Аксель, Кри и Белая Маска - Саксон Леонид - Страница 111

— Детектор духов? — небрежно бросила Смерть, хотя Аксель почувствовал, что она изумлена. Из широкого рукава балахона, словно оживший скелет змеи, вытянулось белое иссохшее пястье, фаланги пальцев медленно разжались перед рачьим рылом, и Кья с торопливым поклоном вложил в руку Смерти любимую авторучку Акселя. Смерть молча осмотрела детектор, затем внимательно, словно впервые его видела, оглядела Акселя и сунула золотую косточку себе в пояс. Мальчик, однако, успел заметить, что рачья голова на детекторе не изменилась — видно, он реагировал только на духов и людей.

— Я разберусь с этим! — объявила Смерть, вставая. — Ты арестован! — бросила она, даже не взглянув на Кья и поставила косу в угол комнаты. — Ступай к своему господину, и оба ждите вызова… — А с тобой, — повернулась она к Акселю, — я, конечно, тоже потолкую, хоть ты ещё мал…Кажется, твоё прозвище — Спросивший Смерть? По-моему, это сильно сказано, если речь идёт всего лишь о звёздном духе, но пусть…Добавим же тебе сегодня титул попочётней и без преувеличений — «Спрошенный Смертью»!

Ббах!!! Под потолком лопнула хорошо знакомая мальчику шаровая молния, извещая волшебный мир о новом прозвище, — но была она значительно больше обычной, и ярко-алого цвета, словно заходящее солнце. Но Аксель даже не моргнул. Он, не отрываясь, смотрел за спину Смерти, на Кья, чья когтистая лапа осторожно, словно заворожённая собственной дерзостью, тянулась к косе…

— НЕ-Е-ЕТ!!! — крикнул Аксель, вскочив и выплеснув по направлению к Кья вернувшуюся волшебную энергию, не оформленную сейчас ни в какие слова и даже неосознанную. Мохнатая ладонь духа пыталась сомкнуться на рукояти косы, но безуспешно — что-то ей мешало. Нырнув под эту ладонь, детские пальцы крепко схватили древко и легко, как пушинку, взметнули вверх. Аксель вложил в удар всю свою ненависть. Он ещё успел понять, что тупой конец рукояти высек из нагрудного панциря Кья фонтан алых искр, что этот панцирь лопнул, истекая чёрной жижей, а сам рак тряпичной куклой рухнул на пол. В тот же миг стена и часть потолка рухнули, хороня под обломками Кья и пауков, но этого теряющий сознание мальчик уже не видел. Проклятая комната завертелась перед его глазами, и всё погасло…

— Акси… АКСИ!!!

— Ммм…

— Дженни, смотри, он дышит! Флягу, скорей…

— А можно, я им займусь, уважаемые дамы? Думаю, так будет быстрее. Приподними-ка ему голову, девочка…

Аксель почувствовал, как чьи-то тёплые руки осторожно охватывают его затылок. В висках сразу же заворочалась тупая боль, и он опять недовольно застонал. Затем ещё чья-то рука — холодная и твёрдая, словно кость — чуть вздёрнула его подбородок, и в полуоткрытые губы вползло что-то живое, жидкое и божественное. Что-то, чему нет названия на человеческом языке! Рот Акселя, взмахнув крыльями челюстей и увлекая за собой невесомую пушинку остального тела, ринулся вверх, в счастливые небеса…Пытаясь не лопнуть от избытка сил, мальчик вскочил и чуть не стряхнул на пол повисших на нём девчонок.

— Акси! Акси! — верещала Кри, целуя его. Дженни молчала и обняла его лишь раз, но лицо её было белее снега. Аксель широко улыбнулся обеим и, чувствуя, что взлететь, как птица, всё-таки не может (надо бы ещё глотнуть той жидкости!), стал энергично оглядываться.

Он находился всё в той же комнате, которая, наверное, будет сниться ему теперь всю жизнь…да хорошо ещё, если только жизнь! А вдруг и он превратится в такой вот дымок отчаяния? Пока Аксель лежал в обмороке, здесь появились новшества: на том месте, где ещё недавно торчал Кья и копошилась его мерзкая прислуга, высилась груда камней и штукатурки, а в ближайшей стене и части потолка зиял широкий просвет. Сквозь них странно сверкало ясное голубое небо — оно, оказывается, всё ещё есть на свете! — и вливался в эту тёмную берлогу свежий ветер. Было и ещё небольшое изменение: у ближней стороны стола, против тени Диниша, сидела на какой-то невидимой опоре Старшая Смерть Средиземноморья и Северной Африки и, закинув ногу на ногу, глядела на Акселя без всякого выражения на черепе.

