Правда о «Зените» - Рабинер Игорь Яковлевич - Страница 69

Его должен был заменить серб Мудринич, чье появление «Зените» было обставлено с помпой. Более того, ему вручили почетный 10-й номер, что весьма задело претендовавшего него Аршавина.

Аршавин:

— Эта история в очередной раз доказала, как в России о носятся к легионерам, а как — к своим игрокам. Мне «впаривали»: мол, хоккеист Харламов играл под 17-м номером, и все знали, что ни под каким другим он выступать не может. И тебя, мол, все уже знают как 15-й номер. Думали, что молодой, на все эти аргументы «поведусь». Говорили мне это все — и Мутко, и Морозов, и его помощники, и администраторы… Цель у всех была одна — не дать мне 10-й номер. Тот, который у меня был с детства.

Мудринича в «Зените» ожидало фиаско. Его приобретение оказалось одним из самых неудачных трансферов клуба.

После сезона-2001, помимо Кобелева, «Зенит» покинули еще два важных игрока — Горшков и Деменко. А главное, начались беды со здоровьем у Морозова. Которые повлияли том числе и на объективность его оценки ситуации в команде.

Рапопорт:

— Горшков до последнего не хотел уходить, несмотря выгодное предложение «Сатурна». Ждал — подпишут ли с ним новый контракт. Странная была ситуация. Столько лет играл в команде, приносил ей пользу — и вдруг оказался не нужным. Морозов говорил ему: «Я не вижу тебя в основном составе. Если хочешь — будешь на скамейке». Уверен: если бы они с Кобелевым и Деменко остались тогда в команде, ни о каком падении не было бы и речи.

Весной Морозов месяц пролежал в больнице. Михаил Бирюков на первых порах, правда, замещал его успешно, одержав четыре победы при одной ничьей. Юрий Андреевич вернулся на кубковый финал. И, проиграв его ЦСКА со счет 0:2, ушел со своего поста. Навсегда.

Удивительные параллели прослеживаются в судьбах Морозова и Садырина: мало того, что оба тренировали «Зенит» и ЦСКА, так для обоих именно поединки против армейцев стали последними в жизни в роли главного тренера. Только Морозов уступил его не так жестоко, как коллега — 0:2 против 1:6…

Грустную весну «Зенита» усугубил еще один неприятный момент. После того, как на Олимпиаде в Солт-Лейк-Сити несколько российских спортсменов были пойманы на допинге (многие помнят постыдный косноязычный шабаш президента ОКР Леонида Тягачева, грозившего досрочным отъездом всей российской делегации в знак протеста), последовала установка: бороться с допингом всеми возможными средствами.

Слухи о том, что в «Зените» им балуются, в футбольных кругах ходили упорные. Наверное, и не могли не ходить. Морозов был ближайшим сподвижником Валерия Лобановского, а у того была репутация крупнейшего «фармаколога» всех времен и народов. О разноцветных таблетках, которые обязаны были принимать все футболисты киевского «Динамо», ходили легенды: врача, разносившего эти горсти по номерам за час до подъема (!), игроки даже прозвали «светофором». Жена Александра Заварова на страницах книги агента Владимира Абрамова «Футбол. Деньги. Еще раз деньги» жаловалась, что после этих таблеток игроки, извините, не вылезают из туалета. При этом ни разу ни один киевлянин на допинге пойман не был.

Нашему футбольному люду свойственна подозрительность: раз у босса такая репутация, значит, его помощник не может не «кормить» своих футболистов чем-то запрещенным. При том, на каких скоростях в 2001 году играл «Зенит», в глазах конспирологов все складывалось по кирпичикам — один к одному.

Убежден: если бы что-то подобное в Питере и было, тот же Аршавин давно бы уже об этом рассказал. С его правдолюбием такое признание было бы сущей ерундой. Но он как раз таки называет ерундой слухи о том, что в «Зените» употребляли допинг. Его репутация слишком серьезна, чтобы после таких слов скептически пожимать плечами.

Но один эпизод, случившийся в марте 2002 года, зародил почву для сомнений. Мини-скандал разразился во время подготовки сборной России к товарищескому матчу в Эстонии. Вот цитата из репортажа в «Спорт-Экспрессе»:

— Интересно, как поступили бы руководители «Зенита», если бы на матч прибыли не представители российской лаборатории, а проверяющие из ФИФА, — задался вопросом врач сборной Зураб Орджоникидзе. — В таком случае скандал получился бы грандиозный!

Президент РФС Колосков был в гневе.

— Перед игрой «Зенит» — «Торпедо» я написал письмо в адрес Мутко, что в этом матче будет проведен допинг-контроль, — сказал он. — В начале сезона мы сообщили о подобном во все клубы. Заранее предупредив о допинг-контроле, мы направили в Петербург специального представителя нашего допинг-центра, аккредитованного в МОК. Он приехал, показал мое письмо, но Мутко наложил на него вето, сославшись на то, что подобная процедура не зафиксирована в Регламенте. Странная позиция не только президента отдельно взятого клуба, но и главы такой организации, как премьер-лига. Президент же «Зенита» допустил вопиющее нарушение требований ФИФА и РФС, наконец, он не выполнил прямое указаны президента РФС. Я удивлен его позицией.

Мутко в ответ на просьбу «СЭ» отказался официально прокомментировать отказ в проведении у игроков его команды допинг-теста.

Случись такое сегодня, в пору всевластия Всемирного антидопингового агентства — ВАДА, «Зенит», без сомнений, был бы изгнан из всех официальных соревнований. В 2002 году же ничего подобного не произошло. После четвертьфинал. Кубка России против «Крыльев Советов» два футболиста «Зенита» прошли тест на допинг — и вопрос был тихо «заигран». Как четырьмя годами ранее и темная история вокруг Романа Березовского.

Колоскову меньше всего были нужны скандалы в его вот чине. Избежать их — это, казалось, его главная задача на посту руководителя федерации. Хотя если бы Вячеслав Иванович знал, кто и при каких обстоятельствах унаследует его пост, то наверняка сделал бы все, чтобы «утопить» Виталия Леонтьевича. Тем более что основания для этого — отказ в процедуре допинг-контроля — были у него очень вескими.

После ЧМ-2002, на котором неплохо проявил себя Кержаков (всего за семь минут в матче с Бельгией он успел отдать голевую передачу своему другу Дмитрию Сычеву), команду возглавил Бирюков. Морозов стал советником Мутко и большую часть времени лечился, но во время некоторых матчей, садился вместе со своим бывшим помощником на скамейку запасных. Кто в этом случае руководил командой — догадайтесь сами.

Аршавин в последний момент был оставлен главным тренером сборной Олегом Романцевым в Москве. 21-летний полузащитник был шокирован таким поворотом событий. По словам Рапопорта, в этой ситуации очень тактично повел себя Мутко:

— Виталий Леонтьевич, надо отдать ему должное, отправил за Аршавиным машину в аэропорт «Пулково», чтоб Андрея встретили и привезли к нему. Президент понимал, что игрок психологически раздавлен, и в этой ситуации ему нужна поддержка клуба.

Тогда еще Аршавину было невдомек, что он в последний момент не попадет и на следующий большой турнир сборной — Euro-2004. Зато все эти невзгоды будут с лихвой компенсированы в 2008 году, куда Гус Хиддинк дисквалифицированного на два первых матча Андрея все-таки возьмет. И футболист выдаст два невероятных спектакля против сборных Швеции и Голландии, попадет в символическую сборную чемпионата Европы, а следующей зимой уедет в «Арсенал». Все, что ни делается, — к лучшему.