Магия силы - Панина Наталья В. - Страница 64

– Проклятый болтун, чертова каракатица!

– Обижусь и уйду, – снова пригрозил Посланник, – я не похож на каракатицу. Так что, будем меняться, Ваша светлость, или останемся каждый при своих?

– Чтоб ты пропал, – вышел из себя Магистр.

– Только вместе с Арси, – проворчал Инсилай, – он, господин Магистр, мне дорог, как память.

– Может, золотом возьмешь? – щедро предложил Та-ур. – Отвешу один к одному, не пожалеешь.

– Не пойдет, господин Магистр, – хмыкнул Инсилай, – я уже кое-что подучил из ваших законов и наверняка знаю, что любое имущество раба принадлежит его хозяину. Так что эта сделка купли-продажи не что иное, как перевод ваших денег из левого кармана в правый, а мне нет никакого дела до вашей внутренней бухгалтерии.

– Я еще доберусь до тебя, законник, – пообещал Магистр, – ты у меня попляшешь!

– Очень возможно, господин Магистр, – вздохнул Илай, – хотя едва ли мои танцы способны хоть кому-то доставить удовольствие. Сто к одному, это будет антихудожественное зрелище. Танцор я, мягко говоря, неважный.

– А я бы посмотрел, – подал голос бэсс, поняв, что пора разрядить обстановку, – обожаю танцы.

– Я тоже. По-болгарски, – сквозь зубы добавил Магистр, – босиком на раскаленных углях.

Локи проводил взглядом черную чайку, взглянул на свои руки и витиевато выругался: мерцающие яркими лилово-фиолетовыми волнами света кольца магического ареста крепко сидели на его указательных пальцах. Ключ от них лежал на дне моря.

«Это уже не просто плохо, это катастрофа, – констатировал про себя Маг, определив, что наручники из ведомства Высшего суда. – Что ж я такое сделал, что Высший отступил от принципа „сами разбирайтесь“? – И сам себе ответил: – Вмешался в битву. Я допускал, что вся эта затея добром не кончится, так оно и вышло. Нельзя вмешиваться в игру высших сил, они этого не прощают». Локи осмотрелся по сторонам: голый утес, море, небо и Краш, сиротливо притулившийся на камне в позе роденовского мыслителя.

– Ты здесь как оказался? – удивился Маг. Он рассчитывал, что Краш все же остался в крепости и сможет рассказать остальным, что произошло. Одной надеждой меньше.

– Посмотрел на зеркало в руках этого чернокнижника. А потом меня кто-то выдернул из реальности, как морковку из грядки, и я пророс в соседнем огороде.

– Понятно. У нас большие проблемы, молодой человек.

– Ничего, я привык. У меня уже два года большие проблемы, – успокоил Краш, – жив пока.

– Ты оптимист. С этой минуты я не могу колдовать. Нам придется обойтись без магии.

– Вся Ваурия обходится без магии. Плохонько, но существуют.

– Успокоил. В крепости остались Илай и Маня. Они будут ждать нас до последнего.

– То есть три дня, – напомнил Краш, – сам говорил, что после этого срока ждут только влюбленные и идиоты. А эта парочка ни на тех, ни на других, к счастью, не похожа. А что ты такого криминального сделал, что тебя от магии отлучили? Штраф забыл заплатить за безбилетный проезд?

– Ага, – рассеянно сказал Локи и, вспомнив об Элрое, покосился на кольцо свидетеля на своем пальце. Кольца не было. Были только вновь приобретенные оковы магического бессилия. – Кажется, я проморгал последнее предупреждение этики. За что и поплатился.

– Ну, ты проказник, – хмыкнул Краш, – представляю, что надо натворить, чтоб так наказали. Смотри, в Сан Па-лисс подняли флаги, Магистр вернулся. Нам теперь в крепость не прорваться.

– Таур? – Локи со злостью покосился на замок. – Только его светлости и не доставало. Теперь все покатится, как снежный ком. – Он подошел к Крашу и посмотрел на крепость. – Далековато нас занесло.

– Кто это был, Локи?

