Опасная прогулка - Картленд Барбара - Страница 38

Как же он был красив, элегантен! Как привлекателен! Сама обстановка обеденного зала создавала вокруг него некий торжественный ореол.

Но вдруг ей подумалось, что они оба вновь разыгрывают спектакль с очень маленьким количеством действующих лиц. И с такой же малой аудиторией — лишь он и она.

Спектакль только для них самих и больше ни для кого!

» Завтра этому спектаклю придет конец «, — вспомнила она, и настроение ее резко упало.

Тем более было обидно, что в своем изысканном платье с цветами в волосах, с матово-бледным личиком, таинственно освещенным колеблющимся пламенем свечей, она сейчас так подходила для разыгрываемой ею роли.

А герцог! Он в данную минуту выглядел истинным героем пьесы, главным персонажем, — правда, эта роль всегда принадлежала ему — в любой пьесе и с любой партнершей, которая могла бы быть на месте Юделы.

Ужин близился к концу, а Юделе хотелось, чтобы он длился бесконечно… Чтобы не так скоро наступил момент, когда ей придется встать из-за стола и проследовать вместе с герцогом обратно в салон. И все же этот нежеланный момент наступил. Медленными нерешительными шагами она шла по мягкому ковру, и казалось, что из-за каждой драпировки шепчет ей чей-то печальный голос:

» Все это в последний раз… в последний раз…«

Она ожидала, что герцог отведет ее в салон, но он неожиданно предложил:

— Я думаю, что будет лучше, если мы перейдем в библиотеку. Там у меня хранится нечто, что я должен вам передать.

Юдела сразу догадалась, что означает это» нечто «. Это был смертный приговор ее счастью, который не подлежал обжалованию. Конечно, это будет тысяча фунтов стерлингов, обещанная им при подписании договора тоже в библиотеке, но только в городском доме.

Если б она могла отвергнуть его дар, сказать ему, как и прежде, что это слишком большая сумма, но Юдела знала наверняка: это только обидит его. Ведь контракт, заключенный между ними, не оговаривал продолжительность его действия. Три дня… три месяца… три года… — все это не меняло остальных условий контракта. И спорить с герцогом по этому поводу было бы излишней тратой слов.

Этим вечером в свете канделябров библиотека выглядела по-иному, чем днем, когда солнце сияло за высокими окнами. Сейчас занавеси были задернуты, и лишь одно окно, выходящее на обширную террасу, оставалось открытым.

Юделе не хотелось отвлекаться на красоту пейзажа в эти последние мгновения, поэтому она, не мешкая, заняла место на стуле спиной к окну в ожидании того, что ей скажет герцог.

— Я должен кое-что сказать вам, Юдела.

Он стоял в привычной позе, слегка опершись о каминную полку. Юдела уже знала, что он скажет. Выслушивать вторично условия контракта она была не в состоянии, поэтому она решилась прервать его и произнесла поспешно:

— Я знаю, это касается… леди Марлен. Ее светлость уже известила меня, что она вышла замуж.

— Так вы знаете? — воскликнул он. — Что ж, тем лучше;

Самое главное, что теперь она перестанет докучать мне своей нелепой ложью.

— Да, я все знаю, — тихо произнесла Юдела. После ее слов в библиотеке воцарилось неловкое молчание.

Юдела взяла на себя инициативу в разговоре.

— Я понимаю, что… отпала необходимость в продолжении нашей притворной помолвки. Я хочу… уехать завтра с утра.

— И куда вы направитесь? — поинтересовался герцог. Юдела беспомощно развела руками.

— Я как-нибудь устроюсь.

— Вы намерены жить совсем одна? Она уже собиралась сказать, что ей будет так одиноко, если арендует коттедж в родной деревне, но тут же вспомнила, что там она обязательно столкнется с молодым лордом Элдриджем, а этого ей хотелось меньше всего Он, по всей вероятности, знал, на какую стезю собирался направить ее покойный лорд Джулиус, и Юдела со страхом подумала, что отношение к ней местного сквайра будет соответственным. Никто не убедит его в том, что она благодаря счастливому стечению обстоятельств избежала коварной ловушки.

Лорд Элдридж да и остальные соседи вполне могли заклеймить ее позором.

Герцог терпеливо ждал, что она ему ответит. Юдела же колебалась.

