Эскиды - Павлова А. В. - Страница 57

— Да нет. Ничего такого. Просто сон…

Эдельвейрик недоверчиво покачал головой, но настаивать не стал.

— Тогда до утра, — и, погасив светич, вышел из комнаты брата.

— До утра, — уже самому себе ответил Лин и рухнул на подушку. Сон как рукой сняло.

В окно светили яркие звезды, а плеск воды умиротворял… Заложив руки за голову, Хранитель еще долго перебирал в памяти эпизоды сна, пока не уснул вновь.

Стеклянный лифт на силовой подушке мчал их вверх. Лиалин смачно зевнул и тут же получил тычок в плечо.

— Чего? Знаешь ведь, что я полночи не спал!

Эдель только строго зыркнул на него в ответ и поправил воротничок рубашки. Двери лифта открылись на их этаже. Мрамор приятным стуком отмечал каждый шаг братьев. Система охраны просканировала обоих Хранителей и отключила сигнализацию.

— Доброе утро! — поприветствовал приятный электронный голос.

— Доброе утро, — Эдель даже в ответ рукой махнул.

Лиалина всегда забавляло это отношение старшего брата к виртуальным помощникам. Привычно спрятав улыбку, он прошел к себе в кабинет. Освещение уже горело, и в сеть уже загружались данные последних дней. Быстрый просмотр совершенных без него сделок и порадовал и огорчил одновременно. Что ж практика доказала, что «Алатея» прекрасно функционирует и без него. Мизар отлично справлялась с возложенными на нее обязанностями. Все к лучшему. В конце концов жить здесь он все равно более не собирается. Необходимо только уладить все с Нэстаси, да как-то Эделю об этом сказать.

На голографическом мониторе появилась статистика расходов и доходов компании по его сектору. Все было в полном порядке. Лин довольно улыбнулся и запросил общую статистику. Улыбка медленно сползла с его лица. На вспомогательный счетах находилась сумма, которой с лихвой хватило бы на приобретение десяти таких корпораций как «Алатея». Он проверил каждый счет, каждую сумму, каждый источник. Аликос, Сенстэя, Каранту, Сайрийя… рассада, медикаменты, продовольствие, горнодобывающее оборудование… Баснословные цифры… Лиалин вцепился в волосы, пытаясь понять, кто из трех братьев провернул это.

В дверь осторожно постучали. Лин оторвался от монитора:

— Войдите.

В кабинете появилась меднокожая Мизар, держа в руках полную документов папку. Девушка не торопилась переезжать из кабинета Эделя на свое непосредственное рабочее место. И Лиалин все прекрасно понимал. Мизар ни дня не работала под его началом.

— Это может подождать, — девушка отложила документы в сторону и вынула из нагрудного кармана катэк: — А вот это — нет!

Мизар так и замерла с протянутой рукой. Лиалин в недоумении обернулся. В дверях стоял Ириган.

— Объясни своей помощнице, что если она еще раз в мой кабинет залезет, то до твоего просто не дойдет!

— Что на диске? — Лин смерил брата испытующим взглядом, когда тот выдернул катэк из пальцев Мизар.

— Ничего противозаконного!

— А что со вспомогательными счетами?

Лиалин жестом пригласил брата подойти. Ириган внимательно просмотрел все цифры, но вместо ответа, лишь неопределенно качнул головой и обновил базу.

— Видишь? Ничего нет. Просто сбой в системе.

Лин недоверчиво взглянул на монитор. Все действительно было в порядке. Словно наваждение.

— Никогда не бей тревогу раньше, чем все не проверишь. Будь на моем месте другой — обиделся бы. Заходи вечером ко мне, посидим, расслабимся.

— С брусничным соком?

— Можно и с ним…

И щелкнув пальцами у Мизар перед лицом, Ириган покинул кабинет Лиалина, оставив брата и девушку в полной растерянности. Немного поразмыслив над ситуацией, Лин отдал распоряжение сделать полный аудит предприятия и по окончании доложить о результатах.

Нэстаси провела пальцем по губам, равномерно распределяя по ним сиреневатый блеск, и взбила пепельно-черные кудри своих волос. Старинное зеркало в тяжелой серебряной раме покорно отразило её слегка взволнованный лик. Входная дверь тихонько скрипнула, пропуская крепкого пожилого мужчину. В черных цвета вороньего крыла волосах уже блестела редкая седина. Устало повесив на крюк перевязь с мечом, воин остановил тяжелый взгляд на вертящейся подле старинного в серебряной оправе зеркала дочери и едва заметно улыбнулся.

— Куда собралась, дочка? — на дубовую кровать упала тяжелая мантия. Пробегавшая мимо крыса жалобно пискнула и упала замертво. Нэстаси недовольно взглянула на отца и, разогнав смертоносные клубы легким взмахом руки, молча отвернулась.

