Змей - Касслер Клайв - Страница 42

После всех плаваний я достаточно обеспечен и должен быть благодарен судьбе. Мой старший сын Диего служит королевским стражником, а младший, Фердинандо, — паж. И все равно я опечален неудачей. Покой — не для моряка, и я намерен выйти в море еще раз. Может быть, это будет мое последнее плавание, но я хочу выполнить обещание, данное Вашему Величеству.

Итак, в этом месяце я составил завещание, согласно которому моим наследником является Диего. Я снарядил корабль «Нинья» на свои собственные деньги, наняв пятнадцать моряков. Мы отплыли ночью из Полоса, как и в первый раз, в то мое знаменитое путешествие 1492 года. Взяли курс на Канарские острова, а дальше — на юго-запад.

Перлмуттер отхлебнул кофе. Интересно. Рассказчик знал, что Колумб из всех кораблей больше всего любил «Нинью». То, что «адмирал моря-океана» был очень расстроен своей неудачной попыткой доплыть до Китая, тоже хорошо известно. Колумба обвинили в том, что он не справился с ролью вице-короля, но потом простили и позволили снарядить корабли для четвертого путешествия. И золото великий путешественник тоже страстно хотел найти. Да, здесь только одна проблема, как сказал дон Ортега: Колумб начал писать королю через три дня после своей кончины.

Перлмуттер продолжил чтение. Описание путешествия через Атлантический океан очень походило на историю первого странствия Колумба. «Паруса наполнялись славным ветром, нежным, как дыхание апреля в Севилье». Один приятный день сменял другой. Странно.

Во время первого путешествия Колумб не беспокоился о точных расчетах курса. Главной его заботой было идти в западном направлении. Он полагался только на компас и собственный опыт, а недавно появившемуся прибору под названи-ем «квадрант» не доверял. А вот в этом журнале есть записи с указанием точного курса и наблюдения за звездами.

25 мая 1506 года.

Ориентируемся на Полярную звезду. Курс — юго-запад.

30 мая 1506 года.

Продолжаем следовать на юго-запад...

Колумб будто хотел точно указать курс, потому что знал, где находится «пункт прибытия». Это совсем другое дело. Не так, как в первый раз, когда ошибка в несколько градусов в ту или иную сторону не имела значения, поскольку путешественник намеревался открыть огромные территории — Индию или Китай.

А ссылка на то, что Колумб использовал torleta — планшет, на котором ежедневно отмечалось положение корабля, — еще больше добавляла уверенности: адмирал шел по заранее определенному курсу.

Я все держу курс на юго-запад. Поворачиваю рулевое колесо то в одну, то в другую сторону, в зависимости от ветра. Мы идем в соответствии с torleta древних.

Перлмуттер отложил документ в сторону и достал книгу по средневековой навигации. Он знал, что torleta — это планшет, которым пользовались, чтобы ежедневно отмечать положение судна. А еще этот планшет называли «стол с колоколом», потому что при расчетах использовали песочные часы. Когда песок полностью пересыпался в другую половинку, звонил колокольчик. Да уж, почти средневековый компьютер! Планшет был расчерчен как сетка. Штурман соединял прямой линией точки нахождения судна.

Но больше всего Перлмуттера озадачила фраза «torleta древних». Может, это всего лишь неточный перевод? Может быть, фраза означает, что планшет очень старый? Последнее неудивительно, поскольку речь идет о старушке «Нинье»...

Джулиан решил читать дальше. Он положил рядом с собой карту. Итак, «Нинья» миновала Эспаньолу, Кубу и пошла к Ямайке. Повествование перескочило к описанию неудачного предыдущего плавания.

Мой корабль двигался на юго-запад, минуя Санта-Доминго. Северо-восточный ветер наполнял наши паруса три дня. Здесь на острове четыре года назад мне рассказали о месте под названием Сигур, где несметное количество золота: женщины украшают себя жемчугами и кораллами, а дома покрыты пластинами из драгоценного металла. Местные люди также рассказали мне, что у жителей той страны большие корабли, что обитатели Сигура носят богатые одежды и ни в чем не знают нужды. А еще там можно найти самородки размером с куриное яйцо.

