Краткая история денег - Остальский Андрей Всеволодович - Страница 38

И вот выставляется на продажу облигация. Написано на ней – 100 тысяч, это ее номинал. Но стоит она уже 85!

А если, вообразите себе, в банке начнут давать 7 процентов годовых? А по вашей облигации – все те же жалкие 5 процентов от 100 тысяч! Тогда цена вашей бумаги на рынке будет приближаться к 72 тысячам, потому что 7 процентов от этой суммы – это уже 5040 долларов – хоть всего на 40 долларов, а все-таки навар!

Теперь давайте представим себе обратный процесс – что банки свои проценты по вкладам населения снижают – а что им остается делать, если Центробанк потянул за другой конец веревки. В жизни это происходит достаточно часто, например, американская ФРС только что активно снижала свою учетную ставку, пытаясь предотвратить тяжелый финансовый кризис.

Так вот, представьте себе, что в банке по срочному вкладу можно получать уже не 5, а всего-навсего 3 процента годовых. Сколько в таком случае будет стоить ваша 100-тысячная облигация? Правильно, не трудно высчитать – почти 170 тысяч долларов! Вот так да – написано на бумаге 100 тысяч, а стоит – 170! Потому что именно столько вам надо положить в банк, чтобы получать все те же 5 тысяч долларов в год, которые гарантированы вам по вашему купону.

Это, конечно, сильно упрощенная схема, но закономерность именно такова: чем выше банковский процент, тем дешевле стоит ваша облигация, чем он ниже, тем она дороже. И когда центробанки дергают то за один конец своей волшебной веревочки, то за другой, то они отлично ведают, что творят в том числе и на многомиллиардном рынке облигаций. Ух, какие чудовищные суммы переходят из рук в руки, как много человеческих судеб круто меняют свой курс! Впрочем, как говорил какой-то записной остряк, карманы меняются, а деньги остаются.

Все это относится, кстати, и к тем самым облигациям с нулевым купоном (помните историю с продажей долга Ходжи?). То есть процента по такой облигации не платят, а продают ее вам со скидкой, с дисконтом.

Профессиональные брокеры умеют мгновенно прикинуть, сколько примерно должна стоить та или иная облигация. Для удобства широко применяется так называемый «yield» – доходность. Этот индикатор высчитывается следующим образом: купон делится на цену – не номинальную, написанную на облигации, а на рыночную цену, которую в данный момент за нее дают. То есть в случаях, когда ваша облигация стоит 100 тысяч и по номиналу и на рынке, то, естественно, текущая доходность получается как раз равна тем же самым 5 процентам. Но при снижении банковского процента и, соответственно, повышении цены до 140 тысяч ваша доходность будет составлять 3,57 процента, а при уменьшении цены облигации до 85 тысяч – соответственно, 5,88 процента.

Но это – именно текущая доходность. А если вам надо высчитать общую доходность облигации с учетом срока ее погашения, всех предстоящих выплат по купону, процента, который можно было бы от накопленных таким образом денег получить, а также возможных рисков, то для этого есть более сложные формулы. Особенно трудно понять, как срок погашения влияет на цену – а ведь понятно, что влияет, и сильно! «Длинные деньги» коренным образом отличаются от «коротких» – риск явно возрастает, если вы купили облигацию на 30 лет, а не на один год и не на десять. Какой процент и какая цена при этом будут реальными, справедливыми, учитывая возможные движения банковских ставок? В этом случае применяется формула так называемой «дюрации»…

Но в этом месте я лучше остановлюсь, потому что тем, кто захочет разобраться подробнее в том, как работает рынок облигаций, нужно читать более специальную литературу. И если у вас такое желание действительно появилось, то, значит, вы уже реально встаете на путь, ведущий к богатству. И понимание рынков будет следующим, причем очень большим шагом (см. главу «Как стать богатым»).

Сразу замечу – без разумного, взвешенного риска не разбогатеть. Математически доказано, что без риска вообще нет развития. Но крупные игроки на рынке всегда стремились риски минимизировать, научиться их страховать – и поэтому на свет появились деривативы. Которые парадоксальным образом оказались вдруг сами делом весьма рискованным.

Деревья деривативов

И снова о сжигании денег и опять о французе. Но на этот раз речь не о Серже Гинзбурге, а о герое нашего времени по имени Жером Кервьель. Жег он деньги, правда, в фигуральном смысле – но зато сколько! Не какие-то жалкие 500 франков, а 5 миллиардов – евро! Многие газеты так его и изобразили – на фоне гигантского костра, в котором полыхают горы банкнот.