— От Наскаралима прицепилось, — почти извиняющимся тоном объяснил Повелитель, устало присаживаясь на мягкий резной стул. — Опять был сегодня у Перуна… Ох, дочка, как кость в горле мне твой милок….

— Только посмей еще раз подобное затеять! — от переполнившей злобы голос девушки стал похож на шипение змеи: — Как ты мог?! Ведь ты все про нас знаешь!

— Для тебя же старался, — Повелитель Сумеречной Зоны прикоснулся к раскалывающейся голове, не понимая, за что дочь злится. Сама ведь хотела за него замуж!

— Как тебе только в голову могло прийти подобное?! — упершись кулаками в бока, Нэстаси сверкнула глазами, ожидая вразумительного по ее меркам ответа. — Давно пора принять, как данность: люб мне Лиалин! Люб!!! И сейчас я иду к нему!

Девушка накинула на плечи плащ — дождевик:

— Твое счастье, что Ириган не сумел выполнить задуманное! Я бы никогда тебе этого не простила!

Чакоса от бессилия ударил кулаком по столу:

— Что же ты от меня хочешь?!

— Хочешь мне помочь — свадьбу поторопи! — и, задернув темно-вишневым покрывалом зеркальную гладь, она выбежала седую дождливую мглу.

Это было выше всяческих сил! Повелитель снял тяжелые сапоги и бросил их к порогу. Ну как объяснить этой дуре, что не нужна она Хранителю. Все Целители однолюбы, и этот Ладой уже помечен. Не полюбит он её без приворота! Не полюбит!

Со вздохом развалившись на пуховых подушках, Чакоса зарычал, до боли сжав кулаки. Прахом пошла последняя возможность сделать дочь счастливой. Он ненавидел. Ненавидел инфантильного меланхоличного Хранителя. Ненавидел Перуна с его бредовой идеей избавления мира от гибели через свадьбу вышеупомянутого Хранителя с его дочерью! Разве для того он растил и лелеял свое дитя, чтобы отдать тому, кто никогда не оценит всей его прелести? Да мало ли что Судицы сказали! Они не называли имен! Ненавидел Варкулу, что тот не смог довести до конца дело с Зорей! Ненавидел слепую любовь дочери к светлому целителю…

На стене тихо стучали ходики, отсчитывая минуту за минутой, час за часом… Сон не шел. Взор устало и бессмысленно бродил по потолку. Мысли мешали спать. Где-то теперь ходит Нэстаси, одна… в такой темноте… Чакоса перевернулся на другой бок. Нет, это не помогло…

Прежняя жизнь быстро брала свое. Встречи, сделки, светские рауты в Ледяном дворце на новом Ирии. Двусмысленные разговоры… Будто он и не отсутствовал вовсе. И все же прежнее наслаждение не приходило. Даже кружась в танце с очередной именитой гостьей, его мысли были далеко за пределами Ирия и Березани.

Накануне вечером Зорц принес послание от Леесы, что завтра у эскидов состоится награждение, и Шиэл ждет его. Хранитель обвел собравшихся тоскливым взглядом. Представители правительств всех крупнейших государств этой части вселенной собрались в этом зале. Еще днем, с важными лицами они обсуждали создание антисайрийского союза, а теперь беззаботно, насколько это было вообще возможно, смеялись над собственными шутками, выражая этим свое благодушие. Перун и Дашуба как истинные хозяева, были всегда в центре. Как в прочем и вся Десница Сварога. Сославшись на внезапные дела, Лиалин покинул танцевальную залу и поспешил в корпорацию: Мизар сообщила, что отчет по проверке готов.

Листая виртуальные страницы отчета, Лин испытал легкое разочарование. Ничего. Ни одной лишней монеты. Ни одной сомнительной сделки. Будто и впрямь ему все причудилось…. Ну, может и причудилось…. Сомневаться не приходилось. Хранитель задумчиво хмыкнул и, закрыв свой кабинет, вышел в коридор, по пути заглянув к брату в кабинет. Эдель разговаривал по виртуальному каналу связи с клиентом. Лиалин чуть слышно стукнул в косяк, заставляя брата покоситься в его сторону, и пальцами изобразил уходящего человечка. И тут же получил красноречивый ответ из-под стола — выразительный кукиш и последовавший за ним не менее выразительный кулак. При этом Эдель ни на мгновенье не прервал переговоры и в лице его ни дрогнул ни один мускул. Лин сник. Это могло затянуться надолго, а он спешил. Очень! Лин сложил ладони в немой мольбе. Бесполезно. Эдель что-то произнес на незнакомом языке и отключил триас.