Родуэл очнулся. Рана оказалась пустяковой. Но миллионеру некогда было разбираться с Черной Вдовой. Его ждала ответственная операция «Спящая Красавица».

Да! Миллионер Джордж Родуэл оказался не кем иным, как мистером Ю и суперагентом Ребером в одном лице!

«Вот так чертова чертовщина, — думал Лешка, кидая в рот соленые орешки. — Отец Джейн — суперагент Ребер. Сама Джейн — наследница офигенного состояния. Прав папка: жизнь — это сплошной сюрприз…»

— Вы мистер Толстиков? — раздалось у Лешки над ухом.

Рядом с шезлонгом стоял посыльный. Он держал в руке сотовый телефон.

— Да, — ответил Лешка.

— Вас к телефону. — Посыльный протянул Толстикову трубку.

— Алло, — сказал Лешка.

— Лешка! — услышал он в трубке знакомый голос. — Привет!

Толстиков прямо подскочил в шезлонге.

— Джейн! Ты откуда звонишь?!

— Из Кингстона! — ликующе кричала девочка. — Лешка, мой отец жив!! Он только что звонил мне из Сан-Хуана. Я сейчас к нему лечу!

— Класс!.. Джейн, ты где? Я к тебе приеду!

— Да я скоро вернусь. Папа улетает в Юго-Западную Азию по каким-то своим делам. Так что подожди пару дней.

Но Лешка не хотел ждать ни секунды.

— Я все равно приеду!

— Ну давай, только быстрей!

И девочка объяснила, как добраться до ее виллы.

Толстиков на первой космической понесся к причалу, потом понесся на катере в Кингстон, затем — на такси к вилле Джейн.

И вот он уже вбежал в двери шикарного особняка.

— Чем могу служить, сэр? — спросил у Лешки дворецкий Альберт, точнее, майор Па-шута.

— Извините, мне нужна Джейн Уайт.

— Мисс Уайт на лужайке, — показал Альберт-Пашута рукой в белой перчатке. — Она сейчас улетает на остров Пуэрто-Рико.

Толстиков со всех ног кинулся на лужайку, где на зеленой травке стоял белый самолетик с синей полосой.

Джейн уже сидела в кабине.

— Джейн! — закричал Лешка, подбегая к самолету.

Лицо девочки вытянулось.

— Лешка? — Она изумленно разглядывала Толстикова. — Неужели это ты?

— Я! — Лешка с гордостью поиграл мышцами. — Видала?

В глазах у Джейн зажглись озорные огоньки.

— С животом ты мне нравился гораздо больше.

Толстиков надулся.

— Да шучу, шучу, — звонко рассмеялась Джейн. — Представляешь, мой папка жив! Но он сказал, чтобы я никому об этом не говорила. Не знаю уж почему.

Лешка-то знал — почему. Вернее, догадывался.

— И ты никому не говори, — продолжала девочка. — О'кей?

— О'кей.

— Ну как ты? — спросила Джейн. — В порядке?

— В порядке, — ответил Лешка. — А ты?

— Я тоже в порядке, И наследство получила, и отец живой. Классно, правда?

— Классно! — согласился Толстиков.

— А как там Хэт с Молли? — спросила Джейн.

— В порядке! — сказал Лешка.

— Знаешь, я хочу раскрутить Молли. Выпустить ее сольный альбом. Ведь у меня теперь куча денег.

— Клево! А как тут Проныра Лу?

— Тоже в порядке. Начал распутывать новое дельце. А как твой отец?

— И он в порядке.

— А мама?

— И она в порядке.

— А что ты ей сказал по поводу своего отсутствия?

— Да придумал какую-то фигню, чтоб зря не волновать.

— Значит, все о'кей?

— Да, все о'кей! Они помолчали.

— Ну, я полетела, — неуверенно произнесла Джейн.

— Ага, — вздохнул Лешка. — Лети.

В глазах у девочки вновь зажглись озорные огоньки.

— А который теперь час? — спросила она.

Толстиков посмотрел на часы.

— Половина двенадцатого. Джейн улыбнулась.

— Ты меня не понял. Который теперь час?

Сердце у Лешки екнуло.

— Что-что? — встрепенулся он.

Но самолет уже побежал по лужайке, взмыл в небо и скрылся в облаках.

Предыдущая
29/29