Вампиров не бывает (СИ) - Рыжая Анна - Страница 21

— Тихо, тихо, — я подула на рану, — зато заражения не будет.

— У меня и так бы ничего не было, — прорычал Марк, — признайся, хочешь поиздеваться.

— В детстве я хотела стать хирургом. Надо же когда-то начинать практиковаться. Лучше поздно, чем никогда.

— Садистка, — отвернулся он.

— А ты — балбес. Как тебя угораздило так?

— Я выследил лося, а оказывается, на него претендовали еще и волки. Пришлось подраться.

— Голыми руками?

— Ну типа того.

— Ты с ума сошел, с волками драться… — я поняла, что не просто так металась весь день, как зверь в клетке.

— Но я же победил.

— А в другой раз можешь не победить!

Марк хитро взглянул на меня.

— А ты за меня беспокоишься?

— Я за себя беспокоюсь. Если тебя убьют, то и я тоже долго не проживу, потому что твои шакалы сожрут меня при первой возможности.

— Никто меня не убьет. Не знаю, чем накачали меня в детстве, но это помогает выживать в экстремальных условиях. Я выносливее, быстрее, чем другие вампиры, у меня очень быстрая регенерация, и, кстати, я ни разу не болел ничем серьезным.

— А в мире много вампиров? — спросила я, протирая спиртом область вокруг раны.

— Как сказать. Поменьше, чем вас, людей.

— А ты многих знаешь?

— Я как-то не считал. Такое ощущение, что ты говоришь о вымирающих животных.

— Один из них сегодня точно чуть не вымер. Чтобы больше не дрался с волками, понял меня?

Марк поцеловал мою руку.

— Хорошо, я постараюсь.

— Не постараюсь, а не буду, обещаю.

— Алис, я не могу обещать. Но честно, постараюсь.

Я недовольно надула губы.

— Давай сюда ляжку, — пробубнила я, смачивая в спирте новый ватный тампон.

Марк усмехнулся и закинул ногу на стол. Я молча протерла рану, нажимая посильнее, что он помучался. Я и в правду садистка. Но мне это нравится!

— Переоденься. Неприлично шастать в разодранных брюках, — хлопнула я по его ноге.

— А кто меня тут видит? Кроме тебя конечно.

— Мне тоже не очень приятно созерцать твои волосатые ноги.

— Мне побрить? — засмеялся Марк.

— Как хочешь, хотя бы переоденься. Кстати я жду обещанный шашлык. Не порть мне аппетит таким видом.

— Как скажешь, принцесса. Кстати я бы на твоем месте тоже помылся…

— Была бы я на своем месте, сидела бы сейчас в ванной дома, — вот гад, по самому больному бьет.

— Мы об этом говорили и не раз.

— Знаю, потому раз мне придется тут торчать, пожалуйста, сделай мое существование более комфортным. Я говорю про мытье, одежду и другие средства по уходу за собой. И еще меня уже тошнит от фруктов. Никакой нормальной пищи! Я скоро ноги вытяну.

— Напиши мне на бумажке, что тебе надо.

— Дай бумажку, или мне на туалетной написать? Кстати, я несказанно рада, что хоть она есть.

— Тебе со мной совсем плохо? — пристально посмотрел он мне в глаза, я почувствовала себя виноватой.

— Не с тобой, а здесь.

— Не понимаю.

— Против твоей компании я ничего не имею, особенно, если бы ты не держал меня силой. Просто без элементарных удобств мне сложно.

— Ну если проблема не во мне, то все решаемо, — подтянул он меня к себе за руки и нежно обнял за талию.

— Шашлык и баня, — напомнила я, чтоб он поторопился и перестал обнимать меня.

