Дядя Митя — Айболит - Новиков Анатолий Иванович - Страница 4

К некоторому нашему огорчению, звери и птицы тоже отлично разбираются в людях и живо отделяют злого от доброго. Они сворачивают с пути человека с ружьем и чуть ли не садятся на плечи безоружному.

Милорд — а это тотчас приметила камышовая муха — сразу разгадал в докторе Донникове не только хорошего специалиста, но и настоящего друга животных. Но он был псом скромным и не решался с ходу сблизиться с человеком, которому обитатели лесов, полей и колхозных ферм смело вверяют свое здоровье и жизнь.

— Больно об этом жужжать, но ведь иначе никто не расскажет! — камышовая муха пришла на помощь гончаку. — Этого гончего пса, которого зовут высокомерным иностранным именем Милордов, хозяин три дня тому назад бросил одного в лесу и кости одной не оставил.

— Ах, какой негодяй! — в сильном негодовании воскликнул доктор. — Значит, расспросы отставить! Отведи его, Фаинька, на кухню и досыта накорми. И если благородный Милорд не возражает, пусть остается у нас — покуда не надоест. А мне пора на службу.

— Накормлю, накормлю и обед вам сготовлю! — камышовая муха нисколько не удивилась гостеприимству доктора. — Только хотела бы знать, извините за добролюбопытство, где вас искать в случае чего. Люди будут спрашивать.

— Сейчас отправлюсь на конный двор — жеребят поглядеть надо. Вот и лакомство захватил, — подробно объяснил доктор Донников. — А потом, Фая, побегу на аэродром. Сегодня прилетает племянник Саша. Надеюсь, что вы примете мальчика в свою серьезную и дружную компанию.

— Значит, обед готовить на четверых? — по-хозяйски подсчитала Фаина Рептильевна.

— Лучше на пять персон, — попросил доктор. — Вдруг Ганя-чистильщица объявится.

— Конечно, дело не в птице, — сказала экономная муха. — Но только я знаю, что птица должна сама себя летом прокормить.

В нашу историю нечаянно вмешалась черная галка. Правда, она — птица эпизодическая. Но мы обязаны рассказать о ее дружбе с колхозным ветеринаром.

ГАНЯ-ЧИСТИЛЬЩИЦА

Все звери и птицы в округе знали и любили ветеринарного доктора Донникова. Они передавали потомству живописные легенды о необыкновенной доброте и мастерстве ветеринара. Кое о чем сороки, подглядев за доктором, по тайге разнесли, кое-что от домашнего и колхозного скота было узнано. Во всяком случае, окрестная живность не только уважала колхозного ветеринара, но по-своему старалась отблагодарить его за чуткость и заботу.

Чувство благодарности — одно из самых древних и сильных чувств. Конечно, при том условии, что живые существа сознательно не истребляют его в себе и в детях. Но этого разумная природа пока не допускает.

Взять, к примеру, еще не нашумевшую в газетах и в мультфильмах историю с черной галкой по кличке Ганя.

Однажды во дворе ветеринарной амбулатории разыгрался стремительный воздушный бой. Как и в любой драке, одна воюющая сторона была права, другая — нет. Но обе они в данной ситуации считали себя правыми…

Мирная галка, примостившись на ветке столетнего тополя, прикидывала, в какую сторону от гнезда полететь за зелеными гусеницами и жуками.

А много выше тополя парил под облаками в теплом воздушном потоке канюк — добровольный охранник полей и лесов. Пернатый хищник высматривал себе на завтрак зазевавшуюся полевую мышь, суслика или другого грызуна общественного хлебного каравая.

Канюк прилетел издалека. Не отыскав жертвы на своей территории, он залетел в чужие владения и жалобно канючил. В природе многие земные и небесные хищники, впрочем, как и некоторые люди, наделены заманивающими голосами — слезными, жалобными, просящими.

В снежных горах Тянь-Шаня из зарослей сизой ежевики и невыносимо пахучей мяты порой раздается слабый голос теленка. Но не спешите на помощь. Так, по-телячьи, мычит и снежный барс-ирбис.

Клекот голодного орла напоминает деликатное покашливание пожилого человека. А неутомимый в поисках добычи канюк — он же сарыч, — забравшись с утра пораньше под спасительные облака, влагой которых он промывает острые свои глаза, посылает к земле длинные крики — вечную жалобу на горькую судьбу.

