Путешествие в Икстлан - Кастанеда Карлос - Страница 33

Дон Хуан сел под ним, скрестив ноги, на самом краю балкона. Он сказал, чтобы я сел рядом с ним справа. Некоторое время мы молчали.

Дон Хуан нарушил тишину. Он сказал шепотом, что нам следует действовать так, как будто бы ничего необычного не происходит. Я спросил, что конкретно я должен делать. Он сказал, что я должен заняться писанием и делать это точно так же, как если бы я писал за своим письменным столом, не имея никаких забот в мире, кроме писания. В определенный момент он подтолкнет меня, и тогда я должен взглянуть в ту сторону, куда он мне укажет глазами. Он предупредил меня, что в независимости от того, что я увижу, я не должен издавать ни единого слова. Только он может свободно разговаривать, потому что он известен всем силам этих гор.

Я последовал его инструкциям и больше часа писал. Я ушел в свое занятие с головой. Внезапно я почувствовал мягкое постукивание по моей руке и увидел, что глаза и голова дона Хуана движутся, указывая на клок тумана, примерно в 400-х метрах от нас, который спускается с вершины горы. Дон Хуан прошептал мне в ухо голосом, едва слышным даже на таком близком расстоянии:

– Передвигай свои глаза взад и вперед по облаку тумана, – сказал он, – но не смотри на него прямо. Моргай и не давай глазам сфокусироваться на тумане. Когда увидишь на облаке зеленое пятно, укажи мне его глазами.

Я провел глазами слева направо по облаку тумана, которое медленно спускалось к нам. Прошло, наверное, около получаса. Темнело. Туман двигался исключительно медленно. вдруг в какой-то момент у меня появилось внезапное чувство, что я заметил слабое сияние справа. Сначала мне показалось, что я вижу пятно зеленого кустарника сквозь туман. Когда я смотрел на него прямо, я ничего не замечал. Но когда я смотрел, не фокусируя взгляда, то я мог заметить неясный зеленоватый участок.

Я показал его дону Хуану. Он скосил глаза и стал смотреть на него.

– Сфокусируй свои глаза на этом пятне, – прошептал он мне в ухо. – смотри, не мигая, пока не будешь видеть.

Я хотел спросить, что я должен увидеть, но он взглянул на меня, как бы напоминая, что я не должен разговаривать.

Я посмотрел опять. Кусок тумана, который спустился сверху, нависал, как если бы это был кусок плотного вещества. Он был сглажен как раз в том месте, где я заметил зеленый оттенок. Когда мои глаза устали опять, и я скосил их, то я увидел сначала кусок тумана, наложенный поверх облака тумана, а затем я увидел тонкую тесемку тумана, соединяющую эти два куска, которая выглядела, как тонкое, ничем не поддерживаемое сооружение, как мостик, соединяющий гору надо мной и облако тумана передо мной. На секунду я подумал, что могу видеть прозрачный туман, который сдувается с вершины горы и проходит по мостику, не нарушая его. Казалось, что мостик действительно твердый. В какое-то мгновение мираж стал настолько полным, что я действительно смог различать черноту под этим мостиком в противоположность светлой окраске песчаника по его сторонам.

Я смотрел на мост ошеломленный, а затем я то ли сам поднялся до его уровня, то ли мост снизился до моего. Внезапно я стал смотреть на прямую дорожку прямо перед собой. Она была бесконечно длинной твердой дорожкой, узкой и без поручней, но достаточно широкой, чтобы по ней можно было идти.

Дон Хуан энергично стал трясти меня за руку. Я почувствовал, что голова у меня болтается вверх и вниз, а затем заметил, что глаза у меня сильно воспалились. Совершенно бессознательно я потер их. Дон Хуан продолжал трясти меня до тех пор, пока я не открыл глаза вновь. Из своей фляги он налил немного воды на ладонь и плеснул ее мне в лицо. Ощущение было очень неприятным. Холод воды был настолько исключительным, что ее капли ощущались на коже, как боль. Тут я заметил, что мое тело очень теплое. Я был как в лихорадке.

Дон Хуан поспешно дал мне воды напиться, а затем плеснул мне воды на уши и на шею.

