Тайна России - Назаров Михаил Викторович - Страница 95

Американский журнал "Business Week" (8.7.96) уже опубликовал данные о том, что поддержавшие Ельцина "жирные коты бизнеса… ожидают еще больших благ и привилегий". То есть дальнейшей бесконтрольной покупки в собственность по "баснословно дешевым ценам" акций самых прибыльных предприятий — в том числе и "на деньги иностранного капитала". Это неизбежно, поскольку правительству придется изыскивать деньги и для выплаты иностранных долгов, и для закрытия бюджетной бреши. Кроме того, министр экономики Е. Ясин оценил новые потребности на ближайшие 15 лет в 900 миллиардов долларов! ("Известия", 6.7.96)). Поэтому все ждут следующего этапа приватизации: распродажи российских недр и земли — опять-таки не на основании закона, а президентскими (чубайсовскими) указами. Система же контроля за тем, как владельцы распоряжаются купленными заводами, может охватить лишь десятую часть всех договоров ("Независимая газета", 11.7.96).

Нередко банкиры, прихватившие добра больше, чем могут переварить, добиваются «слабительного» в виде налоговых льгот и государственных инвестиций в принадлежащие им предприятия, дабы их остановка "не усилила безработицу"… Таких подарков Министерство финансов надавало уже на 170 триллионов рублей. Как признает газета «Сегодня» (10.7.96, 6.8.96), это определяется не экономическими, а политическими критериями: «Слонов» раздают тем, кто успел больше засветиться в предвыборной кампании президента или собирается поставить крупную сумму на победу "президентских лошадей" в региональной предвыборной гонке".

При таком беззаконии, идущем с самого верха, оздоровления в экономике не произойдет, ибо вкладывать деньги в производство и честно работать — менее выгодно, чем просить или красть у государства. Не будет и долгожданной манны небесной в виде иностранных инвестиций. В своей предвыборной программе Ельцин обещал их на 10 миллиардов долларов до конца 1996 г. Но если углубляющийся кризис заставляет бежать за границу российский капитал, то почему большей смелости следует ожидать от капитала заграничного? Если его сейчас что-то и интересует в России, то не инвестиции в развитие производства, а дешевая скупка российских сырьевых богатств на корню (вместе с добывающими предприятиями) и перенос западных грязных отраслей промышленности в Россию (металлургия и т. п.).

Высокотехнологичные же производства, как, например, авиационная и оборонная промышленность, приобретаются с иной целью: удушить их как конкурента. Нередко для этого организуются совместные предприятия, которые функционируют ровно столько времени, сколько необходимо для выведывания российских технологических секретов и переманивания ведущих специалистов за рубеж. Именно в таком положении оказалась российская авиационная промышленность ("НГ-Независимое военное обозрение", 8.8.96).

Результаты проверки Счетной палатой деятельности приватизатора Чубайса и его первых заместителей, П. Мостового и А. Коха: "Целенаправленно разрушаются важнейшие отрасли оборонной промышленности, так как с признанием предприятия неплатежеспособным оно практически переходит в ведение ФУДН [Федерального управления по делам о несостоятельности при Госкомимуществе]… и попадает в руки людей, непосредственно заинтересованных в устранении конкурентов с мирового рынка". 70 % предприятий, признанных неплатежеспособными, относятся к пяти стратегическим областям промышленности, несущим основную нагрузку" и могущим приносить доход в казну. "Иностранный капитал за бесценок получил доступ к ценнейшим технологиям, а также внедрился в управленческие структуры стратегически значимых для страны оборонных предприятий". ФУДН было заинтересовано в искусственных банкротствах еще и потому, что "перечисляет 20 % от продажи предприятий на собственный расчетный счет… и использует ее по своему усмотрению", в том числе для личного обогащения ("Российская газета", 21.2.96; «Правда», 27.3, 4.4, 16.4., 18.4., 24.4., 25.4.96). [Прим. 1998 г. ]

Уже сейчас Россия все больше свертывает свои перерабатывающие мощности, продавая за границу по демпинговым ценам сырую нефть, сырые алмазы, сырую древесину, — и импортируя оттуда бензин, бриллианты, мебель. На этом теряются ежегодно десятки миллиардов долларов, но с сиюминутной точки зрения это «дешевле», чем иметь собственную обрабатывающую промышленность. «Отечественный» российский капитал Гусинских-Березовских не заинтересован в развитии отечественного производства. Его цель — нажива на финансовых спекуляциях с приятием статуса России как западной колонии.

