Радуга до небес - Картленд Барбара - Страница 26

В то же время Диана чувствовала необыкновенную бодрость. Она и не ожидала, что быстрая езда доставит ей такое удовольствие.

Все приводило ее в восторг: и ветер, бьющий в лицо, и топот лошадиных копыт. Ей нравилось чувствовать под собой теплый лошадиный круп, нравилось натягивать непослушными, отвыкшими пальцами поводья.

Ей было приятно находиться в обществе Барри, приятно слушать, как он восторгается ее умением сдерживать не в меру разгоряченного коня.

Два часа, которые они провели вместе за разговорами и катанием, пролетели как один миг.

И сейчас, лежа в ванной и глядя на свое розоватое тело, просвечивающее в слегка окрашенной и ароматизированной солью воде, Диана вспоминала все подробности сегодняшнего утра.

Они с Барри взобрались на самую верхушку холма, и Диане показалось, что никогда в жизни не жаждала она так насладиться каждым прожитым мгновением.

Хотелось поделиться переполнявшими ее чувствами с Барри.

Утро выдалось чудесное: ослепительно голубое небо, свежий ветерок, яркое солнышко. Деревья простирали вверх свои темные голые ветви, и казалось, что находишься не на природе, а в картинной галерее, рассматриваешь какое-то прекрасное полотно.

Диана чувствовала, что с ней происходит что-то необыкновенное. Красота родной природы, безбрежное, невиданное доселе счастье наполняли ее душу восторгом.

«Если бы я только могла подарить свои чувства всем, кого люблю!» — радостно думала она.

И тут же вспомнила о Джимми. Трудится, наверное, бедняга в поте лица: на выходные в гараже приходится самая работа. Вот бы послать ему посылку с ее счастьем!

Словно понимая, какие мысли и чувства обуревают Диану, Барри не донимал ее разговорами,' и некоторое время они ехали молча.

Так продолжалось довольно долго. Наконец ездоки спешились и уселись, еще разгоряченные, на траву. Перед ними открывался потрясающий вид на Уэльские горы. Вволю насладившись великолепным пейзажем, Диана и Барри начали неторопливую беседу.

И самые обыденные слова в таком необычайно красивом месте имели глубочайший смысл. А потом они поехали обратно и все говорили и говорили, с удовольствием слушая друг друга.

«Какой же он добрый, — размышляла Диана, лежа в ванной, — и как не похож на того Барри, которого я впервые узнала».

И внезапно ее осенило: да она же любит его!

— Я люблю его, — прошептала Диана.

Подобного чувства ей еще никогда не доводилось испытывать: ведь не только любовь завладела всем ее существом, но и безграничное доверие и огромное уважение к этому человеку.

Как часто, увлекшись кем-то, Диана в конце концов понимала, что на самом деле вовсе не любит его, а испытывает к нему влечение, и все. Это ее тут же отрезвляло, и она и думать забывала о своем недавнем кумире.

Даже если ей кто-то и нравился, внутренний голос убеждал ее, что все это долго не продержится.

И вот теперь она впервые встречает человека и любит его только за то, что он именно такой, какой есть.

Теперь Диане казалось, что она влюбилась в Барри в первый же день их знакомства и с тех пор не переставала любить его.

Она попыталась припомнить те недобрые чувства, которые испытывала к нему в первое время, но они исчезли.

Вместо этого Диана ощущала острое желание снова и снова быть рядом с Барри, смотреть, как он ходит, слушать, как он говорит.

Сейчас она прекрасно понимала малыша Робина и собак, которые радостно бросались к нему, стоило Барри только появиться в их поле зрения. А уж если удавалось удостоиться его внимания, они были просто на седьмом небе от счастья.

«Неужели все влюбленные чувствуют это? — удивленно думала Диана. — Неужели все ощущают эту неукротимую радость, свалившуюся невесть откуда, счастье, бурным потоком уносящее рассудок и волю?»

« А сможет ли Барри полюбить меня?» — вдруг с тревогой подумала Диана.

Она вспомнила, что вчера рассказывала Лоэлия. Судя по ее повествованию, он имел весьма смутное понятие о том, что такое любовь.

