Путы для дракона - Радин Сергей - Страница 65

— Брис, поворот!

— Где?

— Внизу, конечно.

— Сколько мы уже здесь? — спросил Брис.

— Пока первая минута на исходе.

— Странно, впечатление такое, что только-только прыгнули. Давай-ка мы с тобой, Леон, попробуем скоротать путь-дороженьку. Денёк, конечно, насыщенный событиями, но всё же… Леон, что тебе снилось перед самым приходом Мигеля?

— Мм… Не помню.

— Напомню фрагмент. Был у тебя когда-то любимый фехтовальный костюм жёлтого цвета.

— Точно! Я дрался с каким-то чудовищем. Драка была какая-то странная. Впрочем, во сне всегда всё странное.

— А в чём эта странность, не помнишь?

— Почему же… Чудовище хотело меня раздавить, уничтожить, а я почему-то его жалел. Я бился с ним, но в то же время старался не ранить его и, по-моему, даже старался успокоить его. А откуда ты знаешь, что во сне я был в жёлтом костюме?

— Не знаю, сколько у нас времени на всё про всё. На объяснения вряд ли хватит. Попробуй поверить на слово. Твой сон — смесь психического и ментального. Грубо — звучит так: тот "ты", который прячется под прикрытием твоей нынешней личности, вспомнил частичку прошлого, как и предыдущих снах. Вспомнить — вспомнил. Подозреваю, что фрагмент этот, мягко говоря, настолько неприятен был тебе во сне, что ты выкинул его за пределы своей энергетической оболочки. Произошло отторжение сна, но сон-то продолжался. И я увидел его над твоей головой.

— Ты увидел мой сон, потому что я не хотел видеть его. Я правильно тебя понял?

— Если брать внешнюю сторону события, ты всё понял правильно. Между прочим, ты слишком сильно прижимаешь руку. Вика не придавишь?

— Придавишь его… Чуть что не по нему — сразу клюётся. Твой как?

— Спит. Вот бы всем нам так, да? Заснул, проснулся — и никакой тебе Ловушки, иди на все четыре стороны!.. Хотя неизвестно ещё, куда мы вывалимся.

— Брис, сколько у меня детей?

— Трое, — тонко и осипло сказал Брис, ухмыльнулся, внушительно откашлялся м сказал уже нормальным голосом: — Если ты имеешь в виду свою жизнь до беспамятства, то у тебя было трое детей. Леон, я тебя умоляю, не надо меня больше ошарашивать грандиозными поворотами своей мысли. Я человек слабый, а ты меня своим вопросом — как обухом по башке.

— Слабенький он — ну-ну! — сказали сверху.

— Я сказал что-то не то? — осведомился Брис. — Чадо, тебя не учили: подслушивать — невоспитанно?

— Можно подумать меня вообще кто-то воспитывал. А вообще, вы так орёте, что и подслушивать не надо. Удивительно, что "колодец" до сих пор не среагировал.

— Дура — этот "колодец", тупой до последней степени, — продолжал Роман. — Возможно, наверху он и покраснел, когда сообразил, что в нём происходит, да еда-то — тю-тю!

— Не вполне понял, почему "колодец" — дура, а не дурак, — сказал Брис. — Думаешь, он женского рода?

— Не-а! Просто назови человека дураком — он тут же забудет. А дурой назови — драчка точно обеспечена!

— Ах, какие психологические изыскания!

— Да уж не ваши примитивные самоанализы — "человек я слабенький"!

— Э-э, мне, конечно, не хотелось бы прерывать вашу в высшей степени интеллектуальную беседу по столь занимательной психологической проблеме, господа, но, по моим скромным наблюдениям, скорость нашего продвижения снижается.

— Чего-чего сказал?! Обалдеть! Леон, как ты все выверты запомнил-то в своей речи, а? Во, Брис, учись выражаться, пока среди нас такие гиганты мысли!

— Роман, будь другом, заткнись, ладно? Что-то тебя сегодня прорвало.

— А чего удивляться? Психую. Не каменный.

— Интересно было бы влезть в "колодец", когда Мигель прибывает в Ловушку, — задумчиво сказал Рашид. — Очень интересно.

— Полагаешь, в этот момент движение будет в другую сторону? — откликнулся на Рашидовы размышления вслух док Никита. — А если движение вообще циклично? По рассказам Романа и Леона, "блинчики" с трудом плыли против течения, а потом — помните, как они вылетали из "колодца"? Будто ими стреляли.

— Красивая логическая цепочка получается, — заметил Володька. — Ведь если подытожить всё, что было: как нас несло вниз, как скорость постепенно сходила на нет, как теперь стоим и ничего не чувствуем, — то вывод напрашивается один: назрела необходимость немедленно драть отсюда, иначе нас вернёт в Ловушку. Ну, что? Рашид, твоё зрение получше. Успел просканировать?

— Во всяком случае, местечко перед нами, кажется, безопасно. А вот из личных впечатлений могу добавить, что воздушная подушка под ногами растёт. Прыгаем?

— Обратный процесс пошёл, — пробормотал док Никита, вглядываясь в обманчивую пустоту каменного сарая. — Мы стояли где-то минуты три, значит… Эх, времени маловато. Посидеть бы, понаблюдать бы за расписанием — сколько идёт наверх-вниз, рассчитать бы время. Вдруг пригодится…

— Ловко устроено…

— Думаешь, "колодец" искусственного происхождения?

— Ничего я не думаю, сказал и сказал… Что у нас впереди? "Блинчиков" не видать?

— Пока нет.

— Рашид, на тебя вся надежда. Видишь вокруг хоть что-нибудь похожее на выход?

— Непонятное что-то, — прошептал он будто про себя. — Игнатий…

— Так… Теперь более-менее вижу. Мы в огромной пещере. Нет ничего, что бы указывало на присутствие человека. Предлагаю пустить Туську по следам Мигеля. Игнатий, подожди чуток. А, нет…