Восточная сказка - Окли Наташа - Страница 5

— Араминта Вудвилл-Браун. Продюсер проекта, — с улыбкой проинформировала, его Полли. — А с вами она еще не связывалась? — поспешно добавила она.

По лицу принца пробежала тень догадки. Он доверительно улыбнулся ей и склонился над столом.

— Вы ведь очень сильно отстали от графика из-за неспособности моего отца оказывать вам содействие. Не так ли?.. Понимаю ваше беспокойство, мой брат не стремится демонстрировать европейцам понимание в таких вопросах. И вообще кинематограф, равно как и многие отрады Старого и Нового света, он считает недостойными внимания. Я его мнения не разделяю, — обнадеживающе проговорил он и пристально посмотрел на Полли.

Она невольно вздрогнула.

— Об этом вам бы лучше поговорить с Минти. Я не очень хорошо ориентируюсь в вопросах организации съемок, — завуалировала свою заинтересованность Полли Андерсон. — Я могу дать вам номера ее контактных телефонов, электронный адрес и прочие необходимые реквизиты.

— Выходит, вы к этому отношения не имеете? — недоверчиво осведомился наследный принц.

— Имею, но скорее косвенное. Я отвечаю за творческую реализацию проекта. А переговоры, графики, разрешение противоречий — это не моя сфера, — уклончиво ответила девушка. — А Минти, она у нас настоящий полководец, стратег и тактик в одном лице.

— Бывают такие уникальные женщины, — с улыбкой проговорил шейх.

— Вы совершенно правы. Уникальная — именно то слово, которым вернее всего можно охарактеризовать нашу Минти, — заметно волнуясь, отрапортовала Полли.

— Одно имя чего стоит…

Полли нервно рассмеялась.

Принц не сводил с нее проницательного взгляда.

Полли затихла и отвела глаза в сторону.

— Насколько мне известно, если все формальности будут улажены, мы станем первой европейской съемочной группой, которая получит разрешение на киносъемки в королевстве Амра, — деловито отчеканила блондинка.

— Вы не совсем правы, Полли, — возразил принц. — Когда пятьдесят лет назад мой дед стал королем, он был преисполнен намерения сблизиться с Западом настолько, насколько это позволяет наша национальная независимость. Тогда он поручил министрам взять курс на открытость и активный творческий взаимообмен. Но первый же опыт заставил его отказаться от идеалистических представлений на сей счет. Европейцы, которым он рискнул поверить, пренебрежительно отнеслись к налагаемым на них требованиям, чем нанесли глубокое оскорбление и королевской семье, и всему нашему народу.

— Наш проект имеет сугубо познавательный характер, поскольку посвящен событиям конца девятнадцатого века, а именно посещению Элизабет Льюис королевства Амра. Нашей целью является художественная реконструкция всех этапов того путешествия.

— Чему вы хотите уделить основное внимание? — спросил принц.

— Удивительной красоте вашей страны. Тому, что не меняется на протяжении многих столетий. Пустыни, оборонительные сооружения, странствия на верблюдах…

— Мне кажется, у вас слишком узкие представления о культуре Амры, — сухо отозвался принц.

— Мне придется с вами согласиться. Конечно, к реализации проекта мы привлекли ряд ученых, специалистов по истории Востока, культуре, религии. Но в сухие сведения, которые мы почерпнули, нужно вдохнуть жизнь, — серьезно проговорила девушка.

— То есть вам нужен патрон. Влиятельный человек из Амры, который взялся бы курировать реализацию проекта, — предположил Рашид аль-Баха.

— Да, вы совершенно правы! — с облегчением воскликнула Полли Андерсон.

Как же приятно иметь дело с понимающим человеком, невольно подумала девушка. По всей видимости, ей удалось заинтересовать наследного принца своими идеями.

— Но я так и не понял, какова ваша роль во всем этом? — стремился ухватить суть принц Рашид.

— Это будет мое путешествие! — с гордостью ответила ему Полли.

— Ваше?

— Именно. Я пойду по следам своей прапрабабушки! — разъяснила она.

