Все о непослушных принцессах и коварных драконах - Рэде Патриция - Страница 61

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ, в которой Менданбар действует решительно

Менданбар не отрываясь глядел в окно, наливаясь негодованием и одновременно приходя в смятение. Он прекрасно помнил, что драконы неподвластны Заколдованному Лесу, а значит, он и не обязан спасать короля драконов. К тому же колдуны — народ опасный, с ними лучше не связываться. Менданбару даже послышался дребезжащий голосок Виллина, который предлагал сначала послать жалобу, запрос, протест и ноту. Но сейчас Менданбар чувствовал, что почему-то не может оставаться в стороне и позволять колдунам бесчинствовать, похищать и заключать в темницу кого-либо, будь он королем драконов или обыкновенным беспомощным существом.

— Гм-гм, — хмыкнул гном — Значит, вы не обманывали, что ищете дракона.

— Конечно нет, — тряхнула головой Симорен. Она не отрывала глаз от окна, сердито сведя брови. — Но где они? Окно, покажи!

Сильная волна волшебства всколыхнула воздух в комнате, и Менданбар почувствовал, как ответной волной потекла волшебная сила от его меча. Окно стало ярко-зеленым. Оно разгоралось и разгоралось все сильнее, и вдруг стекло с громким треском разлетелось в пыль.

— Эй! — вскричал гном. — Мое окно!

— Проклятие! — Руки Симорен сжались в кулачки. Сузив глаза, она продолжала смотреть в пустую раму окна. Спустя мгновение Симорен как бы очнулась и живо повернулась к гному. — Прости, Герман. Я не думала, что такое случится. А мы так ничего и не знаем.

— Нет, кое-что мы узнали, — горячо возразил Менданбар. — Во-первых, разведали, что Казюль в плену у колдунов. А во-вторых, можем быть почти уверенными, что они где-то в Заколдованном Лесу.

— Неужели?

— Я уверен. Именно поэтому окно и не смогло показать нам, где находится та пещера. В Заколдованном Лесу все постоянно перемещается. Особенно он старается отторгнуть, оттеснить то, что ему не нравится. Готов поспорить на свою лучшую корону, — воскликнул Менданбар, — это как раз то, что Лесу совсем не понравилось!

— Хорошо, но от этого нам не легче, — вздохнула Симорен. — Заколдованный Лес большой. Как мы их отыщем?

— Ну, это не так уж и сложно, — засмеялся Менданбар. — Надеюсь, ты еще не забыла, что я король Заколдованного Леса?

— И это помогает тебе отыскивать потерявшихся драконов?

— Это помогает мне отыскивать любое место в Лесу, — ответил Менданбар. — Пусть даже оно передвинулось. Мы с легкостью обнаружим пещеру, где прячут Казюль, стоит только добраться до Заколдованного Леса.

— Тогда поспешим, — воспрянула Симорен. — Мне очень не нравится этот светящийся пузырь, в который колдуны заманили Казюль.

— Самое главное — она жива, — подбодрил принцессу Менданбар.

— Верно. О, как жаль, что я не знаю, что они затеяли! — Симорен с отчаянием глянула в разбитое окно и резко повернулась, чуть не сбив гнома с ног.

— Я ничего не понимаю, — пролепетал он, переводя недоуменный взгляд с Менданбара на Симорен.

— Прости, но у нас нет времени на объяснения, — заторопился Менданбар.

— Спасибо за помощь, — добавила Симорен.

Герман недовольно покачал головой и повел их обратно к входной двери. Он был сейчас так хмуро-молчалив, что ни Менданбар, ни Симорен не решались заговорить. В дверном проеме гном остановился.

— Так золота вам не нужно? — вдруг спросил он.

— Зачем? — удивился Менданбар. — Впереди у нас длинный путь, а золото ужасно тяжелое.

— Мне показалось, что ты больше не желаешь сучить золотую пряжу, — сказала Симорен.

Гном стоял опустив глаза.

— Вы не представляете, как быстро растут детишки, — пробормотал он смущенно. — А золота у меня осталось чуть-чуть.

— Ну так напряди! — воскликнул Менданбар.

— Я же говорил, меня должны попросить, — уныло проговорил Герман. — Я пробовал просто так. Не выходит.

— Хорошо, мы просим тебя, — сказала Симорен. — Напряди столько золота, сколько тебе нужно.