Здесь я понял, что на все — воля Господа. На этом острове пришлось провести больше года, но именно здесь пелена упала с моих глаз, и я ясно увидел путь к сокровищам, которые так мечтал добыть для Кастилии.

Диего Мендес, брат одного из моих капитанов, поплыл в каноэ на Эспаньолу за 500 миль. Пока мы ждали помощи, ранее дружелюбно настроенные индейцы отказались продавать нам провизию, как прежде. Думаю, это отмщение мне за смерть пятерых. Я не приложил руки, но и не помешал братьям.

Я встал на колени и стал молить о прощении. Я дал обет совершить не одно паломничество в Святую Землю. Господь услышал меня и напомнил, что грядет лунное затмение. Я сказал индейцам, что мой Бог недоволен ими и поэтому велит умереть Луне. Когда Луна действительно исчезла, индейцы очень испугались и сложили у моих ног съестные припасы, умоляя оживить Луну. Вождь был очень благодарен мне и обещал показать дорогу кзолоту, чтобы умилостивить моего Бога. Он привел меня к прекрасному храму в восточной части острова. Там был «говорящий камень», на котором высечены разные фигурки. Вождь сказал, что этот камень укажет путь к сокровищам.

Перлмуттер читал о случае с затмением в книге Ортеги. Да, Колумб был весьма находчив. А что это за басня про «горящий камень»? Рассказчик тоже задавал себе этот вопрос.

В течение многих недель я думал о предназначении камня. Я предположил, что это карта открытого мною побережья, но никак не мог разгадать смысл надписей и знаков. Вернувшись в Испанию, я говорил с учеными об этом камне. Они сказали, что камень — навигационный прибор, но надписи расшифровать не смогли. А потом разгадка случайно пришла мне на ум, когда я посмотрел на «говорящий камень» глазами простого моряка. Это — torleta, которой пользовались древние для определения пути. Поскольку камень был громоздким и неподъемным, я зарисовал все, что там было изображено, и отправился в пятое путешествие, моля Господа послать мне кого-нибудь, кто смог бы истолковать странные надписи.

Последний отрывок объяснял, что значит «torleta древних». По-видимому, это была большая тяжелая каменная плита, изображения на которой в древности использовались в мореплавании. Конечно, не карта в обычном понимании, иначе Колумб бы понял, что к чему. Дальше в письме речь шла о пятом путешествии.

10 августа.

При попутном ветре мы идем на запад. Сейчас бросили якорь у далекого берега, куда еще никому не удавалось доплыть. Аборигены рассказали, будто здесь неподалеку столько золота, что мы даже не можем себе вообразить. Думаю, я близок к сокровищам царя Соломона. Я болен и совсем слаб из-за жары и недуга, но чувствую — золото совсем рядом. Поэтому покорнейше прошу Ваше Величество позволить мне совершить паломничество в Рим и Иерусалим после того, как я вернусь с сундуками золота и драгоценных камней. Больше писать не буду, пока не получу золота.

Следующий отрывок датировался двумя днями позже.

Адмирала нет! Когда матросы проснулись на рассвете, оказалось, что исчезла маленькая лодка, а адмирала нет в каюте. Карт тоже нет. Я отправил несколько человек на поиски адмирала. Они обнаружили на берегу лодку, но аборигены преградили им путь стрелами и копьями. Боюсь, как бы не оказалось, что дикари убили адмирала! Будем ждать на корабле, но как только увидим какой-нибудь знак, что он жив, немедленно отправимся на Эспаньолу за помощью. Господь наш, спаси адмирала! Написано Алонсо Мендесом, юнгой.

Перлмуттер сидел в задумчивости, подперев подбородок. Такое впечатление, что Колумб в последние часы просто бредил. Подумать только, золото царя Соломона! Джулиан снова внимательно посмотрел на карту. Итак, он сошел на берегу. Интересно, где именно? Если плыть от Ямайки на запад, то это где-то в Центральной Америке — от Юкатана до Белиза и Гондураса. Колумб взял с собой карты, схемы... А что стало с тем камнем? Перлмуттер покачал головой, подивившись тому, как легко поверил в историю, которая вообще вымышлена.