И хотя жизнь его проходила в довольно суровых условиях, а Диана, напротив, существовала легко и привольно, ни ему, ни ей не доводилось до сих пор испытать чувства, которые невозможно было бы обуздать.

Скорее всего Барри считает ее особой, весьма осведомленной в житейских и любовных делах, решила Диана, и мысль эта показалась ей не очень приятной.

Внезапно она вспомнила Хьюго. Теперь ей не верилось, что когда-то всерьез собиралась выйти за него замуж.

Неужели она и вправду не надеялась уже пережить то волнующее чувство, когда кажется, будто стоишь на пороге чего-то чудесного, неизведанного доселе?

Диана взглянула на себя в зеркало. Не может быть, что это она, та самая строптивая великосветская особа, которой совсем недавно жизнь казалась невероятно скучной!

Девушка, что стоит сейчас перед зеркалом, с радостным нетерпением смотрит в будущее, она полна сил и энергии.

«Не могу я ждать, — внезапно очнулась Диана. — Я люблю Барри и хочу добиться его сейчас. Если я стану ждать, то наверняка потеряю его».

Глава 9

По поручению миссис Шнайбер Диана отправилась в магазин «Фортнум и Мейсон».

Она шла мимо прилавков, сплошь заставленных самыми разнообразными деликатесами: словно кулинары всего мира боролись друг с другом за право заслужить одобрение своих покупателей.

Прошло уже три месяца с тех пор, как она ездила на выходные в Малверн. Рождественские праздники закончились, а с ними и оживленная предпраздничная торговля. Теперь в магазинах практически не было покупателей.

Диана покинула Охотничий дом, еще не вполне осознавая, что с ней произошло.

Ощущение безграничной любви, которую она испытывала к Барри, сменилось глубокой тоской разлуки, не заглушившей, впрочем, надежды на счастливое будущее для них.

Прощаясь с Барри ранним утром перед отъездом в Лондон, Диана сказала:

— Надеюсь, скоро мы с вами снова увидимся. Она решила согласиться на все, что бы он ни

предложил, лишь бы быть с ним рядом, пожертвовать всем, что у нее осталось, даже работой.

Однако ответ Барри прозвучал настолько неожиданно, что несколько секунд Диана недоверчиво смотрела на него не в силах поверить услышанному.

— Боюсь, теперь мы увидимся не скоро. В конце следующей недели я уезжаю в Индию.

— И сколько вы там пробудете? — после долгого молчания спросила Диана, и ей показалось, что голос ее, лишенный каких-либо чувств, прозвучал несколько неестественно.

— Не знаю, — пожал плечами Барри. — Я никогда не могу сказать, сколько Индия продержит меня.

Диану охватило отчаянное желание крикнуть, что она любит его, а потом умолять остаться или взять ее с собой, но огромным усилием воли она сдержалась.

Спокойно попрощавшись, девушка уехала, не ведая о том, что совершает один из самых смелых поступков в своей жизни.

«Если бы он только написал мне…» — тоскливо думала она.

Позже Диана узнала, что Барри благополучно добрался до Индии. Об этом она прочитала в газете — всего несколько сухих, равнодушных строк, и тишина…

Каждую ночь она засыпала, шепча его имя, а утром просыпалась с единственной мыслью о нем. Вскоре он начал ей даже сниться.

С каждым прожитым днем любовь к Барри и тоска по нему становились все сильнее и сильнее.

Она так страстно желала его видеть, что казалось, будто стремление это способно найти его, где бы он в этот момент ни находился.

Иногда она стояла у окна, думая о своем возлюбленном и отчаянно моля его поскорее вернуться.

Диана часто читала о возможности передавать мысли на расстоянии, слышала удивительные истории о том, как человек, находящийся на одном конце земного шара, знает, что думает о нем в этот момент человек, находящийся на противоположном.

«Барри! Барри!» — взывала к нему ее душа.

Но Барри молчал, и Диана ничего не знала о нем.

А тем временем Хьюго становился все более и более настойчивым. Как и обещал Диане в Монте-Карло, он бесцеремонно заявился на Гросвенор-сквер, где был радушно встречен Шнайберами.