Друзья поневоле, или Забавные истории заброшенного дома - Русинов Мстислав - Страница 9

— А ещё: «ноу-где» и «ноу-когда», — сунулся в разговор решивший поумничать Крыс.

Спорить с этим было трудно. Затосковавший Хомо стал негромко и уныло напевать одну из своих песенок:

Хомо прикурил изжёванный ошмёток сигары и с удовольствием пустил дым в потолок. Этой песенке он научился у одного уборщика в цирке. Может, он научился бы от него и ещё кой-чему полезному, но, слава богу, уборщика вовремя уволили, когда он, будучи сильно навеселе, едва не попал под слона.

— Курить — это вводить свою семью в лишние расходы, — недовольно прокудахтала Цыпа.

— А который сейчас час? — не обращая на неё внимания, снова спросил Хомо.

Кок неторопливо подцепил часы, скосил глаз и, солидно про-ко-ко-кашлявшись, сообщил:

— Конец одиннадцатого.

На этот раз он держал часы боком. Казалось, что его ответ никого не озадачил, только Крыс задумчиво присел на край оторванной половицы, пошевелил усиками и промолвил:

— Наверное, это уже очень много времени.

Ворон хотел было сделать какое-то замечание о быстротечности всего на земле, но хмуро промолчал.

— Опять одного яйца нет! — горестно всплеснула крыльями вдруг снова появившаяся откуда-то Цыпа. — Ктох же его мох взять?

Все молчали. Вдруг Сержант пристально уставился на Крыса. Крыс поёжился, но попытался сохранить независимый вид. На губе у Крыса прилип маленький кусочек яичной скорлупы.

— Так никто таки ничего не знает… — угрожающе, не то спросил, не то утвердительно заявил Сержант.

— А это что?! — Сержант мгновенно подскочил к Крысу и обнюхал скорлупу на его губе. Крыс оторопело обомлел, — второго хвоста у него в запасе не было.

— Я всё с-скажу, я вс-сё с-скажу, — жалобно засвистел он. Сержант чуть-чуть отступил.

— Я всегда говорила, что все крысы — воры, — возмущённо проквохтала Цыпа, — и любят всех вводить в ненужные расходы.

— Это мы с Вороном утащили яйцо. Но ведь только одно! — гордо пискнул Крыс, сам поражённый своей честностью.

Все посмотрели наверх.

Ворон, как чёрный истукан, неподвижно сидел на своей полке, словно в недосягаемом орлином гнезде на скале времени, с торжественным спокойствием глядя в никуда. Казалось, никакие мелкие житейские неурядицы не имели к нему никакого отношения. «Всё — суета сует», — будто говорил он, и окружающим было бы просто неприлично отрывать его от столь масштабных вселенских раздумий о скоротечности времени и жизни своими пустыми и никчёмными разговорами о каком-то там завалящем тухлом яйце.

— Брать чужое добро — нехорошо! — хмуро буркнул Сержант. — Во всём должен быть порядок.

Ворон соизволил немного пошевелиться. Оправдываться он и не собирался.

— Карр-хм! — проклокотал Ворон. — Карр-к сейчас помню, слышал я карр-кто одну историю от моего предка про некоего багдадского вора. Вот ловкий был парнишка, — таскал на тамошнем базаре, ну всё, что только его душа пожелает.

— Но мы же не в Багдаде, — разочарованно вытянул мордочку Крыс.

Все посмотрели на него с некоторым сожалением, точно на умственно отсталого. В целом, идея Ворона пришлась им по душе. Но вот ни «ноу-хау», ни «ноу-где» ясно не вырисовывались.

Одна только Цыпа осторожно, но как-то явно ни к селу, ни к городу, проквохтала:

— А тюрьмы есть везде, — хоть в Багдаде и хоть где. Нельзя же всех вводить в расходы, сгребая вместе все отходы.

— Квах-то ты всё это несвоевременно говоришь, — рассердился голодный Кок. — Заладила всё своё: то про суму, то про тюрьму.

— От тюрьмы и от чумы не зарекайся, — ввернул Крыс.

— И когда только ты станешь жизнерадостнее? — ещё больше нахохлился Кок.

— Каков фураж — таков кураж! — парировала Цыпа.

— А что такое фураж? — поинтересовался Крыс. — Да и кураж тоже?

— Какова кормёжка — такова балдёжка! — с серьёзным видом крепко разъяснил Кок.

