Ты будешь там? - Мюссо Гийом - Страница 46

Матт схватил перочинный нож, лежавший на столе, и пошарил им между переплетом и обложкой атласа. На паркет упал маленький стеклянный флакончик.

С бьющимся сердцем Матт схватил его и открыл.

На ладонь ему упала крошечная золотая пилюля.

Француз не помнил себя от радости.

Последняя пилюля.

Последнее путешествие.

Что теперь делать?

Каково было намерение Элиота, когда он сохранил эту последнюю возможность вернуться в прошлое? И почему он решил спрятать пилюлю именно в том месте, где француз мог ее найти?

Матт нервно кружил по гостиной, когда зазвонил телефон. Посмотрев на светящийся экран, он узнал номер Илены.

— Да?

— Это я. Я только что прочла тетрадь.

Она говорила тихо, стараясь сдержать волнение.

— Такая запутанная история, Матти, ты должен мне поподробнее все объяснить.

Француз не знал, что ответить. Он устало потер глаза и вздохнул.

Конечно, Илена не могла поверить в рассказ Элиота. Иначе и быть не могло. Как убедить ее, что все это правда?

— Сейчас я ничего не могу тебе объяснить.

— Ну нет уж! Ты должен мне все объяснить! — не выдержала Илена. — Ты примчался ко мне, разбудил воспоминания, которые я старалась как можно глубже закопать в своей душе, и удрал, как вор!

— Я верну его тебе, Илена.

— Кого?

— Элиота.

— Да ты с ума сошел! Элиот умер, Матт. УМЕР!

— Я верну его тебе, — повторил Матт. — Даю слово.

— Перестань! Ты разрываешь мне сердце! — взмолилась Илена, бросая трубку.

Матт убрал телефон в карман. Он почувствовал себя спокойно и уверенно. Теперь все прояснилось.

Он должен был принять последнюю пилюлю.

В холодильнике Матт нашел бутылку воды и запил ею лекарство.

Ну вот.

Теперь дороги назад нет. Зайдя в гостиную, он сел в кресло и расслабился.

Оставалось только ждать.

Ждать чего?

Несварения желудка?

Отравления?

Или возвращения в прошлое?

Он ждал и ждал…

Но тщетно.

Словно ведомый чьим-то голосом, Матт поднялся на второй этаж, порылся в ящичке в ванной комнате и нашел снотворное. Приняв две таблетки, спустился в гостиную и лег на диван.

Закрыв глаза, Матт стал считать баранов, потом снова открыл глаза, перевернулся, погасил свет, снова включил…

— Черт! — проворчал он, вскакивая с дивана.

Он был слишком взволнован, чтобы уснуть. Не в силах находиться в пустом доме, француз надел пальто и вышел под ледяной дождь. Добежав до машины, завел мотор и поехал вверх по улице Филмор. Была зима, уже давно перевалило за полночь, кругом не было ни души.

Француз приехал на самый высокий участок Рашен-Хилл, когда сон настиг его. Затылок пронзила острая боль, в голове помутилось, и он почувствовал, как кровь стучит в висках. Матт потерял сознание и упал грудью на руль, не успев даже припарковаться.

Джип въехал на тротуар и, раздавив два куста гортензий, врезался в металлический забор.

1977 год

Когда Матт открыл глаза, он лежал на дороге посредине Ломбард-стрит. Ночь была темной, шел мелкий дождь. Вымокший и замерзший, Матт, кряхтя, поднялся. Сколько времени он тут пролежал? Француз посмотрел на часы, но те остановились. Джип куда-то исчез. Чуть выше на Хайд-стрит горела вывеска аптеки, в которую он и побежал. В магазине никого не было, за исключением продавца, который расставлял баночки на полке. Матт подошел к стенду журналов. Поспешно схватил первый попавшийся под руку. На обложке был изображен Джимми Картер с улыбкой во все лицо. С краю была напечатана дата: 6 февраля 1977 года.

Матт выбежал из магазина.

Пилюля подействовала!

Ему тоже удалось попасть в прошлое, на тридцать лет назад!

Но он знал, что визит в прошлое длится недолго. В запасе было всего несколько минут. Сначала Матт хотел бежать к дому Элиота, но, вспомнив записи в тетрадке, решил, что, скорее всего, Элиот работает в ночную смену.