— Ах, вот в чем дело! Выходит, вы — прямой потомок женщины, о похождениях которой в Амре до сих пор ходят легенды, — воскликнул мужчина, одобрительно глядя на свою новую знакомую. — Сколько уникальных женщин подарила миру Британия!

Полли Андерсон в очередной раз была тронута до глубины души. Этот человек, похоже, действительно умел читать мысли. Но так же хорошо у него получалось и находить чувствительные струны женской души.

— Так и что же вы обо всем этом думаете, Рашид? — рискнула прямолинейно спросить его белокурая Полли. — Получится у нас воплотить в жизнь наши планы или нет?

— Это будет напрямую зависеть от того, как вы возьметесь за дело. Если пойдете по пути своих предшественников, изгнанных из Амры, то ничье заступничество, в том числе мое, вам не поможет.

— Минти в полной мере осознает свою ответственность. Она очень щепетильно относится к соблюдению традиций, — отрекомендовала свою коллегу Полли.

— Вы с ней подруги? — спросил Рашид.

— Уже несколько лет мы с ней в очень хороших отношениях. Для того, чтобы общаться более тесно, нужно свободное время и общие интересы.

— Понимаю… — кивнул Рашид. — Я подумаю об этом.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Полли Андерсон изучала свое отражение в маленьком зеркальце. Она собрала и заколола на затылке волосы, покрыла голову черным платком, удостоверившись, что из-под него не выбилась ни одна белокурая прядь.

До посадки оставались считанные минуты.

— Как же они закрепляют, чтобы не соскользнуло? — озадаченно проговорила англичанка.

— Попробуй заколками, — подсказал ей Пит, сидевший в соседнем кресле. Их талантливый оператор озадаченно наблюдал за ее мучениями. — Что-то не так. На местных женщинах это выглядит иначе. Перевяжи.

Полли почувствовала раздражение из-за того, что ее старания не увенчались успехом. Аккуратного внешнего вида требовал закон Амры, которому не только она, но и вся съемочная группа должна была подчиниться. Ведь это они нуждались в одобрении местного населения Амры, а не наоборот. Приходилось соответствовать всем правилам, накладываемым на подданных и гостей королевства.

Незадолго до начала съемок Араминта получила от представителей королевской фамилии тридцатидвухстраничный, скрепленный металлическими кольцами своеобразный кодекс поведения иностранцев в Амре. Она сделала копии документа и раздала его всем членам съемочной группы.

— Так, не нервничай, — успокаивал ее Пит. — Представь, что это элементарная манипуляция, которую восточная женщина, не задумываясь, совершает каждое утро. Просто нужно сообразить, как именно она это делает. И главное — не спеши.

Полли сорвала шелковый платок с головы, сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться, и вновь покрыла им голову. Она плотно окантовала полотном высокий лоб над самыми бровями, сделала несколько складок у висков, чуть натянула и, перекрестив концы под подбородком, завела их назад, завязав в узел.

— Ну как? — обратилась она к Питу, чувствуя себя на редкость беспомощно.

— Потренируешься после, а на сегодня сойдет, — порекомендовал ей коллега.

— У кого-нибудь есть карта местности, на которой можно делать рабочие пометки? — спросил Баз, сидевший в соседнем ряду.

Ему никто не ответил.

Нервничали все. Кто-то умело скрывал это, кто-то даже не пытался бороться с нервозностью. Но все понимали, какая ответственность на них лежит, равно как и то, что в их собственных интересах — не ставить судьбу проекта под угрозу из-за несоблюдения суровых требований, которые предъявляло к своим гостям королевство Амра.

Полли старалась пропускать тревожные разговоры коллег мимо ушей. Минти объединила в группу пятерых бывалых киношников, привыкших к разного рода путешествиям, испытаниям, трудностям. Но даже они, эти пятеро, нервничали и не облегчали друг другу жизнь.

Помимо книжки по этикету, у группы был туристический путеводитель, который начинался следующими словами: «Путешествие в королевство Амра — это незабываемое событие, которое приятнее разделить со своей семьей. Тогда принимающая страна покажется вам домом, а возвращение в родные края станет радостнее вдвойне».