Падшая звезда - Нейтак Анатолий Михайлович - Страница 72

Через четверть часа такого полёта, на достаточном расстоянии от Леса, чтобы упражнения куттов в ментальной магии ощущались всего лишь как отдалённый, ничуть не опасный шорох, сфера опустилась к земле и погасла. Пятипалый опустился шагов за полтораста и неторопливо пошёл вперёд, всем своим видом старательно демонстрируя отсутствие агрессии.

Вообще-то исполнить такой фокус для существа вроде него было трудно. Переключив цвет Текучей Брони со строгого полуночно-синего на легкомысленно жёлтый и откинув назад её шлем-капюшон, тем самым оставляя без защиты лицо, Пятипалый немного улучшил ситуацию. Но уменьшить свой двухметровый с большим гаком рост или спрятать природную грацию крупного хищника он был не властен. На всеядную разумную мелкоту, вроде тех же людей, Пятипалый производил устрашающее впечатление, будучи даже в самом мирном настроении и старательно пряча набор из полусотни заострённых, как иглы, зубов.

"Впрочем, эту вот одним только грозным обликом не напугаешь…"

То, что маг-разрушитель оказалась похожа на человечку, (да, именно похожа — маги ведь не всегда являются теми, кем кажутся…) Пятипалого удивило не сильно. Эта раса только как целое подобна толпе бездарей; некоторые из людей становятся такими магами, что ещё пойди, догони! Другими, и существенно большими, поводами для изумления было её воинственное облачение и очевидная молодость (хотя внешний возраст искусных магов — обманчивая величина, и чем выше искусство мага, тем легче обмануться).

— Стой! — бросила она, когда Пятипалого и её разделяло шагов десять. Тот послушно остановился. — Ты из дорожных воинов?

"Ох уж этот племенной диалект!"

— Да. Эрргха Пятипалый, старший маг Попутного патруля, отряд Куттаха, зона Леса Шпилей. — Это было сказано на основном Торговом языке третьей линейки межмировых маршрутов, его она должна знать хотя бы в основах. — Назовись!

— Кайель.

"Вот так-то. Хотя имя производит впечатление подлинного… и то вперёд".

— Ты можешь разговаривать на Торговом-прим "тройки", или лучше поискать иное обоюдно знакомое наречие?

— Не нужно. Я вполне способна понять сказанное тобой, если не будешь частить.

Вот и ещё одна странность, мысленно ухмыльнулся Пятипалый. Все Торговые — языки живого общения. Однако выговор Кайель прямо-таки кричит о том, что она учила его по книгам.

— Очень хорошо. Расскажи, за что ты так невзлюбила аборигенов?

— Не надо путаницы. Тех аборигенов, которые числятся тут полуразумными, я и возлюбила, и облагодетельствовала. Потому что они встретили меня не так уж плохо. Может быть, теперь люди мира Куттах вернутся от охоты к земледелию. А вот те аборигены, которые вроде бы высокоразвиты и умны, повели себя грубо.

— В чём выражалась эта грубость?

— Сначала один из них попытался мне солгать. Я предупредила, что не потерплю такого отношения. Я предложила им выбор: честный обмен, когда я даю нужное им, а они дают нужное мне, или жёсткую конфронтацию. К глубокому сожалению, кутты предпочли не внять предупреждению "полуразумной" и попытались уже не солгать, а напасть. Тогда мне пришлось доказать им, что моя угроза — не пустой звук.

— Угроза?

— Я пообещала превратить Лес Шпилей в Вырубку.

"И угроза действительно не была пустым звуком…"

— Боюсь, — сказал Пятипалый, — Попутный патруль не может позволить тебе, Кайель, продолжать "рубить Лес".

Кайель пожала плечами.

— Свой урок кутты получили, так что могу и не продолжать. Но я по-прежнему нуждаюсь в том, что отказались предоставить кутты, и это не делает меня счастливой. Я не хочу угрожать, старший маг Пятипалый, но я вижу из создавшегося положения только два выхода. В первом случае Попутный патруль поступает со мной так, как поступили люди Куттаха. Во втором случае я перебью такое количество посуды, что Куттах будет завален осколками до самых облаков.