Больница «Ленокс» находилась в километре отсюда. На автомобиле он бы быстро преодолел это расстояние. Матт встал посредине дороги и попытался остановить машину, но ему только раздраженно сигналили, а брызги из-под колес проезжавших мимо автомобилей окатили его с ног до головы.

Тогда он собрал в кулак всю свою силу воли и побежал к больнице. Выдохшись на Калифорния-стрит, он замедлил шаг, восстановил дыхание и снова побежал. В этот момент Матт страстно сожалел о том, что не следовал советам Тиффани и не занимался каждый день бегом, чтобы сбросить лишний вес. Пальто намокло и стало тяжелым. Он снял его и бросил на дорогу. Лучше умереть от сердечного приступа, чем сдаться, не добежав сто метров до цели!

Сорок лет он ждал этого дня. Дня, когда он сможет спасти Элиота.

Наконец Матт увидел огни больницы. Пробежав последние несколько метров, он толкнул дверь и скороговоркой прокричал:

— Яищудоктораэлиотакупера!

— Простите? — переспросила его медсестра.

— Я ищу доктора Элиота Купера, — как можно внятнее произнес Матт.

Молодая женщина протянула ему полотенце, чтобы он вытерся. Она уже собиралась ответить, как вдруг проходивший мимо врач сказал:

— Элиот в кафе. Но посторонним…

Матт сорвался с места, а медсестра крикнула ему вслед:

— Посторонним туда нельзя!

Матт распахнул дверь кафе. Часы на стене показывали два утра, по радио тихонько играла музыка Нины Симон.

Матт прошел между столами. В глубине зала, сидя спиной к стене, Элиот что-то писал и курил сигарету.

— Привет, старина, как работа?

Элиот вскочил и повернулся к только что вошедшему человеку. Сначала доктор не узнал друга. Но через мгновение, отбросив со счетов десяток лишних килограммов, морщины и лысину, он узнал в незнакомце француза.

— Что, тридцать лет так меняют человека? — поинтересовался Матт.

— Это… это правда ты? — пробормотал молодой врач.

— Он самый.

После минутного колебания мужчины обнялись.

— Ты откуда?

— Из две тысячи седьмого года.

— Но как ты смог?

— Осталась еще одна пилюля, — пояснил Матт.

— Значит, ты все знаешь?

— Да.

— Прости меня за все, — извинился Элиот.

— Не волнуйся…

— Как ты там, в две тысячи седьмом? — поинтересовался Элиот, горя желанием узнать о жизни в будущем.

— Старею, — улыбаясь ответил Матт. — А так ничего.

— Мы все еще в ссоре?

После недолгого молчания Матт посмотрел другу в глаза и сказал:

— Ты умер.

Наступило молчание.

Слышно было только, как на улице стучит дождь.

Не в силах произнести ни слова, Элиот непонимающе моргал глазами.

Матт собирался что-то сказать, как вдруг из носа у него пошла кровь, а судороги стали сотрясать тело.

— Я ухожу! — крикнул он, цепляясь за Элиота.

Матт судорожно согнулся пополам, как будто его тело пронзил электрический разряд.

— Я пришел, чтобы тебя спасти, — с трудом произнес он.

Он сильно дрожал, и Элиот заботливо усадил его на пол.

— И как ты собираешься это сделать? — удивленно спросил он.

— Вот так, — сказал Матт, вырывая изо рта у Купера сигарету и раздавливая ее о каменный пол.

Элиот встревоженно посмотрел на друга, бьющегося в судорогах.

— Если я буду еще жив, мы встретимся в две тысячи седьмом году, — предложил Элиот.

— Ты обязан там быть, старина.

— Тридцать лет — это долгий срок, — заметил Элиот.

— Не волнуйся, время летит быстро.

Через несколько секунд дыхание Матта стало хриплым и шумным. Перед тем как исчезнуть, он только успел добавить:

— Все в жизни проходит быстро…

Элиот поднялся, обеспокоенный здоровьем друга. Возвращение Матта в будущее прошло более болезненно, чем возвращение его собственного двойника. Вернулся ли француз в свое время? И как он себя чувствует?