Аксель, Кри и Белая Маска - Саксон Леонид - Страница 106

Кья замолчал и выжидающе уставился на мальчика.

— Спасибо, — мрачно буркнул тот.

— Пожалуйста. Ну, а Меданарф…он — звёздный дух, и играл по правилам, но нужно было исходить из худшего: что скоро вы разгадаете все его загадки. Правда, мы довольно быстро нашли вас в Подземном Мире и могли захватить в разгар работы над Индексами. Титир был в числе первых подозреваемых. А хотя бы даже и нет — у кого ещё вы могли найти следы Белой Маски, как не у него? Лично я сцапал бы вас тотчас… — Кья досадливо шевельнул усами. — Но когда меня послушали, было уже поздно!

— Что же тебе помешало? — с искренним любопытством спросил Аксель.

— Не «что», а «кто»! Идиот Главный Диспетчер. Он всегда мне завидовал…А тут такой случай выслужиться самому, затмить внештатного выскочку! И понёс, понёс околесицу… — ненавистно припомнил рак. — Надо, мол, выждать, да поглядеть, не сведёт ли вас Титир с другими агентами Меданарфа — словно вы не три сопливых человечка, а, по меньшей мере, духи-резиденты. Я уступил лишь потому, что не видел для вас ни одного шанса выбраться с Третьего Яруса — хоть с десятком живых Титиров…Он никогда не умел хитрить. Основная шахта, малые колодцы, штреки — мы перекрыли всё! Я сам вряд ли ушёл бы в подобной переделке, а ведь о моей квалификации ходят легенды!

Он резко подался вперёд, чуть не коснувшись усом лица мальчика. Тот вздрогнул.

— Как вы ушли? Кто вас вывел? Он один стоит всей моей сети во Вселенной Хас! Скажи мне, и я куплю его с потрохами за любую цену…Я не убью его — слово духа! — Кья торжественно поднял лапу. — А ты умрёшь достойной смертью, не в челюстях этих тварей. Мало? Большего обещать не могу. Но то, что обещал — выполню. Не веришь?

— Верю, — ответил Аксель. — А если я скажу, ты…отпустишь Кри?

— Я отпущу Дженни. И родителей. Твоя сестра должна умереть! — отрезал рак. — Без мучений… — подчеркнул он, бросив новый взгляд на свою многоногую команду. Аксель содрогнулся.

— Закончи свой рассказ, — пробормотал он. — Я подумаю…

— А что тут заканчивать? Главный Диспетчер Нокурат будет отвечать перед господином — и не без моего присутствия! Я чуть не прикончил его в ту ночь…Поднял с насиженного кресла и вместе со Вторым Диспетчером заставил искать вас по самым грязным закоулкам Подземного Мира, оставив у пульта желторотого новичка! (Акселю показалось, что при этих словах Кья испытующе покосился на него, стараясь понять, не знает ли тот об этом и сам. Мальчик постарался не шевельнуть ни одной мышцей лица, чтоб не подвести Смертёнка, вытащившего их из Главной Диспетчерской как раз благодаря «желторотому»). С вами же троими пришлось начинать всё заново…Ну, выманил я в заросли вам навстречу дурачка Жоана — намекнул, что гуляю там с тобой. После чего стёр у него из памяти мой намёк, чтоб он не проболтался, и слегка подрезал малыша уже упомянутым кинжалом. Внушил ему, будто он напоролся на сук. Рана была соответствующей, так что Аделита не встревожилась.

— Гадость за гадостью, — вздохнул Аксель. — Зачем?

— Обычно мы не трогаем посторонних, — сказал рак. — Но я уже не знал, что придумать, чтобы отвадить вас от Белой Маски! Кроме того, существовала реальная опасность, что, продвигаясь такими темпами и имея неустановленных, но крайне опасных консультантов…или консультанта… — Он опять покосился на Акселя. Тот молчал. — Короче говоря, что вы найдёте наконец проклятый дом — дом, где мы имеем честь беседовать! И мне хотелось отвадить вас от тропы, которая к нему ведёт. Я ведь и лже-Луперсио прирезал не на вашем обычном маршруте к пляжу, а тоже на этой тропочке, рискуя, что вы не заметите его в темноте. Спасибо глазастой Кри…

— Не смей говорить о моей сестре, паук недотерзанный! — рявкнул Аксель. — Недаром даже духов от тебя тошнит…Как они тебя зовут — Ваше Ракообразие?

