Тайна Африканского Колдуна - Роньшин Валерий - Страница 20

— Друзья мои, прошу на морской совет.

Мы прошли в кабинет директора, где детально разработали план предстоящей операции.

К семи часам все было готово к приему задонской братвы.

Первым на золотой крючок попался хозяин "Сивки-Бурки" — Свинарский. Он подкатил к музею на "Вольво"; за ним на "бээмвэшке" следовали телохранители — Карась и Червяк. Затем на побитом "Форде" приехал детектив Микстуров, он же боцман Кошкин. За боцманом в шикарном "Линкольне" прикатила мадам Ирэн, она же Ирка Пыжикова. За Пыжиковой на своих двоих притопал психиатр Микешатьев. И напоследок на милицейском "газике" подрулили следователь Емелин и сержант Петренко.

А потом…

Потом повалило столько бандитов, что я даже со счета сбилась. Капитан Кэп, как всегда, оказался прав: преступный мир Задонска в полном составе поспешил в краеведческий музей, чтобы узнать, где спрятаны сокровища Скуратова.

Из кабинета директора мы по трем мониторам наблюдали за происходящим.

Дедушка взял микрофон.

— Уважаемые посетители, — заговорил он, и его голос, усиленный динамиками, разнесся по всему музею. — Прошу всех пройти в Малый зал. Там сейчас состоится лекция по истории нашего края.

Бандюги гуськом потянулись в Малый зал. Капитан Кэп нацепил фальшивую бороду.

— Я отчаливаю, ребятки.

— Ни пуха ни пера, — сказали мы.

— К черту! — Дедушка вышел. Володька переключил мониторы на Малый зал. Преступников собралось столько, что яблоку негде было упасть.

На трибуне появился капитан Кэп. Он разгладил бороду и начал лекцию:

— История нашего края чрезвычайно интересна…

А в кабинете директора заработал передатчик.

— Внимание, внимание, — раздался голос Бланшара. — Даю трехсекундную готовность.

— Есть трехсекундная готовность, — откликнулся Воробей.

— Раз, два, три, — отсчитал полковник. — Начали!

— Мухина, вырубай свет! — тотчас скомандовал Володька.

Я щелкнула тумблером. Свет в Малом зале погас.

Братаны беспокойно загудели, словно пчелы в потревоженном улье. А из динамиков зазвучал стальной голос Бланшара:

— Музей блокирован агентами Интерпола! Предлагаю всем сдаться! Выходить из зала по одному! Оружие бросать на пол!.. Вопросы есть?

Вопросов не было. Бандиты стали сдаваться. Они выходили из зала и бросали

Вскоре на полу валялся уже целый арсенал. Чего тут только не было: пистолеты, автоматы, кастеты, гранаты…

А на улице преступников ждали автобусы с решетчатыми окошками.

В Малом зале остались Ирка Пыжикова, боцман Кошкин, господин Шульц, Червяк с Карасем, глухонемой Алик, Свинарский…

Дедушка отклеил фальшивую бороду.

— Эх, Кошкин, Кошкин, — укоризненно покачал он головой. — Я ведь предупреждал: не доведет тебя до добра твой злобный характер.

Боцман понуро вздохнул.

— Черт попутал, товарищ капитан. Да еще вот она… — кивнул Кошкин в сторону Ирэн.

— Не наводи тень на плетень! — злобно заверещала Ирка Пыжикова. — Когда ты хотел принести капитана в жертву, меня в племени и в помине не было! Сам попался — сам и отвечай!.. Правильно, господин Шульц? — обернулась она к своему помощнику.

— А я не господин Шульц, — откликнулся тот. — Разрешите представиться: агент Интерпола Чарли Стоун!

— Подлый предатель! — побелела от злости Пыжикова и, выхватив из рукава бамбуковую трубочку, плюнула из нее в Чарли длинной иглой.

Бах!.. — прозвучал одиночный выстрел.

Игла, сбитая меткой пулей, брякнулась на пол. А полковник Бланшар опустил свою трость. Из наконечника трости вился легкий дымок.

— Эх, Ирка, Ирка, — вновь укоризненно покачал головой дедушка. — И тебя я на "Дундукове" предупреждал: не научишься хорошо готовить макароны по-флотски — не будет из тебя толку.

— Господа преступники, — обратился к бандитам Бланшар, — ну-ка, признавайтесь, кто из вас Хромой Макс.

Все угрюмо помалкивали.