Я услышал очень громкий, длинный и какой-то неземной птичий крик. Дон Хуан секунду внимательно слушал, а затем толкнул ногой стену и разрушил крышу. Он забросил крышу в кусты и раскидал по сторонам все камни один за другим.

Он прошептал мне на ухо:

– Выпей воды и жуй свое сухое мясо. Мы не можем здесь оставаться. Этот крик был не птичий.

Мы спустились вниз с карниза и пошли в восточном направлении. Очень скоро стало так темно, что перед моими глазами как бы повис полог. Туман был, как непроходимый барьер. Я никогда не думал, что туман ночью может быть таким густым. Я не мог понять, как дон Хуан идет. Сам я держался за его руку, как будто был слепой.

Каким-то образом у меня было такое ощущение, что я иду по краю пропасти. Мои ноги отказывались двигаться. Мой рассудок доверял дону Хуану, и умом я хотел идти, но мое тело не хотело. И дону Хуану приходилось тащить меня в полной темноте.

Должно быть, он знал эту местность до полного совершенства. В определенном месте он остановился и усадил меня. Я не смел выпустить его руку. Мое тело чувствовало без малейшей тени сомнения, что я сижу на куполообразной горе, и, если я сдвинусь хотя бы на дюйм вправо, то я полечу через край в бездну. Я был абсолютно уверен, что сижу на изогнутом склоне горы, потому что мое тело бессознательно сдвигалось вправо. Я думал, что оно делает это для того, чтобы остаться вертикальным, поэтому я попытался компенсировать наклон, склоняясь влево, к дону Хуану, насколько мог дальше.

Дон Хуан внезапно отодвинулся от меня и без поддержки его тела я упал на землю. Прикосновение к земле восстановило мое чувство равновесия. Я лежал на плоском месте. Я начал осознавать то, что меня окружает, на ощупь, и нащупал сухие листья и сучки.

В это время внезапно блеснула молния, осветившая весь этот район, и раздался ужасный удар грома. Я увидел, что дон Хуан стоит слева от меня. Я увидел огромные деревья и пещеру в нескольких футах за ними.

Дон Хуан велел мне забраться в пещеру. Я забрался в нее и уселся спиной к скале.

Я почувствовал, как дон Хуан наклонился и прошептал, чтобы я был совершенно молчалив.

Последовали еще три вспышки молнии одна за другой. Мельком я увидел, что дон Хуан сидит, скрестив ноги, слева от меня. Пещера была вогнутым образованием, достаточно большим, чтобы я нем могли сидеть двое-трое людей. Выемка образовалась, казалось, у основания валуна. Я почувствовал, что с моей стороны было действительно умным залезать в нее на четвереньках, потому что если бы я шел во весь рост, то я бы разбил голову о скалу. Блеск молнии вызвал у меня мысль о том, насколько густым было облако тумана. Я заметил стволы огромных деревьев, как темные силуэты на фоне белесоватосветло-серой массы тумана.

Дон Хуан прошептал, что туман и молнии были в сговоре один с другим, и я должен был держаться исключительно алертно, поскольку я вовлечен в битву силы. В этот момент потрясающая вспышка молнии волшебным образом осветила всю местность. Туман как бы являлся белым фильтром, который замораживал свет электрического разряда и однообразно рассеивал его. Туман был, как плотная беловатая субстанция, висевшая между высоких деревьев. Но прямо передо мной, на уровне земли, туман редел. Я ясно различал очертания местности. Это было в основном в лесу. Высокие деревья окружали нас. Они были так исключительно высоки, что я мог бы поклясться, что мы находились в секвойевом лесу, если бы я до этого не знал, где мы находимся.

Последовал целый каскад молний, длившийся несколько минут. Каждая вспышка делала те очертания, которые я уже заметил, более отчетливыми. Прямо перед собой я видел хорошо заметную дорогу. На ней не было никакой растительности. Казалось, она оканчивается на участке, свободном от деревьев.

Вспышек молний было так много, что я не мог проследить, откуда они исходят. Вся местность, однако, так хорошо освещалась, что я почувствовал себя более легко. Мои страхи и неуверенность исчезли, как только стало достаточно света, чтобы приподнять тяжелый занавес темноты. Поэтому, когда между вспышками молний были длинные паузы, я уже больше не был дезориентирован чернотой вокруг меня.