— Не сработает. Только в обмен на младенца.

Герман распахнул дверь, и с улицы ворвались в дом детские крики, шлепанье босых ног, плач и звонкий смех. Гном нахмурился.

— Но что же ты собираешься со всеми ними делать? — спросила Симорен.

— О, в конце концов они вырастут и отправятся освобождать свои королевства, — оживился гном. — Все эти дети — маленькие принцы и принцессы, наследники престола. В том-то и трудность. Я должен дать им хорошее и правильное воспитание.

— Обучение, обучение... — бормотал под нос Менданбар, пытаясь поймать какую-то очень полезную, но все время ускользающую мысль.

— Верни их родителям! — предложила Симорен.

Но Герман только махнул рукой:

— Уговор есть уговор. Я не имею права возвращать детей, пока они не вырастут и сами не уйдут.

— Вернуть не можешь? — Менданбар вдруг ухватил за хвост убегающую мысль. — Но ты можешь брать с родителей деньги на их обучение и воспитание! — воскликнул он.

Радостная улыбка осветила лицо Симорен.

— Здорово придумано! Специальная гномья школа для малолетних королей!

— Гномья школа? — неуверенно хихикнул Герман. — Для малолетних королей? Даже не знаю...

— А почему бы и нет? — настаивала Симорен. — Это сразу решит все твои денежные затруднения. Специальные школы всегда ужасно дорогие. А ты вдобавок предоставляешь комнату и питание.

Глаза гнома заблестели, но тут же взгляд его снова погас.

— А как же золотая пряжа? — сказал он. — Как-никак, семейная традиция.

Симорен подняла брови:

— Ну, жадина! Тебе уже и платы за обучение мало?

— Не в этом дело, — замялся Герман. — Заклинание... нельзя его нарушать.

— У меня есть идея! — воскликнул Менданбар. — Учреди школьный фонд. Для себя прясть нельзя. Но ты пряди по просьбе родителей школьников! Для их же бывших младенцев!

— Боюсь, это нарушение каких-то пунктов заклинания, — все еще сомневался гном.

— А ты найми хорошего адвоката, — посоветовала Симорен. — Он сумеет обойти все запреты твоего заклинания, не нарушив семейной традиции. И ты сможешь делать золотую пряжу из соломы когда пожелаешь.

— Пожалуй, для школьного фонда можно, — озадаченно почесал бороду гном. — Надо все обдумать.

— Вот и обдумай на досуге, — похлопал его по плечу Менданбар.— А нам пора.

— Да, — заторопилась Симорен, — я не успокоюсь, пока мы не освободим Казюль из колдовского пузыря. Еще раз спасибо тебе, Герман.

Они оставили гнома, застывшего в дверном проеме и бормочущего что-то о жутких тратах, о фонде и школе, и поспешили к лежащему на земле ковру.

Менданбар с отвращением поглядел на скатанный ковер, вспоминая их дикий полет. Он надеялся, что Симорен не станет настаивать на немедленном использовании коварного ковра-самолета. До сих пор еще при одном взгляде на лежащий на земле рулон у него начинала крутиться голова и сводило живот. Он просительно взглянул на Симорен.

— Давай отнесем его подальше, — предложила она. — Не то дети увидят летающий ковер и начнут сами пробовать на чем попало. Нельзя подавать детям опасных идей, — важно добавила Симорен.

— Правильно, — с облегчением поддакнул Менданбар. — Ты какой край хочешь нести?

Они взвалили ковер на плечи и двинулись в путь. Менданбар шел впереди, Симорен сзади. Идти оказалось на удивление легко. Симорен была под стать Менданбару — высокая, сильная, гибкая.

Тебе, наверное, не впервой таскать тяжести, — заметил Менданбар. — Всякие драконьи блюда из цельных барашков и горы овощей.

— Я варила только шоколадный мусс и вишневый компот, — откликнулась Симорен.

— Ну, шоколадный мусс легче легкого.

— Да? А если компот и мусс приходится таскать ведрами? — фыркнула Симорен.

— Ведрами — другое дело, — согласился Менданбар.

Он попытался себе представить, сколько весит ведро мусса, но в это мгновение ковер неожиданно дернулся. Менданбар крепче сжал его рукой. Неужто он начинает плясать сам собой? — подумал он в первое мгновение. Но тут же понял, что просто Симорен остановилась. Он вопросительно глянул через плечо.