Володька укрупнил изображение на мониторах. А я начала крутить ручку на пульте, перемещая видеокамеру с одной бандитской рожи на другую.

Кто же из них Хромой Макс?..

Микешатьев?.. Свинарский?.. А может, Червяк?..

И тут у меня в голове четко всплыла Володькина фраза: "Хромой Макс — тот, кого мы меньше всего подозреваем".

Я вскочила со стула.

— Айда вниз, Воробей!..

…В Малом зале я уверенно подошла к глухонемому Алику и указала на него пальцем:

— Это Хромой Макс!

— Вот в рот-пароход! — выругался "глухонемой". — Кто бы мог подумать, что меня расколет какая-то сопливая девчонка.

— Не сопливая девчонка, а внучка капитана Кэпа! — уточнила я.

— Отлично сказано, юнга! — показал мне дедушка большой палец.

А Воробей, поднеся кулак к носу Хромого Макса, с угрозой произнес:

— Еще раз Мухину обзовете — получите по роже!

— Увести преступников, — распорядился полковник Бланшар.

Глава XXXI

Я УЛЕТАЮ НА ТАИТИ

А затем мы отправились в дедушкин дом-корабль. И капитан Кэп приготовил целую кастрюлю макарон по-флотски.

— Объедайтесь, черти! — сказал он.

Два раза нас просить не пришлось. Мы начали уплетать макарончики за обе щеки.

— Вы уж извините меня, Эмма, — с набитым ртом проговорил Чарли Стоун.

— За что? — удивилась я.

— За то, что я вас в парке закопал.

— В таком случае, Чарли, и вы меня извините.

— За что? — в свою очередь удивился он.

— За то, что я вас под дых ударила. Вскоре с макаронами было покончено.

— Кому добавочки? — осведомился дедушка.

— Мне-е! — дружно завопили все.

И мы по новой принялись объедаться макарончиками.

— Капитан, — сказал Бланшар, густо поливая свою порцию кетчупом, — откройте секрет: как вам удавалось выходить живым и невредимым из всевозможных переделок?

— Нет никакого секрета, полковник. В таких случаях я всегда говорил себе: "Спокойно, Кэп. Обойдется как-нибудь".

— Так просто?

— А в жизни все просто.

— Это точно, — согласился с дедушкой Чарли Стоун. — У нас в Англии даже пословица есть: "Неправда, что жизнь проста. На самом деле она еще проще".

— Однако Эмме и Володе было совсем не просто обнаружить сокровища Скуратова, возразил Бланшар.

— Да мы их случайно нашли, — захихикал Воробей, не переставая работать вилкой.

Дедушка чуть макарониной не подавился,

— Как — случайно?! — Он повернулся ко мне. — Выходит, ты наврала, внучка?

— Не наврала, дедуля, а сочинила, — поправила я. — Существенная, между прочим, разница.

— Ай да внучка! — раскатисто захохотал он. — Три-ноль в твою пользу!

— Капитан, а зачем вы приехали в Задонск? — поинтересовался Володька. — За сокровищами, да?

— Нет, конечно. Моей жене захотелось пожить там, где жила ее прапрапрабабка Лизавета.

— Тогда такой вопрос, — улыбнулся Чарли Стоун. — Почему вы стали капитаном?

Дедушка хитро прищурился.

— А вот вы, Чарли, как-нибудь постойте на берегу разбушевавшегося океана. И сразу

все поймете… А пока что слушайте. — И капитан Кэп включил магнитофон.

В комнату ворвались крики чаек, грохот волн, завывание ветра… Мы все примолкли. А затем опять начали уплетать макарончики и болтать о том о сем.

Какой это был чудесный вечер! Я сидела рядом с дедушкой и была счастлива"

А через пару дней мы с Воробьем вернулись в Москву.

Когда я вошла в квартиру, у меня глаза на лоб полезли. Мебели не было! Пока я искала дедушку в Задонске, а родичи куковали на даче, нашу квартирку обчистили.

В открытую дверь заглянула соседка. — Ой, Эммочка с Таити вернулась, — всплеснула она руками. — И совсем не загорела.

Я тут же вспомнила свою "записку" на зеркале: "Улетела на Таити. Обратно не ждите". И мне все стало ясно. Блин! Как же я упустила из виду, что у моих драгоценных родителей нет чувства юмора!

Выходит, они продали мебель и на вырученные деньги отправились на Таити искать свою дочку. То есть — меня.