— И вообще, с таким как ты фон-фароном нормальной семьи не построишь, — продолжала кудахтать голодная Цыпа. — Ты только и можешь, что вводить меня в ненужные, лишние расходы.

Перепалка затягивалась.

Хомо решил взять на себя тяжелое бремя дальнейших дискуссий. Видать, какая-то мыслишка, какое-то там «ноу-хау» или «ноу-где» не давали ему покоя.

— Ух! Я вот знаю, что во всех больших магазинах часть потерь списывают на порчу товара, а то и на воровство, Ну, всяческая там утруска, бой… — начал издалека Хомо.

— Бой?! — опасливо вздрогнул Крыс.

— Вот мы и могли бы эту часть запланированных потерь взять на себя, — продолжал Хомо.

«Ноу-где» достаточно ясно засветилось у всех в головах.

— Ну, эту часть потерь и сами продавцы вместе с директором обеспечивают сверх исправно, — уж «ноу-хау» у них хватает, — с ехидством протянул Крыс — Вот у меня была одна знакомая в магазине — крыска Лариска, так она…

— Хватит болтать! — рявкнул тоже изрядно проголодавшийся Сержант. — У меня есть план. Я знаю и «ноу-как», и «ноу-где», и «ноу-кто». Как говорят американцы: «Главное — это быть в нужном месте в нужное время». Со мной пойдут Хомо, Крыс и Ворон.

— А почему я? — забеспокоился Крыс. — Да, пожалуй, и Ворон не сможет никуда пойти, — ведь он может только летать.

— Да уж, ноги у меня устарые, — буркнул Ворон.

— Гав! Гав-вы оба можете только яйца у Цыпы воровать! — окончательно рассвирепел Сержант. — И чёрт с вами, сидите тут сиднем!

Голодная Цыпа решила спасать ситуацию и с трогательной заботой захлопотала:

— А где же ваша выходная одежда? Вам же совершенно не в чем пойти, а человек всегда должен выглядеть прилично.

— Ну, может, у кого и хвост — одёжка! — с мрачным удовлетворением буркнул Сержант.

Надо заметить, что сам Сержант имел удручающе маленький хвост, ну, прямо-таки скажем, какой-то несолидно короткий обрубочек для такой серьёзной собаки.

— Тебе его тоже откусили? — спросил как-то раз Крыс, которому страшно хотелось иметь товарища по несчастью.

— Так положено, — отрезал в ответ Сержант.

Хомо с притворным равнодушием зевнул:

— Да ух ладно. Приведём себя в порядок — и порядок. Алле-хоп!

Он с сомнением осмотрел свои грязные штаны, поплевал на ладошку и старательно размазал пятна ещё больше. Штаны стали походить на камуфляжную форму.

— Надо бы Кока взять с собой, да только, что он там будет делать? — с ехидной улыбочкой сунулся подосмелевший Крыс.

— Я к вашим услугам! — гордо вскинул голову Кок, как офицер, которого среди ночи вдруг вызвали на дуэль. — К тому же, вам никогда не помешает знать точное время.

— Ага, — когда посадят… — насмешливо буркнул Хомо и заунывным голосом затянул:

— Раньше сядешь — раньше выйдешь. От звонка и до звонка…

— Да заткнитесь вы! — рыкнул Сержант.

Компания стала помаленьку собираться, хотя особым энтузиазмом их физиономии не горели. Цыпа суетилась вокруг, отряхивая крыльями пылинки, даже скорее, грязь, с видавшего виды сюртучка Хомо, и постоянно приговаривая:

— Человек везде должен выглядеть прилично.

— Даже в тюрьме? — туповато спросил Крыс.

— И в тюрьме, и в тюрьме, — со скрытым злорадством подтвердил важно расхаживавший взад-вперёд Кок.

— А вообще-то, это просто гениальный план, — тут же поспешил успокаивающе добавить он.

Кок отлично знал, что ему тюрьма пока не грозит, потому что он-то будет отсиживаться дома. Мура, которая тоже никуда не собиралась, одобрительно мурлыкала, всячески обхаживая Сержанта, Хомо и Крыса, и даже строя им иногда глазки.

Ворон задумчиво сидел на своей полке, пытаясь, по-видимому, вспомнить какую-нибудь подходящую к случаю поучительную историю из своего позабытого прошлого.

— Пор-ра! Пор-ра! Давай со двор-ра! — прокаркал Ворон и плавно спланировал с полки.

— Не на свой поезд не опоздаешь! — возбуждённо хихикнул Крыс, но сам первым поспешил к дверям.