И вдруг чужой канюк в маскировочном оперении десантника пал на добычливое крыло и сшибся с черной дворовой галкой. Полетели в стороны пух и перья. Хотя канюк был сильнее, близость родного гнезда и ненависть к разбойнику/ сарычу удесятерили силы галки.

В разгар драки канюк вдруг сложил крылья и тяжело рухнул вниз — будто за новой добычей. На самом деле ястреб спасался в дворовых травах от позора. Через несколько секунд он уже уходил к далеким лесам.

Черная галка пыталась взмыть к спасенному гнезду. Но вдруг тоже, трепеща всем телом и разбросав веером крыла, заскользила вниз и глухо ударилась о землю.

На птичье счастье, ветеринар дядя Митя оказался дома. Он сидел на сосновом пеньке близ гаража и отбивал литовку. Приближался сенокос — праздничная и нелегкая сельская работа. Дядя Митя в эту пору всегда помогал хозяйству косить травы. Он любил спелые душистые луга и заросшие крапивой и кипреем неудобицы, гудевшие от горячего сока. Травы на них, кажется, падают в изнеможении еще до того, как острое жало косы их стебли заденет. А между прямых валков травы дружно суетится весело-озабоченное, с песнями и смехом, колхозное человечество.

Сказать по правде, доктор помогал запасать сено дедушке Хирону для Клеопатры и ее отчаянных сынов. Кроме козы старик держал еще корову. Между делом дядя Митя успевал нарезать на зиму козьему семейству еще и сотни три березовых веников. Доктор знал о великой силе веточного корма: зимой, получив на завтрак две пары березовых веников, корова и коза производили в себе очень ценное и вкусное витаминное молоко. Бывший печник Хирон в эту пору сильно крепчал здоровьем, потому как пил молоко в значительных количествах.

Дядя Митя видел воздушный бой, разгоревшийся над двором ветамбулатории. Он поспешил к упавшей галке. Наружный осмотр птицы не выявил никаких серьезных повреждений. Не было и следов крови. Дядя Митя сразу повеселел — будто был виноват в чем-то перед мирной птицей и теперь прощен.

Он поспешил с оглушенной галкой в гараж. Там у него стоял тяжелый мотоцикл «Урал». Доктор смахнул с деревянного верстака гайки, болты, кольца. Положив птицу на бок, он очистил клюв от земли, расправил ей крылья. Рядом с птицей доктор насыпал хлебных крошек, накрошил соленого сала и вяленого ерша.

Минут через пять черная галка шевельнулась, вскочила на ноги. Быстро повертев головой, она уставила на доктора блестящий бдительный глаз, встряхнулась и вдруг ворчливо заметила:

— Убирай — не убирай — никакого тебе порядка на рабочих местах! Привет мастерам машинного двора!

— Здравствуй, галка Ганя! — отвечал, не удивившись подозрительным птичьим выкрикам, дядя Митя. — Хорошо, что пришла в себя. Поклюй теперь маленько!

Доктор догадался, что в молодости черная галка обитала при ремонтной мастерской, наслушалась много слов, и ее нисколько не испугал вид гаражного беспорядка.

Дядя Митя принес птице воды и ушел на покос.

Вечером его ждал не совсем обычный, но приятный сюрприз.

Гараж-мастерская сияла образцовым, можно сказать, корабельным порядком и чистотой. Это Ганя, отдышавшись, убрала помещение. Все шайбочки, винты, гайки, старые резиновые шланги, штуцеры, спицы птица аккуратно снесла в один угол, и помещение стало таким опрятным, будто его вымыли.

Дядя Митя стоял и хлопал от изумления глазами. Разумеется, доктор слыхал, что сороки, вороны и галки не совсем равнодушны к блестящим и загадочным вещам — обязательно утащат в гнездо для досмотра. Гнезда в гараже, конечно, не оказалось. Тогда галка определила всю ненужную оснастку и ненужные детали в одно место.

Аккуратная птица встретила ветеринара знакомыми бодрыми призывами:

— Привет мастерам машинного двора! Ура! Ганя — молоток! Машина любит ласку — чистоту и смазку! Сэкономить ГСМ нам поможет ЭВМ! Не уверен — не обгоняй! Ура!