Эскиды - Павлова А. В. - Страница 55

— Ну, уж нет! Не хочу я успокаиваться! Я не пойду! Я… Я всё сам улажу! — Лин бросил одеяние на кремовый диванчик у стены и вновь призвал Зорца.

Облачные затворы в Палатах Ютры распахнулись, и палату ворвался Хранитель Дневного Света. Первым обернулся Хорс, а затем уже Ютра и белокурая Леля.

— Я…Я… — Лиалин задыхался от бега и возмущения. — Я хочу знать! Это правда?

— Что именно? — спокойно осведомился Ютра, жестом предлагая Хранителю присесть, но тот грубо отмел все приличия.

— Отвечайте! Вы — трое! Я хочу знать! Лада дала согласие? — Лиалин стремительно приблизился к Ютре. — Учитель, как вы мог…

Рука Хорса крепко зажала ему рот.

— Спокойно, мой друг, — тихо предупредил он. — В пылу можно наговорить такого, о чем позднее придется сожалеть. Повелители выбрали тебе жену. Нэстаси — отличная партия, ты должен быть доволен.

Голос Повелителя не терпел никаких возражений. Лин огромными глазами смотрел на друга: Хорс всегда был на его стороне! Почему он так себя ведет? Что вообще здесь происходит?

— Разговор окончен, Лиалин. — Хорс убрал руку, освобождая Хранителю дыхание и подталкивая к выходу. — А теперь уходи. Молча. Я за тебя извинюсь. До встречи.

Лиалин стоял в своей комнате. Ему не хватало воздуха. Он задыхался, хотя кислорода хоть отбавляй. Всё! Всё, что он так осторожно и трепетно возводил, готово вот-вот рухнуть. Лин потер до боли сухие глаза и глубоко вздохнул. Он ведь знал, что роман с Нэстаси однажды может закончиться именно этим. Только теперь все иначе! В его жизнь вновь пришла Лееса! Нэстаси…. Нэстаси! Лиалин до боли вцепился в волосы. Будь прокляты те русалии, на которых познакомились они! Нет, он не сердился на Хорса. Друг лишь пытался защитить его от самого себя. Да вздумай он перечить — что и собирался сделать — с ним бы церемониться не стали. И прости — прощай воля вольная! Ютра за него честь и жизнь положит, но если дело касается интересов рода искать помощи у Хранителя Хранителей — пустые хлопоты. В этих вопросах были приемлемы любые решения, и любовь никогда не считалась серьезной причиной для перемены планов. А это значило, что он обязан жениться на Нэстаси. Лиалин отчетливо помнил, что стало с последним из тех, кто решился пойти против Повелителей. Сути конфликта он так и не сумел выяснить, но перед глазами до сих пор стояло разом постаревшее лицо повелителя Немизы. Его просто вычеркнули из жизни рода, сделав изгоем навечно. И никогда он не видел больше ни друзей, ни близких, ни до боли родного Ирия… Пренебрежения интересами государства роси не прощали…

Лиалин в отчаянии навалился на стену, закрыв лицо руками. Там, на Ки?ко его ждет Лееса… Зачем он только вернулся?! Можно было попытаться вновь затаиться в хижине на берегу… Будь проклят Прове с его пророчествами! На глаза попался оставленный Ириганом стакан с брусничным соком. Хранитель прикоснулся к прохладному стеклу, и по телу пробежала нервная дрожь. Лиалин поднес напиток к губам, думая о том, что сейчас он согласился бы ненадолго умереть, чтоб было время все спокойно обдумать, и… мощный удар выбил стакан у него из рук. Лин резко поднял голову и вздрогнул. Перед ним возвышался Хранитель Ночного Мрака.

— Что ты здесь делаешь? — Хранитель попятился было от него, не чувствуя в себе сил и желания сражаться с братом, но сзади и так уже была стена.

Наскаралим смерил его ледяным взглядом и провел над растекающимся брусничным пятном ладонью. Жидкость неестественно содрогнулась и мгновенно почернела.

— Твой дражайший братец подлил в морс приворотное зелье. Молчи! — жестко приказал он, заметив, что Лин собрался раскрыть рот. — В своем спасении благодари Нэстаси. Но вряд ли она имеет представление, от чего тебя спасла.

Окинув пристальным взглядом жилище брата, Наскаралим круто развернулся и, не сказав больше не слова, исчез в сиреневатой дымке.