— У меня много прозвищ. Главное из них — Идущий Следом. «Следом за господином», то есть. А официальное обращение к Главному Диспетчеру, коли хочешь знать — «Ваше Всевидение». И уж кого-кого, а тебя от меня вовсе не тошнило… — Рак подмигнул Акселю чёрным прекрасным глазом Пепы, и того вновь затрясло от злости и унижения.

— Впрочем, нам и впрямь пора кончать беседу. Итак, я хотел отвадить вас от одной тропки. Но самой душераздирающей нотой в моём концерте была рысь…

— Рысь?!

— Она самая. Скормив моим паучкам петуха Хулио, я пригласил на сцену тебя, и Хоакин начал рычать в зарослях фисташки, используя фонограмму голодного бенгальского тигра. А что прикажешь делать, если ты никак не желал пугаться и всё время лез в опасную для нас зону? Я же не виноват, что последняя рысь на этом острове отдала богу душу в тысяча семьсот пятьдесят шестом году! Рядом с людьми не выживешь…

Когда ты догадался при мне, что Октавио де ла Крус — это и есть Белая Маска, у меня ещё оставались какие-то шансы на победу. Только один человек на Сан Антонио мог указать тебе единственно верный адрес, связанный с этой фамилией. И охотно бы это сделал, но ты пока не приставал к нему с расспросами…

— К сеньоре Мирамар? — снова перебил Аксель.

— Не утомляй меня, с меня хватит Хоакина! Кстати, обрати внимание, насколько они живучи: уже пришёл в себя и хочет есть…Да, к тёте Аделите. Но когда ты спросил меня о проклятых местах, я понял, что всё погибло! Ведь ты задал бы этот вопрос и в городе, местным болтунам! И мигом нашёл нужный тебе дом. Оставалось одно: чтобы я сам, по своей воле привёл тебя в место, которое должен был от тебя скрывать — и чтобы ты никого о нём больше не расспрашивал, потому что никого не захотел взять с собой! Дело само по себе нехитрое: твои дамы реагируют на меня, как Агапито на отца Эстебана. Но что мне было делать с тобой дальше, заманив в ловушку? Она ведь могла обернуться против меня самого!

— Не понимаю, — хмуро сказал мальчик, хотя в сознании его что-то смутно забрезжило.

— Где тебе, ещё бы…с твоими-то знаниями…И всё-таки — позволь повторить вопрос, с которого я начал нашу финальную встречу: разве Титир…или кто другой…ничего не говорил тебе о проклятых местах?

— Говорил…но я точно не помню! Столько всего случилось…

— А ты напряги память и погляди мне в глаза. Я не стану усыплять тебя, как это сделал однажды мой господин во время такого же опыта с тобой…помнишь, в Потустороннем замке?

У Кья при этом был абсолютно невинный вид (если бывает рачья невинность). Но Аксель каким-то шестым чувством сразу почуял, что хитрый дух подбирается к Смертёнку и ждёт только, чтоб мальчик припомнил и его беглые реплики насчёт проклятий. Хотя они тоже пригодились бы — да ещё как! — Аксель попытался изгнать их из памяти и сосредоточился на Титире. Затем он уставился на рака, жадно сверлившего его взглядом.

Кья поднёс ко рту Акселя двупалую лапу, и тот не смог даже брезгливо отпрянуть: его тело словно окаменело. Рот мальчика, открывшись без всякого участия его воли, внятно и чётко произнёс полузабытые, казалось, слова:

«Но раз уж вы тут, в проклятом месте, ваша защита становится крайне уязвимой. И если вы сами до этого где-либо подвергались проклятию — пусть Неполноценному! — или насылали его, защита исчезнет вовсе!»

— Теперь ты понял? — холодно спросил Кья. — Я не мог знать заранее, насколько уязвимой будет твоя защита. Но школа Гуго Реннера не сулила мне ничего хорошего…Скорей всего, я не смог бы захватить тебя, а только выдал себя понапрасну. Или между нами развернулся бы целый бой, безрезультатный для обеих сторон, чего в проклятых местах без крайней нужды делать не стоит.

— Целый бой? — с недоумением переспросил Аксель. — Но…я не могу колдовать без усилителей!

— Ах, ты и этого не знал? В проклятых местах можешь…Нет-нет, сейчас это бесполезно. Сейчас у нас с тобой всё в порядке! Ты захвачен, контрзаклятия против твоих попыток предпринять что-либо я наложил ещё вчера, когда отпирал для тебя ставни и убирал оконные переплёты. С таким законопослушным мальчиком нужно всё учесть: вдруг бы ты не рискнул разбить стекло в чужом доме!

— Но тогда…я опять ничего не понимаю! Как же ты сумел захватить меня?