общем, она одарила героя кольцом и своей любовью.

А проклятие?

Его наложил позже один старый цыган. Впрочем, проклятие было своеобразное. Пока старший сын дарит женщине это кольцо с любовью, семейство его процветает.

А если отдает кольцо просто так, без любви? — Эмили была заинтригована.

Стэн поморщился.

Тогда удачи не видать. Такое уже не раз случалось. Например, дедушка Тони после смерти первой супруги женился снова — не по любви, а по расчету. Когда ему вздумалось вложить побольше средств в одно предприятие, он по совету дражайшей половины кольцо продал. И дела сразу пошли наперекосяк. Дед просрочил какие-то выплаты, а потом буквально в одночасье потерял все, что имел. Словом, остался без гроша.

Но это кольцо… — растерянно пролепетала Эмили.

Настоящее, — успокоил ее Стэн. — Позднее выяснилось, что бабушка Тони заказала себе копию, а оригинал спрятала. И нашли его через несколько лет в старой вентиляционной трубе.

Вонг вспрыгнул на диван и устроился между Стэном и его гостьей.

Вот уж не думала, что мне придется столкнуться с семейным проклятием, — задумчиво проговорила Эмили.

Стэн рассмеялся.

Не бойся — тебя оно не коснется. Тони тебя любит, это же так очевидно.

Эмили уставилась в свой бокал. Нет, не любит. Просто доверяет. Тони знает, что она не использует их помолвку в корыстных целях. Да, он преподнес ей ценную вещь — семейную реликвию, но никогда не делился с ней своими сокровенными мыслями, своими надеждами и мечтами.

Их отношения до разрыва строились скорей на физическом влечении, нежели на каких-то глубоких чувствах. Они встречались довольно редко, и на нежные признания и задушевные разговоры просто не оставалось времени. Страсть, едва ли не первобытная в своем неистовстве, сметала все мощным потоком желания. Но даже в минуты наивысшей близости, когда два человека сливаются в бесконечном наслаждении, они никогда не раскрывались друг перед другом до конца. Эмили — из-за какого-то безотчетного страха, а Тони…

Тони. Нежный и страстный, настойчивый и ласковый, он воплощал в себе все, что женщина ждет от своего первого мужчины. Он ни разу не причинил ей боль, ни разу не разочаровал. Он знал, как доставить удовольствие. Знал, как вознести ее к невероятным высотам наслаждения. Но какое-то шестое чувство — может быть, пресловутая женская интуиция — подсказывало Эмми, что он словно держит ее на расстоянии, скрывая от нее что-то важное. Она так и не узнала, что именно.