Змей - Касслер Клайв - Страница 79

— Подойди, чтобы я хорошо видел тебя.

Остин выполнил приказ. Они с Завалой сделали несколько шагов вперед. Седовласый подошел к ним, забрал ножи, с любопытством оглядел с головы до ног.

— Это вам не понадобится, — с ухмылкой произнес он, отбрасывая холодное оружие в сторону.

— Представь мне своих друзей, Гусман. — Алкон появился рядом с Гусманом, держа в руках пистолет.

— Простите мою глупость, дон Алкон. Позвольте представить — мистер Остин и его напарник мистер Завала, сотрудники НУМА. С ними я познакомился в Аризоне. Кстати, Завала — тот джентльмен, которого засняла камера наблюдения.

— А, ну конечно! Теперь я узнал его.

— Надо было прислать мне копию, Алкон, — не смолчал Завала.

Алкон усмехнулся:

— Я бы сильно удивился, если бы такие деятельные и способные господа, как вы, не знали моего имени. Гусман рассказывал про ваши успехи, после чего я приказал вас ликвидировать. Вам просто повезло. У Гусмана редко случаются проколы. Прежде чем он реабилитирует себя, хочу признать — я просто сражен, обнаружив вас в храме.

— Нас проглотил Кукулькан, — ответил Остин.

Алкон внимательно посмотрел на Курта, как энтомолог смотрит на насекомое в банке.

— Ты либо говоришь правду, либо пытаешься иронизировать, — сказал Алкон. — В любом случае теперь это не важно. Больше вы не увидите челюсти Кукулькана.

— Я расскажу, как мы попали сюда, если вы ответите на парочку вопросов обреченных людей. Мне очень хочется узнать, верна ли моя теория.

Алкон решил, что Остин пытается тянуть время, а сам Курт думал о побеге. Он вовсе не намеревался закончить свои дни в этом склепе.

— Торгуешься до конца, — протянул Алкон, все-таки заинтригованный предложенной игрой. — Давай, спрашивай.

— Во-первых, как вы нашли храм?

— Так же, как и узнали об экспедиции на «Андреа Дориа». Через человека мистера Донателли, сицилийца.

— Антонио?

— Его имя ровным счетом ничего не значит. Когда вы сообщили Донателли, что собираетесь в Центральную Америку, мы отправили своих шпионов в Гватемалу. Было очень просто проследить за забавным желтым самолетиком. А теперь — твой черед. Интересно послушать, что там за теория.

— С чего же начать? — задумчиво протянул Остин. — Финикийцы торговали с Америкой на протяжении тысяч лет. Когда римляне устроили осаду Карфагена, финикийцы решили увезти свои сокровища морем. Прошли века. В Новый Свет приплыл Колумб и услышал историю о несметных богатствах. Он нашел «говорящий камень», считая, что тот укажет правильный путь, и отправился домой. Колумб неправильно истолковал информацию, которую нес камень, но подобрался довольно близко к разгадке.

— Вы очень проницательны, мистер Остин. А теперь расскажите, как вы попали сюда.

— Вон но той лестнице, — сказал Курт, указывая в сторону погребального зала.

Алкон улыбнулся и повернулся к компаньону:

— Гусман...

— Я еще не договорил, — перебил Остин. — Колумб был связан с некоей таинственной организацией — братством. Следовательно, они могли знать о сокровищах.

— Очень даже могли, — подтвердил Алкон. — Я впечатлен, мистер Остин. Братство — один из самых больших секретов в мире. Даже когда мы отправили на дно знаменитый океанский лайнер, никто не узнал о нашем существовании.

— Вы хотите сказать, что «Андреа Дориа» потопило братство? — удивился Остин.

— Судно потопил Гусман. Пока мы с отцом разбирались с охраной бронированного грузовика, он позаботился обо всем на мостике.

— Это же был несчастный случай, — возразил Курт.

— Никакого несчастного случая, мистер Остин. Мы знали, что корабли будут проходить совсем близко друг от друга. Гусман был готов убить всех на мостике «Стокгольма» и столкнуть судна, но, как часто случается, он смог воспользоваться ошибками других.

— Если все, что вы говорите, правда, и братству известно, что «говорящий камень» — ключ к сокровищам, почему вы отправили его на дно океана?

