Эскиды - Павлова А. В. - Страница 26

Аккуратно вынув безвольное тело из саркофага, ки'коны двинулись к выходу.

— Вряд ли это у вас получится, — Лин еще кружилась от боли и нехватки энергии, но сознание уже работало ясно. И поняв их замешательство, добавил: — Не из-за меня.

Вдалеке уже были слышны чужие голоса. Как минимум четверо приближалось к павильону.

Входные двери растаяли в воздухе, пропуская двух охранников, первого помощника правителя Индры и сайрийца. Лиалин огромными глазами смотрел на Элэсара. Сайрийцы! Здесь, в сердце Ки?ко. Получается, что Хорс ошибся. Это все-таки ловушка!

Охрана осталась в стороне, давая возможность Элэсару и его гостю спокойно закончить беседу. О чем она была, Шиэл как не старался, так и не смог услышать ничего конкретного. Понял только, что существовала некая договоренность, обеспечением которой и должен был послужить Аяс. Однако, чужак, судя по недоброй улыбке появившейся на его лице, сумел уловить все необходимое. Затем они попрощались, и сайрийец вместе с саркофагом исчез в кольце, так и не поняв, что возвращается без добычи.

Когда павильон вновь опустел, эскиды наконец вздохнули свободно. Только теперь Шиэл заметил, что и его и Киту укрывал некий прозрачный купол.

— Уходите. Забирайте своего друга. И можете больше не прятаться. Я вас спрятал так, что ни одна живая душа не учует. Мальчику покой нужен. Поторопитесь же!

— А ты? Если они узнают… Кто ты? Почему помогаешь? — у эскида было столько вопросов.

— Вы даже не представляете, какую услугу оказали сейчас. Но для вашего же блага — лучше нам больше не встречаться. Хотя… Постойте!

Шиэл в недоумении обернулся на незнакомца, ожидая его дальнейших слов, когда вдруг понял, что и он и Кита и Аяс находятся далеко за пределами дворцового комплекса, возле венвайдера, на котором они прибыли в начале. В воздухе все еще витала сиреневая дымка…

После полумрака в здании космопорта солнечный свет неприятно бил в глаза. Элэсар раздраженно фыркнул и отступил в тень. Однако оба его охранника за ним не торопились. Не смотря на то, что они простояли солнцепеке уже около получаса, не один из них не изнывал от жары. С блаженными улыбками они глядели в прозрачную голубизну выси. Грозный окрик начальника не вызвал у них никакой реакции. Выступив из благословенной тени, первый помощник схватил ближайшего к себе стража и до боли сжал ему плечо, заставляя вернуться в действительность. Это выражение в глазах! Блаженное до сумасшествия! Элэсо испуганно и зло скрежетнул зубами. Охранник непонимающе мигнул и уставился на чиновника.

— Дессе?

— Берите тент и немедля во Дворец, идиоты!

Охранники подняли с земли светлый палантин на фиксирующих шестах и, укрыв под ним от пекла Первого помощника, затрусили в сторону Дворца.

Длинные коридоры с бесчисленным количеством дверей, из натурального дерева с инкрустацией благородными металлами и драгоценными камнями, и комнат, богато обставленных и непохожих одна на другую. А картины! Такой великолепной галереи Лиалин еще не видел нигде. Здесь не было именитых художников, но полотна завораживали своей реалистичностью и красотой. Впервые Лин даже забыл о необходимости присутствия на ужине в Бирюзовой Столовой, организованного в честь их прибытия на Ки'ко, и допоздна пробыл в галерее. Особенно впечатлил его «Рассвет над Ирием» именно за ним его застала девушка-прислуга и вежливо предложила проводить в его комнату. На утро Дашуба обрушил на него весь свой гнев, назвал безответственным разгильдяем. Лиалин понимал: дело отнюдь не в ужине, было непростительной оплошностью в первый же день их прибытия без предупреждения исчезнуть. Это могло быть расценено как провокация на конфликт…

В тот момент, когда Лин уже был готов направить Правителю свою объяснительную. Правитель собственной персоной вошел в его апартаменты.

— До меня дошли слухи, что Целителя Лиалина восхитила моя коллекция картин.

Возникшую паузу никто так и не смог заполнить. Правитель доброжелательно улыбнулся Хранителю и взмахнул рукой. В комнату вошли двое слуг, державших на руках нечто, скрытое от глаз шелковой завесой.