— Смело.

— Зато честно.

— Ну что ж, я не стану спешить с решением. Сперва стоит выяснить некоторые детали. Например, что именно тебе недодали кутты?

— Информации. Думаю, патрульные смогут проинформировать меня даже лучше, чем кутты, а если потребуется, вы послужите посредниками между ими и мной. Общаться с ними напрямую мне больше не хочется, и что-то мне подсказывает, что нежелание это взаимно.

В восторге от сказанного Пятипалый осклабился, демонстрируя хищные зубы. Кайель, к её чести, осталась к этому зрелищу почти равнодушной. Следовало ожидать, что следующая пятидесятизубая ухмылка не вызовет вообще никакой зримой реакции.

— Взаимно, о да! А какая нужна информация?

Кайель сообщила, какая. Настал черёд Пятипалого пожимать плечами.

— Надо расспросить наших, — сказал он. — Вообще-то о печальной участи Железного Когтя я слышал. Его гибель напрямую касается интересов патруля, потому что он, как и многие другие, пользовался Куттахом как транзитным миром, а транзитников нам положено защищать. Но расследование вёл не я, и даже слухи до меня дошли только самые отдалённые.

— Почему?

— А меня тогда вообще здесь не было. В этом мире, я хочу сказать. Я навещал родню и вернулся буквально пару дней назад.

— Родню? — переспросила Кайель. — А кто они и где обитают? Видишь ли, я не так много путешествовала и впервые вижу такого, как ты.

— Честный обмен, да? Ладно. Ветвь моего вида, в которой я вылупился, зовётся Дашррига-храст. Кстати, по меркам сородичей я хил, невысок и уродлив. Потому и прозвали Пятипалым. Кличка для презренного!

— Почему презренного?

— Потому что храсту с пятью пальцами на руке — это примерно как человек с шестью пальцами. А так как воина из меня, по общему мнению, получиться не могло, я пошёл в учение к одному древнему уродцу, которого в утробе сглазили ещё почище, чем меня. Представь: совсем ненамного выше, чем ты, горбатый и со сросшимися веками! Ну, веки-то ему разделили, но горбатым карликом он остался на всю жизнь.

— У храсту в маги идут только уроды?

— В общем, да. Здоровым и сильным воинам, способным обратить на себя благосклонность женщины и произвести потомство, не до этих глупостей.

Хотя мимика Пятипалого была мало похожа на мимику людей, не оставалось сомнений, что именно он считает настоящей глупостью.

— В общем, в магии я преуспел, хотя учёба у древнего горбуна была больше похожа на вечный смертельный бой… а может, именно потому и преуспел. Но хватит говорить обо мне. Твоя очередь рассказывать. Ты действительно человек?

— Я, — белозубо усмехнулась Кайель, — скорее, ИЗ людей.

В Торговом-прим имелись чёткие градации видовой и расовой принадлежности. В конце концов, такая информация о клиенте, конкуренте или компаньоне более чем важна. Поэтому, если о ком-то говорили: "человек", или "храсту", или "тианец", — это означало, что данное существо относится к естественно или почти естественно появившимся на свет особям своего вида.

А вот дальше, как водится, начинались сложности.

Некоторые виды при изменении условий сохраняли свои свойства или просто вымирали. Но некоторые, наоборот, даже в одних и тех же условиях расслаивались на множество рас (пород, вариантов, морфем и пр.). Для таких видов при именовании непременно следовало принять во внимание расовое многообразие. Когда Пятипалый рассказывал о себе, он не преминул уточнить своё происхождение: Дашррига-храсту. То есть не просто абстрактный храсту, но из ветви, обитающей в месте под названием Дашррига, не похожий на храсту из других ветвей. Таково уж было частое последствие жизни в разных мирах: порой ветви одного и того вида разумных расходились так далеко, что итогом было появление новых видов, не способных дать плодовитого совместного потомства естественным путём. А пока дело не зашло настолько далеко, межрасовое скрещивание порождало самых разнообразных полукровок, квартеронов и прочих смесков. Люди, расселившиеся по Пестроте очень широко, были тут чуть ли не чемпионами.

Естественные вариации усугублялись, когда в дело вмешивались маги.