На сей раз герой, правда, не имеет, насколько известно, российских корней, натуральный француз, из глубинки. Папа – металлург, мама – парикмахер. Но его имя теперь на слуху и в России, и в Китае, и во всем мире.

Некоторые полагают, что Жером Кервьель имеет даже шанс войти в историю как человек, обрушивший мировую экономику. Или, наоборот, ее спасший – в зависимости от того, как будут развиваться события.

Впрочем, пока он уже попал в число мировых рекордсменов в области азартных игр в современные финансовые инструменты. Он поставил на виртуальный кон и проиграл астрономическую сумму, повторю еще раз – 5 миллиардов евро! Не тысяч, не миллионов, – миллиардов. Якобы имел шанс отыграться, да вот его остановили. Его хозяин – «Сосьетэ Женераль» – говорит, что и слава богу, что остановили, а то он мог бы проиграть в десять раз больше. А сам он полагает, что, напротив, имел шансы вернуть деньги родному банку и даже сторицей. Но помните старинную пословицу: не за то отец сына бил, что играл, а за то, что отыгрывался!

Кервьеля тоже, конечно, будут бить, вернее, судить и, скорее всего, посадят в тюрьму, но чем объяснить почти восторженное отношение к нему общества и не только во Франции, но и во всем мире, где созданы уже десятки клубов «фанов Кервьеля»? В банковских кругах его называют «мутировавшим вирусом» и «террористом», а поклонники зовут его Робин Гудом, «Че Геварой финансов», коммунисты сравнивают с Дрейфусом.

История по сути своей кажется достаточно традиционной: сколько мы знаем историй о банкирах, использовавших чужие деньги для игры на бирже или даже просто в казино, в рулетку, и проигравшихся в пух и прах. В былые времена они вынуждены были кончать жизнь самоубийством или отправляться в тюрьму до конца дней своих. В любом случае это всегда было связано с позором, падавшим черным светом на имя, на всю семью незадачливого игрока. Но теперь все почему-то по-другому. Какие-то серьезные изменения в общественной морали случились? Или же дело в том, что работа, которой занимался мсье Кервьель, кажется подавляющему большинству нормальных людей чем-то совершенно нереальным, иллюзорным, не от мира сего? А банки, фонды и брокерские конторы, наживающие в этом виртуальном мире миллиарды, ничего, кроме раздражения и злорадства, не вызывают… А, попались, опростоволосились в своих заумных делах, голубчики? Так вам и надо! Мальчишка, одиночка с комплексами, мелкая конторская сошка – взял и всех вас объегорил? Молодец, браво!

«Проигранные» Кервьелем суммы настолько огромны, что мы по-настоящему и представить их себе уже не можем. От 50-ти, да что там – от 5 миллионов дух захватывает, а от 50 миллиардов– уже нет. Что-то уже не очень вообразимое. Абстракция.

Понятно, что ни в какую рулетку таких денег не проиграешь – физически невозможно. Да и как в его собственном банке не заметили таких игр, не до конца понятно. Как-то он здорово хитрил, обманывал службу, которая следит за рисками, – может быть, потому, что он сам там несколько лет работал. Представьте себе опытного слесаря, специалиста по замкам, переквалифицировавшегося в домушника. И все же как можно не заметить операций объемом в 50 миллиардов евро? Весь «Сосьетэ Женераль», со всеми его капиталами, стоит меньше!

Что же это такое творится? И что это за игры такие, в сравнении с которыми бледнеют любые казино?

Журналисты, рассказывающие миру о «деле Кервьеля», не решаются вдаваться в объяснения, пишут, что и среди профессиональных брокеров далеко не все до конца понимают, как финансовые инструменты работают. А тот, кто понимает, тот имеет шанс сказочно разбогатеть за несколько лет. Да что там лет – нескольких месяцев, а то и дней может быть достаточно, чтобы стать мультимиллионером. Или разориться, конечно. Вернее, разорить свой банк, потому что ни у кого из игроков нет таких личных средств, чтобы играть в таких масштабах. В середине 90-х годов в аналогичной ситуации британский трейдер Ник Лисон полностью обанкротил старинный и знаменитый банк «Бэрингс». Тот самый, про который в XIX веке писали: «В мире шесть великих держав – Англия, Германия, Австро-Венгрия, Россия, США и „Бэрингс“».