Чтоб я знал, – проворчал Маг. – Но этот кто-то крепко испортил нам жизнь. Мы пришли сюда за Илаем, но я не успел снять с него клеймо раба. С таким украшением ему никогда не вырваться из Ваурии. Допустим, мы плюнем на миссию и бросим здесь Инсилая, спасая собственную шкуру. Но нам не уйти отсюда без его помощи, а совсем не факт, что он захочет эту помощь оказать. Нет, не потому, что мы его предаем, это он, скорей всего, поймет и простит. Но Магистр вернулся. Теперь в любую минуту Илай может стать нашим врагом, а мы даже не будем знать об этом. Я не снял клеймо, и Инсилай будет делать то, что ему прикажет Магистр, которому совершенно ни к чему отпускать нас из Запределья, а не мы, стремящиеся отсюда любой ценой. Так что наше будущее зависит от Илая, Илай зависит от Таура, а сам Таур не зависит ни от кого, и теперь все решает время.

– То есть выхода нет, – подвел итог Краш.

– Ну, если б чертов колдунишка имел дело с Вашей разгильдяистой компанией, принципиально не утруждающей себя мыслями о будущем, именно так оно все и было бы… Но на Ваше счастье, я не считаю анализ ситуации непомерной интеллектуальной нагрузкой и предпочитаю проводить его до игры, а не после. Так что пять-шесть ходов у нас еще имеется. Домашней заготовки.

– Значит, до окончательного разгрома мы еще успеем немного походить туда-сюда. Звучит жизнеутверждающе.

– Оптимист ты, как я погляжу, отменный, – криво усмехнулся Локи. – Нет, Краш, я не играю на собственное поражение. Если б я не был уверен в своих силах и хоть на полсекунды не доверял Инсилаю, я ни за что не полез бы в это рискованное предприятие.

– Посмотрим, чего будет стоить это доверие, когда Таур прикажет Посланнику убить нас.

– На Магистра мы повлиять не сможем, значит, будем влиять на Илая.

– Это если успеем впереди Таура.

– Мы успеем, не паникуй. – Локи вытащил из кармана рубашки стеклянную палочку размером со спичку.

– Что это? – удивился Краш.

– Дистанционное управление жезлом. Придется вызвать скорую волшебную помощь.

– Которая потеряет в пути способность колдовать и присоединится к нашей бедствующей компании на общих правах, – прокомментировал Чародей, – отменная идея.

– Она не разучится, – успокоил Локи, – ее магия от границ не зависит.

– Еще одна племянница? – съехидствовал Краш.

– Что-то вроде того, – сказал Локи и двумя пальцами сломал палочку. Вспыхнула яркая искра, зашипело и хрюкнуло.

– Ну и конструкция, – усмехнулся Чародей, – где ты ее выкопал? Агрегату веков пять, не меньше. Как он еще не рассыпался, непонятно.

– Не рассыплется. В старину на века творили, это сейчас платки носовые одноразовые и прокладки с крылышками.

– Ну ты скажешь, – растерялся Краш и покраснел до ушей.

– Интересное дело, рекламе можно, а мне нельзя. Я, что, хуже этой дурехи с пузырем зеленки? Скажи спасибо, что я у тебя перед носом сопливыми платками не трясу с широкого экрана, с точным указанием критической массы соплей на упаковку.

– Уж лучше платками, – проворчал впечатлительный Краш.

– Я, конечно, очень тебе благодарна, – Варвара, все еще пребывавшая в образе Арси, опустила глаза, – но, по-моему, ты допустил большую ошибку.

– Когда? – Инсилай подумал и с естественным обликом Волшебницы решил повременить.

– Когда с Тауром менялся. Тебе нужно было требовать, чтоб он снял клеймо с твоей спины, а не размениваться на мелочи.

– То есть на тебя? – уточнил Волшебник. – Может быть. Но тогда я об этом не думал, – «Как обычно, – мысленно добавила Варвара, – Локи прав, он неисправим», – а сейчас это уже не актуально, – закончил Инсилай.

– Это точно. Хорошо, наши действия?

– Я тут совершенно случайно разжился билетиком отсюда.

– Шутишь, – не поверила Волшебница.

– Нет. Одна беда, не знаю ни места назначения, ни времени отправления.

– Ты издеваешься?

– И не думаю, – вздохнул Инсилай. – Я действительно не знаю, куда оплачено перемещение, но полагаю, что это либо Мерлин-Лэнд, либо Москва, потому что поиск настроен на перстень Мерлина, а он у Алисы.

– Ты, когда от Таура улепетывал, случайно головой не ударился? – осторожно осведомилась Варвара.

– Не настолько, чтоб рехнуться, – Инсилай прибавил шагу. – Пошли быстрее, времени так мало, что хочется обратиться в мысль, да Магистр по своей карте запеленгует. – Они уже почти бежали. – Сегодня, как выяснилось, день встреч, а еще одной аудиенции у Таура я не жажду.