Совсем недавно даже сдержанный в таких вопросах Солженицын предостерегал ("Как нам обустроить Россию" 1990): "Наш государствовед Б.Н. Чичерин отмечал еще в XIX веке, что из аристократий всех видов одна всплывает и при демократии: денежная. Что ж отрицать, что при демократии деньги обеспечивают реальную власть, неизбежна концентрация власти у людей с большими деньгами". Поэтому: "Банки — нужны как оперативные центры финансовой жизни, но — не дать им превратиться в ростовщические наросты и стать негласными хозяевами всей жизни… не заманивать к нам западный капитал на условиях, льготных для него и унизительных для нас, только придите и володейте нами, — этой расторговли потом не исправить, обратимся в колонию".

Огромный шаг именно в этом направлении, сравнимый с государственным переворотом, и был сделан в результате прошедших президентских выборов. Об этом пишет даже известный демократ Ю. Щекочихин: "У нас может быть, и это очень вероятно, либеральная диктатура… То есть помесь полумафиозного рынка с жестким диктатом властей, защита интересов людей, которые уже владеют миллиардами. Как раньше нельзя было говорить, что коммунизм — это плохо, будет нельзя говорить, что «Мост-банк» — это плохо. Так же будут преследовать" ("Новая газета", 22–28.7.96).

Говоря о власти финансового капитала, невозможно не затронуть еще одну проблему, от обсуждения которой демократы всегда уклоняются, лишь клея известные ярлыки. Однако, учитывая возможное наступление "либеральной диктатуры", пожалуй, стоит об этом сказать сейчас — иначе, как предупреждало телевидение, "может случиться, что такой возможности у нас никогда больше не будет"… (Показательно, что сразу после выборов даже ряд поддержавших Ельцина патриотических и православных изданий, ранее не чуравшихся этой темы, — как по команде ввели на нее табу.)

Дело в том, что во всем мире в области финансов с древнейших времен доминируют евреи — это как бы их «специализация», объясняемая материалистической направленностью иудаизма и его национальной солидарностью. Эта особенность еврейства, которой оно весьма гордится, рассмотрена во многих исследованиях. Например, известная еврейская публицистка X. Аренд пишет, что с возникновением капитализма "еврейский банковский капитал стал международным, объединился посредством перекрестных браков, и возникла настоящая международная каста", независимость которой укрепляла в ней "ощущение силы и гордости" ("О тоталитаризме", 1951). Именно эта "денежная аристократия" и всплывает наверх при либеральной демократии.

Вот и в нынешней России трудно не увидеть уже по фамилиям, что к власти пришли именно эти круги: "Ведущие российские банки открыто заявили о своем еврействе", — пишет "Международная еврейская газета" (январь 1996, с. 2) в связи с созданием "Российского еврейского конгресса".

Уже упомянутый пресс-секретарь генерала Лебедя Л. Радзиховский недавно напечатал в выходящей в Нью-Йорке еврейской газете "Новое русское слово" (17.1.96) статью "Еврейское счастье" — о том, как влиятельны теперь в России его соплеменники: "почти все крупнейшие банки Москвы возглавляют евреи: банк «Столичный» — Александр Смоленский, «Мост-банк» — Владимир Гусинский, «Менатеп» — Михаил Ходорковский, "Российский кредит" — Виталий Малкин, «Альфа-банк» — Петр Авен и Михаил Фридман…. Сюда же отнесены и многие ведущие предприниматели вроде Березовского, и политики: Чубайс, Ясин, Лившиц, Сатаров, Примаков, Козырев, Немцов, Ресин, Рохлин, Явлинский, Гайдар, Жириновский…