Путешествие в Икстлан - Кастанеда Карлос - Страница 36

Дон Хуан взглянул на небо и на горы. Солнце уже клонилось к западу, и на горах быстро собирались дождевые облака. Я не знал, сколько времени. Я забыл завести свои часы. Я спросил его, не может ли он сказать, сколько времени, и у него был такой приступ смеха, что он скатился с камня в кусты.

Он встал и потянулся, зевая.

– Еще рано, – сказал он. – мы должны ждать, пока туман не соберется на вершине горы, а затем ты должен встать на этот камень и поблагодарить туман за его одолжение. Пусть он придет и обнимет тебя. Я буду рядом, чтобы помочь, если понадобится.

Каким-то образом перспектива того, чтобы стоять одному в тумане, перепугала меня. Я чувствовал себя идиотски из-за того, что реагирую таким нерациональным образом.

– Ты не можешь уйти из этих уединенных гор, не выразив им своей благодарности, – сказал он твердым тоном. – воин никогда не поворачивает спины к силе без того, чтобы отдать должное за полученное одолжение.

Он лег на спину, положив руки под голову, и накрыл лицо шляпой.

– Как я должен ждать тумана, что я должен делать? – спросил я.

– Пиши, – сказал он сквозь шляпу. – но не закрывай глаза и не поворачивайся спиной.

Я попытался писать, но не мог сконцентрироваться. Я встал и стал беспокойно ходить. Дон Хуан поднял свою шляпу и посмотрел на меня с оттенком раздражения

– Садись! – приказал он мне.

Он сказал, что битва силы еще не окончена и что я должен научить свой дух не быть пассивным. Ничего из того, что я делаю, не должно выдавать моих чувств, разве что я хочу остаться пойманным в этих горах.

Он сел и шевельнул рукой с выражением срочности. Он сказал, что я должен действовать так, как если бы все было обычным, потому что места силы, как то, в котором мы находимся, имеют потенциальную возможность опустошать людей, если они беспокойны, и поэтому человек может развить странные и вредные узы с этим местом.

– Эти узы приковывают человека к месту силы иногда на всю жизнь, – сказал он. – а это не твое место. Ты не нашел его сам, поэтому подтяни свой пояс и не теряй штанов.

Его предупреждение подействовало на меня, как заговор. Я работал в течение нескольких часов без передышки.

Дон Хуан отправился обратно спать и не просыпался до тех пор, пока туман не приблизился на каких-то двести метров. Он поднялся и посмотрел на окрестности. Я оглянулся, не поворачивая спины. Туман уже залепил низину, спускаясь с гор справа от меня. Слева от меня ландшафт был чистым. Однако ветер начинал дуть справа и гнал туман в низину, как бы окружая нас. Дон Хуан прошептал, что я должен оставаться бесстрастным стоя там, где я есть, и не закрывая глаз, и что я не должен поворачиваться до тех пор, пока я не буду полностью окружен туманом. Только тогда можно будет начать спуск.

Он укрылся у основания скал в нескольких футах от меня.

Тишина этих гор была какой-то величественной и в то же самое время пугающей. Мягкий ветер, который нес туман, давал мне ощущение, что туман свистит у меня в ушах. Большие клочки тумана спускались с холма, как плотные образования беловатого вещества, катящиеся на меня. Я чувствовал запах тумана. Это была любопытная смесь сырости и свежести, затем я был охвачен туманом полностью.

У меня было такое ощущение, что туман действует на веки моих глаз. Они отяжелели, и я хотел закрыть глаза. Мне было холодно, горло мое воспалилось. Я хотел кашлянуть, но не смел. Я поднял подбородок и вытянул шею для того, чтобы не кашлянуть. И когда я поднял свой взгляд вверх, у меня было такое ощущение, что я действительно мог видеть плотность туманного образования. Как будто бы мои глаза могли оценить его толщину, проходя сквозь него. Мои глаза начали закрываться, и я не мог больше бороться с желанием заснуть. Я чувствовал, что сию минуту упаду на землю. В этот момент дон Хуан подскочил ко мне, встряхнул за руки и потряс. Потрясение было достаточным, чтобы восстановить ясность.