— И…извините, который час? — выдавил из себя Аксель.

— О, страх как поздно! Ты уже целых пять минут в этом доме, так недолго и на ужин опоздать, — насмешливо ответила Смерть.

— Как это? — тупо спросил Аксель, мигая.

— Ну, та девочка, что тебя сюда пригласила, сразу же перевела вашу беседу в режим МВВ — поклонники поклонниками, а впереди её ждало немало дел, — и по островному времени вы с ней болтали минуты полторы. Да столько же прошло, пока я наводила тут порядок, доставляла сюда прочих твоих подруг и приводила тебя в чувство. Если бы не всё это, ты находился бы здесь не меньше пяти часов. Тебе, конечно, досталось не так, как этой любительнице членистоногих, но всё-таки достаточно крепко…

— Порядок? А…это? — вырвалось у Акселя при новом взгляде на развалины.

— Вот истинно немецкая любовь к чистоте! Твоей будущей жене придётся нелегко, раз уж я не смогла тебе угодить.

— Я…я вам так благодарен…Я не хотел…

— Пусть отдохнут, — кивнула Смерть на груду камня. — Сами ли выползут, или их раскопают, это уже неважно. Они арестованы. Мне, кстати, следовало бы арестовать и тебя с сестрой за незаконное владение секретной техникой, но, на ваше счастье, вы не были формально приняты в цех земных волшебников, и единственное, что мне остаётся сделать — конфисковать ваши детекторы духов. Я уже извлекла из твоей памяти всю сегодняшнюю беседу, и должна только кое-что уточнить для протокола. Если я верно поняла, ты нашёл детектор на пляже, после того, как заметил в песке закрывающийся космический трал?

— Да… — робко кивнул Аксель.

— Но ты забыл упомянуть, что нашёл там ещё два детектора. Не так ли?

— Так! Я же был сам не свой, вот и…

— Понимаю. У тебя было много впечатлений. И кое у кого нынче вечером они тоже будут!

— Ох, пожалуйста… — вырвалось у Акселя. — Не надо…никого наказывать!

— Поговори у меня! — рявкнула Смерть, сверкнув глазницами. Но тут же опомнилась и величественно добавила: — Ожить можно с этими наглыми щенками…(Множественное число показалось Акселю не случайным, но он, конечно, промолчал. И вообще, усталость потихоньку начала возвращаться, так что хорошо бы сесть куда-нибудь…)

Заметив, что он вяло озирается, Смерть создала из воздуха три стула, и, когда дети уселись, продолжала:

— Известно ли тебе было назначение найденных предметов?

— Нет.

— Применял ли ты их в каких-либо целях? Передавал ли кому-то?

— Да. Я писал стихи…А одну авторучку…детектор…подарил Кри.

— Я с ней ничего не делала! — поспешно встряла Кри. — И стихов не писала. Один раз выковыривала камешек из пляжных тапочек, — подумав, честно добавила она. Смерть вздохнула и кивком черепа, окутанного платком, закрыла тему. Но перед этим строго предупредила брата и сестру, что впредь запрещает им пользоваться подобными предметами без письменного разрешения под страхом сурового наказания. А также разглашать сегодняшний разговор о них.

— Мы теперь можем идти? — неуверенно спросил Аксель.

— Если у вас больше нет дел в этом доме, то не смею задерживать, — сказала Смерть.

— А…ну да, — сказал Аксель. — Да. «Контузия — вот как это называется», — печально подумал он. — Кри, как вы сюда попали? Пешком?

— Нет, конечно! — ответила Кри. — Мы сидели в номере у Дженни и спорили, идти к тебе на поклон, или нет. Ну, чтоб ты рассказал, что случилось ночью…Я была так зла на тебя! Но на себя ещё больше, — торопливо прибавила она. — Ведь чувствовала же, что Пепа плохая, а тебе сказать боялась! И Дженни тоже. Она ещё убьёт нас обоих, когда узнает, сколько мы всего от неё скрыли…

— Скрыли?

— Да ведь я ей даже про лорда ещё не рассказала! Ужас… — шепнула она ему на ухо. — Ты просто не пришёл в себя. Ну, так уж и быть, не бойся, не расскажу…

— Убить вас я не убью, — вмешалась Дженни, гордо мотнув «конским хвостом» причёски и по-прежнему избегая глядеть на Акселя. — Но ты так и не объяснила, как мы сюда попали, Кри. Кроме того, нас действительно ждут ДЕЛА в этом доме, — выразительно напомнила она.