— Я найду для себя что-нибудь подходящее.

— Я вижу, что вы не имеете никаких определенных планов. Не стоит так беспечно относиться к собственному будущему, — заметил герцог.

— Но, ваша светлость, вам не надо… беспокоиться обо мне. Вы и так были столь добры, столь великодушны, и мне так… неловко, что вы истратили на мои наряды такую огромную сумму, и совершенно впустую. Большую часть из них я даже еще и не примеряла.

— Но вы выглядели весьма привлекательно в тех, что я на вас видел.

Юдела удивилась этому его комплименту. Хотя почему не позволить себе комплимент женщине, с которой вскоре должен расстаться? Может быть, вообще он делает это автоматически, как воспитанный человек при разговоре с любой своей приятельницей.

— Сомневаюсь, — продолжал он, — что есть на свете хоть одна живая душа, с кем вы могли бы серьезно обсудить свои планы на будущее. Вы ведь, надеюсь, не говорили об этом с моей бабушкой?

Юдела поторопилась ответить:

— Нет, нет. Разумеется, нет. Пожалуйста, не считайте меня такой жестокой и бестактной по отношению к ней. Я ни в чем ей не призналась. А вот вы не могли бы… как-то помягче сообщить ей о том, что мы не станем мужем и женой…

— А вы думаете, это ее очень огорчит?

— Уверена, что да. Она была так рада… вашему обручению, что, когда новость дойдет до нее, это будет… горьким разочарованием для ее светлости.

Волнение охватило Юделу, когда она говорила о герцогине. Действительно, старая женщина вполне может впасть в отчаяние, узнав, что ее надежды увидеть при жизни правнука не оправдаются, тем более что лишь недавно она потеряла и младшего внука.

А ведь она была так добра к Юделе, так расположена к ней. Что, если она обвинит девушку в несчастливом финале помолвки ее любимого Рэндольфа?

Юдела успела так полюбить старую герцогиню, что сама мысль о том, что ее сочтут обманщицей и разрушительницей чужих надежд, была для нее мучительной.

— Итак, вы думаете, что бабушка будет расстроена? — вновь задал вопрос герцог.

— Да, я уверена в этом. — Юдела печально кивнула. — Именно поэтому я умоляю вас очень осторожно довести до ее сведения о нашем… разрыве. Надо как-то объяснить ей, подготовить ее, иначе последствия могут быть… ужасные…

У нее перехватило дыхание. Она сделала паузу, прежде чем продолжить:

— Может быть, вы скажете ей, что я уехала навестить кого-нибудь из своих родственников. А когда я не вернусь обратно, может быть, лучше ей сказать, что я… умерла. — На последних словах голос Юделы предательски дрогнул.

— Умерла?! — У герцога глаза полезли на лоб.

— Да, так будет лучше… Лучше для вас.

— Каким образом?

Юделе было нелегко подбирать слова:

— Я думаю… что ее светлость считает, что раз ваши… любовные связи… в прошлом были всегда так кратковременны, то это происходило… по вашей вине, а знакомые вам леди тут ни при чем.

Герцог погрузился в мрачное молчание. Юдела занервничала и заговорила поспешно:

— Пожалуйста, простите меня… что я коснулась этой темы. Конечно, я не имею никакого права вмешиваться в ваши дела, но мне невыносима сама мысль о том, что ваша бабушка будет огорчена.

— Почему вы так печалитесь о человеке, с которым только недавно познакомились? — полюбопытствовал герцог.

— Совершенно необязательно быть знакомым с человеком долгое время, чтобы полюбить его… или возненавидеть, — ответила Юдела. — Что касается любви, то она возникает внезапно, как вспышка молнии. Для того чтобы влюбиться, не требуется много времени.

Ее нежный голосок дрожал, потому что, говоря это, она думала о том, что любит герцога так, как будто знает его уже тысячу лет. За короткие дни их знакомства он заполнил собой весь ее мир, все ее мысли, и, когда они расстанутся, вокруг нее будет лишь жуткая пустота.

— Кажется весьма странным, что вы с таким знанием предмета рассуждаете о природе любви. Когда мы прошлый раз беседовали на эту тему, то вы заявили, будто не имеете никакого представления об этом, как вам кажется, зябком иллюзорном чувстве.