— Спасибо, — едва слышно произнес он вслед, устало рассеивая приготовленный светич. В голове все перемешалось. Ириган? За что?… Для чего?… Лиалин медленно съехал по стене на пол. Как же он устал… Запутался… И рядом никого… Всё в пустоту…

Он не знал — сколько времени прошло. Минута? Час? Два? Какая разница…

— Так и будешь сидеть? — раздался совсем рядом любопытствующий мягкий голос.

Лиалин поднял к источнику голоса изумленные глаза:

— Наскаралим?…

Скинув тяжелый плащ, Хранитель Ночного Мрака уселся на высокий стул.

— Думаю — самое время поговорить. Я все знаю.

— Ты все знаешь. Все всё знают. Только я один нихрена о событиях в собственной жизни не знаю! И когда только всё успели порешать? Но никакой свадьбы не будет. Ни свадьбы, ни сговора. — Лиалин неловко поднялся с пола и принялся подбирать разбросанную Ириганом одежду.

Наскаралим качнул головой, следя за Хранителем задумчивым взглядом, налил себе чистой воды из прозрачного кувшина.

— Ты понимаешь, чем это грозит?

— Изгнание? — равнодушно пожал плечами Лин, закидывая в шкаф скомканный ворох одежды и с силой захлопывая дверцу. — Я тебя умоляю! Жили мы без Ирия и еще поживем. Не в первой будет. Я взрослый мальчик. Могу постоять за себя и свою женщину.

— И за эскидов? Как зовут твоего нового друга? Шиэл? За него тоже постоять сможешь? — иронично осведомился темный хранитель. — И второй… кажется, Аяс… Ему ты тоже вроде симпатизируешь…

Лиалин в недоумении обернулся:

— А о нем откуда знаешь? Они-то причем здесь?

— При всем, Лиалин. При всем. Все про эскидов знают. Повелители тоже отлично понимают, что ты уже взрослый и весьма своевольный мальчик. За последние несколько месяцев твоя сила невероятно возросла, и теперь они жаждут получить контроль над ней. Это естественно. Ты ведешь себя непредсказуемо для них. Слишком часто твои пути пересекаются с путями Варкулы. Перун обеспокоен, даже Дашубе не по себе. Мы давно уже не были так близки к войне, как теперь. Пойми: они не злодеи и не монстры. Они спасают свой народ. Как умеют, как считают правильным. Есть предсказание на твой счет. Весьма безрадостное, должен заметить. И Перун и Дашуба и Ютра лишь пытаются избежать предначертанного. Это сложно… идти против судьбы. Даже не представляешь насколько. Зайди как-нибудь к Хорсу, он тебя просветит.

Лиалин поднял на старшего из братьев упрямый взгляд.

— Уже просветили. Мне не интересны их планы. Это моя жизнь. И вообще я к Эделю собирался. Не возражаешь? — с этими словами он поднялся с пола и растворился в сиреневой дымке.

Наскаралим ничего не ответил, спрятав улыбку в глубине холодных черных глаз.

Хранитель вышагивал по извилистой узкой тропинке, под ногами хрустел речной песок и галька. Вдоль тропки тянулась широкая полоса пестрых полевых цветов, настолько аккуратная, словно за ней кто-то старательно ухаживал. Лиалину почему-то пришло в голову, что, не смотря на всю педантичность брата, Эдель вряд ли стал бы утруждать себя уходом за обычной поляной. Этим могла бы заняться его подруга, если бы конечно была…

В нескольких шагах дальше, тропа исчезала в густых зарослях ивняка. Хранитель остановился: продираться сквозь заросли не было никакого желания. И вообще здесь было что-то не так. Насколько Лиалин помнил замок Хранителя Предрассветного Тумана никогда не был окружен никакими деревьями. Его и издали было хорошо видать!

Из ивняка выскользнула полуобнаженная девушка с длинными зелеными волосами. Бледная кожа на фоне сочной зелени казалась еще бледнее, а глаза — два омута! Берегиня?!

— К брату пришел? — спросила она, и в воздухе зазвенели серебряные колокольчики. — Давно тебя не было.

Лиалин не ответил, с интересом наблюдая, как девушка вытянула из волос длинную водоросль и ловко вплела её в платье-сетку, что было на ней.

— Какой молчун! — не дождавшись ответа, девушка оторвалась от своего дела и взглянула на Хранителя: — Младший что ли?

Лин вновь не ответил, теперь и сам не зная почему. Берегиня звонко рассмеялась и, схватив его за руку, потащила за собой. Хранитель едва поспевал за девушкой, то и дело запинаясь о корни и молодые деревца, но её цепкие пальцы ни разу не выпустили его запястья.