Магия силы - Панина Наталья В. - Страница 45

– Что-то Вы не по форме… – Девица в черном платье, качаясь на каблуках, смотрела на Айку наглыми кошачьими глазами. – Неофициальный визит?

«А эта маленькая нахалка ощутимо поумнела, – призадумалась Айка, – с ней надо поосторожнее».

– Отчасти. Хочу помочь одному человеку.

– Не мне, случайно? – вскользь поинтересовался Инсилай, не покидая Мирниной внешности.

– Н-нет, – Айка ловко разыграла смущение, – но тебе я, конечно, тоже постараюсь помочь. Я хочу… я должна спасти Илая. – Она снова покосилась на пантеру.

«Ту, что как я, подослал Арси. Придушить ее надо, пока она все секреты от моего имени не выведала, – Мирна-пантера приготовилась к прыжку, но ее лапы словно приросли к полу, стоило Инсилаю, краем глаза заметившего ее попытку, шевельнуть пальцами. – Молчи, дура, – рычала Мирна, не в силах ни сдвинуться с места, ни принять человеческий облик, – это же не я, неужели ты не видишь? Отшельница, называется, слепая курица! Да ведь оно меня заколдовало, это чертово нечто! И тебя тоже заколдует, когда все, что ему нужно выспросит».

Но Айка ее рыка не поняла и в испуге шарахнулась в сторону.

– Скажи ей что-нибудь! – взвизгнула Айка. – Ты же должна уметь с ними общаться!

– Что ты хочешь, чтоб я сказала? – подняла брови наколдованная Инсилаем сущность.

– Пусть она нас не трогает!! Ты что, не видишь? Она же нас сожрет!

– Она нас не трогает, – равнодушно пожала плечами самозванка.

– Что-то не похоже. – Айка откровенно боялась.

– Ты говорила о помощи, – насмешливо напомнила наколдованная Мирна, – или я что-то не поняла?

– Все верно, – косясь на пантеру, подтвердила Айка, – я вернулась именно за этим.

– Это большой риск, ты смелая девушка. Вернуться сюда по доброй воле… на такое не каждый решится. Нужны очень веские причины.

«Какого дьявола ее сюда принесло? – Илай не верил ни одному ее слову. – Помочь она пришла, как же. Если в чем она мне и хочет помочь, так только побыстрее на тот свет отправиться, но это ты, голубушка, опоздала. Раньше меня добивать надо было, пока я, как овощ маринованный, в крепости валялся. Теперь поздно, последний паровоз укатил».

– Я люблю его, – сыграла ва-банк Айка, пользуясь отсутствием зловредного Инсилая и прозорливого Рон – ни. – я не могла не вернуться. – «Девчонка, хоть и поумнела, но на любовную историю она просто обязана клюнуть. Если, конечно, сама не имеет видов на посланца, но это вряд ли, я б заметила, да и не по зубам ей такое приключение».

«Ну, я же говорила! Дуралей Ронни, – бесилась Мирна, не в силах вырваться из сущности пантеры, – мстит, ненавидит… понимал бы чего в женской натуре! Да любит она Илая, сама вот сказала, дуреха болтливая! Спасать примчалась, не побоялась ничего. Подумаешь, что-то когда-то сказать забыла. Одна беда, спасать-то уже некого. Толку спасать покойника. Но она этого пока не ведает, для нее Илай еще жив. Она еще не онемела от горя, душу изливает! А кому, кстати, изливает? Что ж это за тварь мной прикинулась, да еще и колдует вовсю на неподвижность?»

– Любовь, – «прикинувшийся» Мирной Инсилай патетически возвел очи к небу, – чувство, достойное зависти и уважения. Жаль, не каждому дано его испытать. – Хитрые желто-зеленые глаза взглянули на Отшельницу так внимательно, что ей стало не по себе. – Странное это чувство… правда? Огонь и лед в одном сердце… каждый шаг будто по лезвию ножа… Бесконечный клинок, зависший над бездной вечной ночи, а ты балансируешь на нем в серебре лунного света, то умирая, то возрождаясь. Полет над пропастью, разрывающий виски и останавливающий дыхание, но дарящий крылья и торжество всепоглощающего, вселенского счастья.

– У тебя очень странные представления о любви, – Айка снисходительно взглянула на собеседницу, – наверно, ты просто еще не знаешь ее, настоящую. То, что ты описала, какие-то африканские страсти, а не любовь мужчины и женщины. Поверь мне, это великое счастье – любить и быть любимой.