— Надеюсь, когда Целитель Лиалин прибудет в свой дом, этот подарок не раз заставит нас вспомнить с лучшей стороны.

Шелковая завеса спала, открыв свету «Рассвет над Ирием». Картину аккуратно поставили у стены.

— Теперь смею надеяться у Вас, юноша, не будет повода лишать нас радости своего присутствия.

Жестом пригласив Дашубу следовать за собой, Индра покинул комнату. Дворецкие закрыли за ними дверь, оставив Хранителя наедине с его подарком.

— Не наседай так на мальчика, брат мой. Юности свойственна безрассудность. Во мне нет гнева, отчего же он в тебе?…

Их разговор продолжался и далее, но Лин более ничего не слышал, все его внимание занимала картина.

Теперь же Хранитель спешил так, что едва не сбил старую служанку, заменявшую цветы в вазах, не то, что на картины не смотрел. Необходимо было рассказать Хорсу об услышанном.

Двери Тронного Зала распахнулись, и навстречу Хранителю Дневного Света вышли все, кто в нем находился, вплоть до прислуги. Однако при виде него дамы и челядь попятилась обратно в глубь зала.

Лиалин склонил голову, приветствуя Правителя, и направился в сторону друга.

— Хорс…

Двое стражников преградили путь. Лин в недоумении взглянул сначала на стражников, затем на их оружие.

— Хорс, что происходит? — хранитель сжал ладони в кулаки, чувствуя, как к ним приливает энергия.

— Лин, не стоит, — повелитель Хорс выступил вперед, оказавшись между Лиалином и Индрой, — Дашуба, прекрати это безумие!

Дашуба с горечью качнул головой.

— Ты сам все видел, друг мой. Мне не просто, но… допустить подобное… смеем ли мы? Если это правда…

— Это просто вздор!! Такого и быть не может!

Хранитель в недоумении переводил взгляд с одного лица на другое. Пока, наконец, Дашуба не решил разъяснить ситуацию.

— Мы были в твоей комнате.

— В моё отсутствие? — Лиалин почуял недоброе. Только теперь заметив военных по всему периметру помещения. — И что вы там искали?

— Важно, что мы там нашли.

К ногам Хранителя упал мешочек из темно-синего бархата. Громко звякнув о мраморный пол, из него выпали медальон с сайрийской звездой и несколько монет. Лин поднял на Дашубу тяжелый взгляд.

— Там внутри еще кое-что твое лежит. Ты проверь, все ли на месте, — взгляд повелителя пылал яростью, но Лиалин даже не шелохнулся.

— Ты знаешь. Это Не Моё. Дело не в патриотизме. Я физически не могу находиться рядом с ними.

— Я знаю, — Дашуба отдал приказ и двое воинов, подобно тискам, сжали плечи Хранителю, не давая пошевелиться. Повелитель задрал ему рукава, обнажив безобразного вида струпья на запястьях и выше. — Предатель.

Сильный удар наотмашь едва не сбил Хранителя с ног, но воины не дали ему упасть. Лицо горело как от огня, а во рту появился привкус крови.

— Увести его.

Лиалин лихорадочно соображал, пытаясь найти хоть одно слово, чтобы заставить Дашубу услышать его, но отчетливый запах сайрийца, источаемый предателем, сбивал с мыслей. Лин оглянулся, в поисках Элэсара, но увидеть его уже не успел.

Хранителя под конвоем вывели из приемной. Едва он скрылся с глаз, Хорс развернулся к Индре и Дашубе.

— Это ошибка. Страшная ошибка. Я знаю его с рождения, он не способен на предательство. И эти монеты… Смешно! Он возглавляет крупнейшую промышленную корпорацию в нашей галактике! Даже если и так, то неужели ты думаешь, что он настолько глуп, чтобы прятать вознаграждение у себя!

— Он отсутствовал вновь. Без предупреждения и объяснения причин. Сомневаться поводов нет. Допустить его переход к сайрийцам не имею права! Я видел его ожоги собственными глазами.

— Иногда глаза обманывают! Всему должно быть объяснение. Дашуба. Я могу предать! Он — нет. Индра! Ты старший. Ты проницательнее и мудрее нас. Прислушайся к себе! Лиалин! Разве он похож на предателя?