— К сожалению, истинная ценность камня стала известна совсем недавно. Мой отец приказал утопить его. Он выполнял наказ братства — уничтожать все, что дискредитирует Колумба.

Завала усмехнулся и сказал что-то по-испански.

— Вы абсолютно правы, мистер Завала. Мой отец перегнул палку. Однако он не мог знать, что я изменю цель «Лос эрманос».

— И когда же вы решили перейти от затопления кораблей к революции? — спросил Остин.

Тень промелькнула на лице Алкона, хотя через миг он рассмеялся:

— Браво, мистер Остин. Вы выиграли немного времени перед исполнением смертного приговора. Что НУМА известно о моих планах?

— Я отвечу после уточнения некоторых деталей.

— Вы разговоритесь, когда я начну делать дырки в руках и ногах вашего коллеги, — с улыбкой ответил Алкон.

— Конечно, вы можете поступить так. Но позвольте выступить со встречным предложением. Скажите, в чем заключается ваш план, а я открою секрет, известный только мне одному. Клянусь.

— Принимаю.

Остин правильно оценил Алкона. Богач оказался настоящим мегаломаном, которому хотелось обязательно поделиться своими безумными планами.

— Мой план можно передать одним словом — Ангелика. Это будет совершенно новая страна, образованная из юго-западных штатов и южной Калифорнии. Наследники испанцев должны вернуть себе то, что у них отняли силой.

Джо присвистнул:

— Удачи, парень. Правда, мне известна сила, способная помешать тебе.

— О-о-о, поверьте мне, я в курсе военной мощи США и не намерен идти против их армии напрямую.

— А для чего тогда покупалось все это вооружение? Для занятий спортивной стрельбой?

— Нет, конечно. Вы — испанец, мистер Завала, и потому знаете, чему учишься, сражаясь с быками: двигаясь правильно и умело, можно победить более мощного и грозного врага.

— Война с Соединенными Штатами не бой быков, — возразил Остин.

— Принцип годится. Я хорошо подготовил почву. Я способствовал перемещению миллионов иммигрантов на территории, принадлежавшие Испании и теперь незаконно занятые США. Теперь они превосходят числом неиспанцев. Я владею ключевым бизнесом: нефть, газ, угледобыча. На свои доходы я купил многих официальных лиц. Теперь можно приводить план в действие. Как только выберусь отсюда, сразу начну действовать. Армия, которую я собрал и обучил, двинется к пограничным городам. Остальные будут совершать рейды в глубь страны. Несмотря на возможные проявления национальной неприязни по отношению к потомкам испанцев, они выстоят, потому что у них есть великая цель: возродить национальную гордость, которую так часто попирают в Америке.

— Это же означает кровавую бойню и хаос!

— Пускай. А что могут сделать Штаты? Освободить Альбукерке и Финикс, сбросив на них атомные бомбы? Развернуть боевые действия на улицах Сан-Диего? Американское правительство знает, что всякий вооруженный конфликт заканчивается политическими договоренностями, а я предложу выход. Губернаторы, которые получили свои посты благодаря мне, будут выступать за восстановление мира и предложат, чтобы США выдвинули одного из своих граждан в качестве посредника между враждующими сторонами. А я буду вести переговоры о фактическом расколе союза.

— Но ведь нет никаких гарантий того, что ваша схема сработает. В ином случае сотни тысяч ни в чем не повинных людей погибнут ни за что.

— Они послужат средством достижения цели.

— Многие из этих людей будут выходцами из Латинской Америки, — сказал Завала.

— Что с того? — резко ответил Алкон. — Мои предки-конкистадоры использовали враждовавшие между собой группы индейцев, чтобы завоевать империю ацтеков, а потом сделали всех краснокожих рабами. Тем, кто выживет, я дам возможность возродить величие прошлого, возродить славу двух великих цивилизаций — индейцев и испанцев!

— Славное прошлое вроде кровавого футбола и инквизиции? — спросил Курт.

— И даже больше того, что вы можете вообразить, мистер Остин. Гораздо больше. Впрочем, ваша игра мне надоела, — нетерпеливо проворчал Алкон. — Так что там за секрет? Если ты солгал, я не стану тебя наказывать. Ты же все равно не спасешься.