Земли Чингисхана - Пензев Константин Александрович - Страница 55

Затруднительны и зимние боевые действия. Даже в дни, когда стоит ясная погода, дует свирепый северо-западный ветер, вьет снежные хлопья, поднимает песчаную пыль. Совершать переход так же трудно, как и в метель. Для ночных привалов не хватает дров. Недостаток провианта одинаков и летом, и зимой. Необходимость вести боевые действия в такой местности — очень тяжелый факт. Красная Армия хвалится, что „и в такой местности мы покажем свою стойкость и сможем воевать, проявляя нечеловеческую силу“. В самом деле, солдаты Красной Армии, как и монголы, не испытывают затруднений от отсутствия овощей, легко переносят и холод и жару, готовы к войне в пустыне».

Еще одна естественная географическая линия разделения — это река Амур, одна из крупнейших рек мира, которая представляет из себя весьма серьезную водную преграду. В горных и равнинных местностях ее параметры различны, но, так или иначе, весьма внушительны. Так, к примеру, ниже с. Пашков и до с. Екатерино-Никольское р. Амур на протяжении 150 км течет в Хинганской теснине со скалистыми берегами высотой 80–100 м. На данном отрезке ширина русла сужается и составляет около 500 м. Здесь большие глубины и скорость течения воды. В период большого стока глубины могут достигать 15 м, а максимальная скорость — до 3–4 м/с. По выходе из Хинганского ущелья р. Амур протекает по обширной Средне-Амурской равнине, и несмотря на то, что здесь максимальная скорость воды обычно не превышает 2 м/с, возникает препятствие другого рода, поскольку ширина реки возрастает до 1 км и более.

Прекрасной преградой для наступающих воинских соединений может оказаться и Тянь-Шань, горная система, представлять которую нет особой необходимости и которая отделяет территорию Восточного Туркестана от территории Киргизии и Казахстана. Напомню, что одним из важных доводов, который подвиг цинское правительство на овладение Синьцзяном, являлась необходимость положить Тянь-Шань в качестве границы между Китаем и Западом.

Однако, в общем, здесь есть следующее замечание. В XX веке Советская армия, в ходе проведения операций по разгрому Квантунской армии (т. е. освобождая Китай от «японской организации»), преодолевала и Амур, и Большой Хинган, и Гоби,[177] а через Тянь-Шань, силами мехчастей, проходила как в ходе специальной операции НКВД в сентябре 1937 года в Синьцзяне,[178] так и в августе-сентябре 1953 года, когда в экспедиции участвовали танки Т-54 и Т-34–85, авиадесантные самоходно-артиллерийские установки АСУ-57, бронетранспортеры БТР-40 и БТР-152 и др. «Мероприятие было подготовлено весьма серьезно, и в результате удалось получить много ценной информации (например, выяснилось, что на высоте 4 тыс. м по сравнению с высотой в 1 тыс. м дизельные двигатели снижали мощность на 23 %, а бензиновые — на 40–50 %, соответственно уменьшались максимальные скорости, увеличивалось время и путь разгона машин), выработать полезные рекомендации (так, было предложено включить в существующие таблицы стрельб специальные графы, учитывающие поправки в установку прицела в зависимости от изменения высоты и др.)».[179]

Это то, что касается географического подхода. Сейчас попробуем подойти к делу с культурно-исторической точки зрения. Граница может проходить по линии компактного расселения народов, тяготеющих или к российской цивилизации, или к китайской. Но как определить, в какую сторону тяготеет тот или иной народ, если он вообще-то стремится к независимости? Не так уж и сложно, и здесь следует привести казахскую поговорку — «Кара кытай каптасы, сары орыс экендей болар» (Черный китаец навалится, рыжий русский отцом покажется). Т. е. речь должна идти о выборе, для того или иного народа, стороны «меньшего зла» и наибольшей культурной комплиментарности. Все-таки те же казахи, несмотря на свой сегодняшний национализм и сомнительные уверения в том, что Чингисхан был казахом и это казахи брали Москву в 1238 году, более всего тяготеют именно к русской цивилизации, а не к китайской.