– И это счастье ты испытала с Инсилаем? – с оттенком недоверия и зависти одновременно спросила Мирна-девица.

– Откуда б иначе мне знать об этом? – ответила Айка вопросом на вопрос.

– Ну., есть жизнь и на других планетах, – с едва заметной усмешкой пожала плечами наколдованная Мирна. – Итак, ты пришла сюда за своим счастьем…

– Да, и я добьюсь его.

«И что этот оборотень привязался к Отшельнице, – Мирна-пантера сделала очередную попытку вмешаться, подозревая своего двойника во всех смертных грехах. Безуспешно. Колдовство Инсилая из всех конституционных свобод оставило ей лишь свободу мысли. Ей и пришлось ограничиться. – Любит – не любит, чертова сущность просто зубы заговаривает, а сама хочет выведать наши планы».

– Не проще было позаботиться об этом чуть раньше, пока Илай был жив и свободен? – жестоко бросила наколдованная Мирна.

– Был? – не проявив ни удивления, ни отчаяния, переспросила Айка. – Он и сейчас жив, и, полагаю, в определенном смысле свободен. Не верь в его смерть, девочка.

– Тебе виднее, – Мирна-девица, в отличие от Мирны-пантеры, чуть не задохнувшейся от радости, услышав слова Айки, не проявила особого восторга. – И как ты мыслишь добивать, прости, добывать свое счастье?

– Пока не знаю, но что-нибудь обязательно придумаю.

– Не сомневаюсь, – едва заметная усмешка скользнула по губам Мирны, она небрежно повела плечами, и девичий облик соскользнул с нее невесомым черным шелком, явив миру недобро ухмыляющегося Инсилая. – Ты всегда была большой мастерицей по части выдумки, правда, Айка?

Мирна так удивилась, что, хоть и выскочила, наконец, из кошачьей сущности, с места не стронулась и слова не молвила. Отшельница, напротив, исчезла почти мгновенно, успев на прощанье бросить пару не совсем лестных слов в адрес того, кого всего пару минут назад называла счастьем всей своей жизни.

Инсилай, к великой своей радости, избавившийся наконец от опостылевших ему каблуков и путающейся в ногах юбки, вздохнул с облегчением, несмотря на проклятья Айки и тупую боль в спине.

– Ты жив? – пролепетала Мирна, обретя дар речи.

– Как видишь, – проворчал Инсилай. Убедившись, что на данный момент Мирне ничто не угрожает, он уже вернулся мыслями к Мане, застрявшей в образе Арси в компании Таура.

– Слава богу.

– Я тоже рад. Слушай, ты не обидишься, если я оставлю тебя на пару минут? Мне надо кое-что подкорректировать.

– Айку будешь догонять? – не удержалась от ехидства Мирна.

– Нет. Племянницу твоего папаши. У нее сейчас большие проблемы.

– Кого? – рассмеялась Мирна. – Ты, что, врать разучился? Откуда у Локи племянники, а тем более племянницы? Надо тебе уйти, так и скажи, без выкрутасов. Кстати, зачем приходил-то?

– Соскучился, – буркнул Инсилай, – пообщаться заглянул. Имею право.

– Посмотрел? – надулась Мирна, после трехсуточного спасательного ада в честь Посланника рассчитывавшая на совсем иную встречу. – Понравилось?

– А то, – глаза его смеялись, но Мирна в своем гневе этого не замечала.

– Ну и катись отсюда, – она уселась на пол.

– Всегда говорил, что добрые дела мне противопоказаны, но в очередной раз не смог удержаться.

– Насчет доброты точно подмечено. Вали отсюда, добрая фея.

– Ладно, не злись, – Инсилай сделал шаг назад. – Сиди здесь. Я сделаю тебя невидимой и вернусь, как только смогу. Постарайся не впутаться ни в какую историю.

Он взглянул на Мирну, и она растаяла, как мираж. Потом, чуть шевельнув рукой, исчез и сам волшебник.

Получив официальный вызов из Высшего суда, Элрой испытал некоторое замешательство. «Они подозревают меня в причастности, или просто пытаются разобраться? – размышлял Маг, глядя на голубой квадратик повестки. – Это не лучшая игра в моей жизни, – констатировал он, взвесив „за“ и „против“. – Здесь замешаны такие силы, что от одной мысли об их могуществе сознаешь свою ничтожность. И что же потребовалось от меня, грешного, господам вершителям? Не нравится мне это, но делать нечего».