Я ушла в комнату. Когда Марк в очередной раз только что обнял меня, я снова чуть не потеряла контроль над собой. Теперь я ясно понимаю, что меня влечет к нему. Хватит себя обманывать, я хочу его. И мне плевать, кто он там, вампир, зомби, да хоть птеродактиль. Это сильнее меня, и я устала с этим бороться. Кто бы знал, как хочу я любить и быть любимой. Банально. Но еще больше я боюсь этого. Парадокс. Боюсь полюбить, и страдать, боюсь боли, без которой любви не бывает. У меня не было. Надеялась спрятаться, убежать, нацепить железную маску. Я стала стервозней, циничней. Говорят, кто в армии служил, тот в цирке не смеется. Эту поговорку, наверное, можно применить и ко мне. Я больше не верю в счастливую любовь, во взаимные чувства. Один любит, другой всегда позволяет. Когда я вижу влюбленную парочку, я всегда думаю, что парень, по-любому, изменяет, а девчонка крутит интернет романы или то-то вроде того. Я видела достаточно примеров, чтобы убедиться в этом. Или же тебя просто хотят купить за рестораны, подарки, а иногда и откровенно предлагают "решить все твои проблемы". В обмен на секс, разумеется. Как же они меня достали! В каждом мужчине я вижу неискренность, а значит угрозу. Начиталась книг по психологии лжи и пикапу, и мне стало совсем весело. При каждой попытке мужчин познакомиться со мной я уже предвижу их слова, жесты, мне смешно и грустно. Может для кого-то знания — это сила, а для меня скорее наказание. Наверное, я слишком замороченная. Не следует женщине много думать. Но меньше не получается. Я просто ушла в работу, отдавая ей всю себя, чтобы не осталось даже времени на самобичевание. Я достаточно покопалась в себе, и вот результат. Куча комплексов. На самом деле приезжая в эту глушь, я надеялась отдохнуть от той жизни, просто ненадолго выпасть из цивилизации. Раз уж меня отправляют сюда, то надо извлечь из этого максимум пользы. Я думала, что здесь-то уж точно нет мужчин, способных меня заинтересовать. Я ошиблась. И вот, когда я почти уже успокоилась, я снова боюсь. Боюсь полюбить Марка. Боюсь захотеть остаться с ним в этой хибаре. Зачем я не застрелилась в день своего отъезда? Стоило бы.

Вечером я пришла в сад. У беседки вокруг костра над мясом колдовал Марк.

— Готовишь? — подошла я поближе, аромат жареного мяса я учуяла еще за несколько десятков метров.

— Еще немного, кажется, — ответил он, раздувая угли.

— Кто научил тебя жарить шашлык? Это ж не яичницу пожарить…

— Я вообще талантливый, — засмеялся Марк.

— Надеюсь, ты поешь со мной?

— Посмотрим.

— Ты совсем ничего не ешь, кроме мяса с кровью?

— Просто мне не нравится. Но вообще, когда хочется что-то попробовать, я себе не отказываю. Например, если яичницу приготовят в кафе, я ее не буду. А вот если бы ты приготовила ее для меня… — Марк хитро взглянул на меня и продолжил переворачивать мясо.

Я промолчала. Мне было приятно, что Марк готов ради меня на такие жертвы. Я конечно не про то, что моей яичницей можно травить крыс. Просто если Марк не любит человеческую пищу, но готов есть то, что сделано моими руками, это о чем-то говорит.

Пока Марк дожаривал мясо, я успела помыться. Так же я постирала всю свою одежду. Единственное, что на мне было, так это майка, которую дал мне Марк. Обыкновенная белая футболка, слегка вытянутая, но оно и лучше, потому что майка доставала мне до середины бедра. Главное теперь нигде не упасть и садиться поаккуратнее, ибо все мое белье тоже сушится на кустах за баней. Волосы еще не высохли, на спину капала вода. Наверняка, каждая девушка с длинными волосами знает как это неприятно. А моя грива длиной почти по пояс еще и сохнет несколько часов… Я подошла к костру с села на бревно. Сейчас мне было хорошо и спокойно. Вечер выдался теплый, комары не докучали, меня ждет ужин в неплохой компании. Кстати, а где компания? Я осмотрелась, но Марка нигде не было видно. Я зашла в беседку. На круглом деревянном столе в центре ее стояли две свечи, тарелка с шашлыками и столовые приборы. Мое внимание привлекли два бокала. Интересно, что мы будем пить. От пламени костра я зажгла свечи. Беседка сразу преобразилась. Теперь она казалась величественной и старинной, будто из 19 века. Только вот барышни тогда явно не разгуливали практически нагишом, как я сейчас. Минуту спустя появился Марк.

— Смотрю, ты уже похозяйничала.

— Немного, — я натянула майку на колени.

Марк поставил на стол две бутылки вина.

— Вау… — вырвалось у меня, — так у тебя ж вино есть, я и забыла.

— У меня все есть.

— Прям как в Греции, — добавила я. Он усмехнулся.

— И даже больше. Просто не было повода всем этим пользоваться.