Конечно, некоторые националистически настроенные современные казахские граждане, выступающие на форумах в Интернете, ведут себя очень уверенно и осыпают ругательствами Россию и Китай почем зря, но осыпают ее почему-то на русском языке. Это одно. А вот второе состоит в том, что Россия не завоевывала Казахстан и Киргизию и, если я не ошибаюсь, это вожди казахских племен прибежали добиваться российского протектората. Возможно, тогда на них произвел впечатление пример Джунгарского ханства, население которого было практически полностью вырезано цинскими войсками,[180] а возможно, что именно притеснения от джунгар послужили решающим толчком в обращении к России. Здесь отмечу, что в беседе с послом России А. И. Тевкелевым батыр Букенбай говорил: «Когда киргиз-кайсацкая (казахская. — К. П.) орда в подданство Российской империи была не принята, не ото всех ли сторон они по своим поступкам всегда беспокойства принимали, почти ото всех всюду бегая, яко зайцы от борзых собак, разорялись и свой скот, бегаючи, сами бросали». Пока казахи чувствуют себя защищенными, но кто знает, что будет дальше и не придется ли опять засылать гонцов в «Руслянд».

Нет сомнения, что со стороны Китая присутствует определенное движение в Казахстан, и китайские устремления к Каспию, к нефте- и газоносным районам также присутствуют. Однако говорить о том, что КНР пойдет на какое-то военное вторжение в эти районы, на мой взгляд, необоснованно. Почему? Дело в том, что тот или иной регион можно завоевать, но далее придется думать об его освоении и желательно — о мирном его освоении. Какое-то военное движение вперед возможно, но в этом случае желательно иметь крепкий тыл, тогда как никакого крепкого тыла у Китая в этом направлении не будет. Дело в том, что в тылу этой возможной экспансии остаются уйгуры с их явным сепаратизмом и сильным стремлением к независимости. И здесь следует отметить, что «уйгурский вопрос» так до сих пор и не решен хоть сколько-нибудь удовлетворительно. По данному вопросу я рекомендую читателю работу В. Хлюпина «Треугольник геополитического взрыва».[181] Обычно Россия жертвовала уйгурами в пользу хороших отношений с Китаем, но кто может поручиться за очередную жертву, если этим хорошим отношениям придет конец?

Еще одним подходом к определению «линии баланса» между российской и китайской цивилизациями может стать подход климатический. Выше я уже рассуждал о том, что расовые отличия служат человеку для лучшей адаптации к условиям окружающей среды. Вообще-то этот вопрос требует глубокого научного анализа, но если рассуждать на обычном, житейском, уровне, то следует сделать некоторые замечания.

Всем известен лозунг популярнейшего российского политика В. В. Жириновского «Мыть сапоги в Индийском океане!». Так вот. Данный лозунг, лично мне, определенно не нравится. Почему? Я вовсе не являюсь принципиальным противником завоеваний и убежденным пацифистом. Все объясняется проще. Меня не устраивает климат Индии. Понимаете ли, читатель, я как-то побывал в тропиках в ходе военной практики и скажу прямо — мне там не понравилось. Лично я не желаю завоевывать страны с тропическим климатом и после этого, Боже упаси, там еще и поселяться. Отдохнуть месяц с кондиционером я согласен, но жить там и работать?! Увольте. Также я совершенно уверен в том, что обычный китайский работяга согласится осваивать земли Якутии только за хорошие деньги, и он не собирается оставаться в подобных условиях более, чем того потребует рабочий контракт. Всем, кто попробует спорить со мной, скажу без обиняков: «Да езжайте вы в Магадан и там живите. На здоровье!» Сидя в Москве, легко рассуждать на тему о китайской экспансии, к примеру, в Хабаровский край, ни дня здесь не отработав. Что-то при товарище Сталине никто не горел желанием осваивать районы Крайнего Севера, и Советской власти приходилось загонять туда людей под дулом карабина или заманивать тройными окладами, а ведь речь шла о представителях северного раздела европеоидной расы.