Он прошептал мне на ухо, что я должен бежать вниз так быстро, как только смогу. Он сказал, что последует сзади, потому что не хочет быть поражен теми камнями, которые я спихну на своем пути. Он сказал, что ведущий – я, поскольку это моя битва силы, и что я должен иметь ясную голову и быть отрешенным для того, чтобы благополучно вывести нас отсюда.

– Это так, – сказал он громким голосом. – если у тебя не будет настроения воина, мы никогда не покинем тумана.

Секунду я колебался. Я не был уверен, смогу ли я найти путь с этих гор.

– Беги, кролик, беги! – завопил дон Хуан и слегка толкнул меня вниз по склону.

13. Последняя стоянка воина

Воскресенье, 28 января 1962 года.

Около 10 часов утра дон Хуан вошел в дом. Он уходил на рассвете. Я приветствовал его. Он усмехнулся и шутовским манером пожал мне руку и приветствовал меня.

– Мы собираемся отправиться в небольшое путешествие, – сказал он. – ты собираешься отвести нас в весьма особое место в поисках силы.

Он развернул две переметные сумы и положил в каждую из них по две тыквенные фляги, наполненные едой, связал их тонкой веревкой и вручил мне.

Мы спокойно ехали на север каких-нибудь 400 миль, а затем свернули с панамериканской шоссейной дороги и поехали по грунтовой к западу. В течение многих часов моя машина казалась единственной на дороге. Пока мы ехали, я заметил, что не могу видеть сквозь ветровое стекло. Я отчаянно старался взглянуть на окружающее, но было слишком темно, а ветровое стекло было заляпано раздавленными насекомыми и пылью.

Я сказал дону Хуану, что должен остановиться и прочистить ветровое стекло. Он велел мне продолжать ехать, даже если мне придется тащиться со скоростью две мили в час, высовывая голову из окна, чтобы видеть впереди. Он сказал мне, что мы не можем остановиться, пока не достигнем того места, куда едем.

В определенном месте он велел мне повернуть направо. Было так темно и пыльно, что даже фары мало помогали. Я съехал с дороги с дрожью в коленках. Я боялся мягких кюветов. Но почва была слежавшейся.

Я проехал около двухсот метров на самой тихой скорости, держа дверцу открытой, чтобы можно было выглядывать. Наконец, дон Хуан сказал остановиться. Он сказал, чтобы я остановился как раз позади огромной скалы, которая скроет машину из виду. Я вышел из машины и обошел ее вокруг, ориентируясь на свет фар. Я хотел рассмотреть окрестности, потому что не имел никакого представления, где мы находимся, но дон Хуан выключил фары. Он громко сказал, что мы не можем терять времени и что я должен запереть машину, потому что мы отправимся в путь.

Он вручил мне мою сумку с флягами. Было так темно, что я споткнулся и чуть не уронил их. Дон Хуан мягким и повелительным голосом приказал мне сесть, пока мои глаза не привыкнут к темноте. Но с глазами моими проблемы не было. Как только я вышел из машины, я мог видеть довольно хорошо. Неладно было с моей особой нервозностью, которая заставила меня действовать так, как совершенно рассеянного. Я все пытался выразить словами.

– Куда мы идем? – спросил я.

– Мы собираемся прогуляться в полной темноте к особому месту.

– Для чего?

– Чтобы определить наверняка, способен ли ты охотиться за силой.

Я спросил его, является ли то, что он предлагает мне, испытанием, и если я провалюсь на этом испытании, будет ли он продолжать рассказывать мне о своем знании и разговаривать со мной.

Он слушал, не прерывая. Он сказал, что то, что мы делаем, не является испытанием, но что мы ждем знака, и если знака не будет, то отсюда последует, что я не добился успеха в охоте на силу. И в этом случае я буду свободен в дальнейшем от всяких обязательств. Свободен быть таким глупым, каким хочу. Он сказал, что в независимости от того, что случится, он – мой друг, и всегда будет разговаривать со мной.

Каким-то образом я знал, что провалюсь.

– Знак не появится, – сказал я шутя. – я знаю это, у меня есть маленькая сила.

Он засмеялся и похлопал меня по спине.