Илиада. Одиссея - Гомер - Страница 82

Дело великое брани, которой вы столько жадали!

Каждый теперь, в ком отважное сердце, сражайся с врагами!"

210 Рек – и разжег еще более душу и мужество в каждом;

Крепче ряды их сгустилися, выслушав царские речи.

Словно как стену строитель из плотно слагаемых камней

В строимом доме смыкает, в отпору насильственных ветров, –

Так шишаки и щиты меднобляшные сомкнуты были;

215 Щит со щитом, шишак с шишаком, человек с человеком

Плотно сходился; касалися светлыми бляхами шлемы,

Зыблясь на воинах, – так мирмидоняне густо сомкнулись.

Всех впереди, под оружием, два браноносца стояли,

Храбрый Патрокл и герой Автомедон, горящие оба

220 В битву лететь впереди мирмидонян. Пелид же могучий

Входит под кущу и там отпирает ковчег велелепный,

Дар драгоценный, который герою в корабль мореходный

Матерь Фетида на путь положила, наполнив хитонов,

Мягких, косматых ковров и хлен, отражающих ветер.

225 Был в нем и кубок прекрасный: никто из мужей у Пелида

Черного не пил вина из него; никому из богов им

Он не творил возлияний, кроме молненосного Зевса.

Вынув сей кубок заветный, Пелид быстроногий сначала

Серой очистил,136 потом омывал светлоструйной водою;

230 Руки омыл и себе и, вином наполнивши кубок,

Стал посредине двора137 и молился, вино возливая,

На небо смотря; и не был невидим метателю грома:

"Зевс Пелазгийский, Додонский, далеко живущий владыка

Хладной Додоны, где селлы, пророки твои, обитают,

235 Кои не моют ног и спят на земле обнаженной!

Прежде уже ты, о Зевс, на мою преклонился молитву;

Много почтивши меня, покарал ты ужасно данаев.

Ныне еще, громовержец, сие мне исполни желанье!

Я остаюся до времени в стане моем корабельном;

240 Друга ж, любезного сердцу, и многих моих мирмидонян

В бой посылаю: победу ему ниспошли, о провидец!

Храброе сердце его укрепи, да узнает и Гектор,

Может ли с ним, и один, подвизаться служитель наш храбрый,

Или его необорные руки свирепствуют в брани

245 Только тогда, как и я выхожу на кровавые споры.

После, когда от судов отразит он пожар и убийство,

Дай, да из битв невредимый ко мне на суда возвратится,

С целым оружием нашим и храбрыми всеми друзьями!"

Так говорил он, молясь; и внимал промыслитель Кронион.

250 Дал Пелейону одно, а другое владыка отринул:

Другу его от судов отразить и пожар и убийство

Дал; но мольбу, да из битв невредим возвратится, отринул.

Он же, когда возлиял и моление Зевсу окончил,

В кущу вошел и, в ковчег положивши кубок заветный,

255 Вышел и стал перед кущею, движимый сердца желаньем

Видеть еще и троян и ахеян жестокую битву.

Тою порою, с Патроклом героем, готовые к битве,

Воины шли, чтоб на рать троянскую гордо ударить.

Быстро они высыпались вперед, как свирепые осы,

260 Подле дороги живущие, коих сердить приобыкли

Дети, вседневно тревожа в жилищах их придорожных;

Юность безумная общее зло навлекает на многих;

Ежели их человек, путешественник, мимо идущий,

Тронет нечаянно, быстро крылатые с сердцем бесстрашным

265 Все высыпаются вдруг на защиту детей и домов их, –

С сердцем и духом таким от своих кораблей мирмидонцы

Реяли в поле; воинственный крик их кругом раздавался.

Вождь, их еще ободряя, Патрокл вопиял громозвучно:

"Ныне, бойцы, мирмидонцы, друзья Ахиллеса героя,

270 Будьте мужами, любезные, вспомним кипящую храбрость!

Ныне прославим Пелида, который по доблести бранной

Первый в ахейских мужах, и храбрейшие вы его слуги!

Пусть и властитель могучий, Атрид Агамемнон, познает,

Сколь он преступен, ахейца храбрейшего так обесчестив!"

275 Так говоря, возбудил он и более мужество ратных.

Ринулись разом противу троян, и весь стан корабельный

С громом ужасным отгрянул воинственный клик мирмидонян.

Трои сыны лишь узрели Менетия сильного сына,

Вместе с клевретом его, под сияющим пышно доспехом,

280 Дрогнуло сердце у всех; всколебались густые фаланги,

Мысля, что праздный дотоле герой Ахиллес быстроногий

Гнев от сердца отринул и вновь преклонился на дружбу;

Каждый стал озираться на бегство от гибели грозной.

Сын же Менетиев первый ударил с сверкающей пикой

285 Прямо в средину враждебных, где гуще ряды их толпились,

Ратуя вкруг корабля благодушного Протесилая;

Там поразил он Пирехма, который отважных пеонов

Вывел из стран Амидона, где катится Аксий широкий:

В рамо его поразил; и Пирехм, опрокинувшись, оземь

290 Грянулся, жалостно стонущий; окрест его побежали

Други пеоняне: ужасом всех поразил Менетид их,

Свергнувши войск предводителя, мужа храбрейшего в битвах.

Сих он прогнав от судов, угасил распыхавшийся пламень.

Брошен врагами корабль полсожженный; ударились в бегство

295 С страшным смятеньем трояне; данаи ж рассыпались быстро

Между передних судов, – и кругом закипела тревога.

Словно когда от вершины горы огромно-высокой

Облак густой отодвинет перунов носитель Кронион,

Все кругом открывается: холмы, высокие скалы,

300 Долы, небесный эфир разверзается весь беспредельный, –

Так, отразив от судов пожирающий огнь, отдыхали

Рати ахеян; но бранная буря еще не стихала:

Ибо трояне еще, перед храброю ратью ахеян

Вспять обратясь, не бежали от черных судов мореходных,

305 Бодро стояли еще, от судов отступивши по нужде.

Тут человек поражал человека в рассыпанной битве;

Каждый поверг воеводу; и первый Патрокл предводитель

Вдруг обратившегось в бег Ареилика пикою острой

Сзади в бедро поразил и насквозь смертоносную выгнал;

310 Кость раздробило копье, и лицом Ареилик на землю

Пал. Менелай между тем, ратоводца Фоаса ударив

В грудь обнаженную, мимо щита, сокрушил ему члены.

Мегес Амфикла, как тот на него устремлялся, приметя,

Вдруг упредил, поразил в бедро, где нога человека

315 Мышцей тучнейшей одета: копейное бурное жало

Жилы рассекло, и тьма пораженному очи покрыла.

Нестора старца сыны: Антилох улучил Атимния

Пикою острой; во внутренность медное жало погрузло;

Пал он у стоп победителя. Марис, копьем потрясая,

320 Прянул на внука Нелеева, вспыхнувший гневом за брата;

Стал перед телом; но быстро его Фразимед упреждает:

Прежде чем он поразил, Фразимед устремляет и верно

Ранит в плечо: острие копья у него оторвало

Руку от мышиц и самую кость совершенно разбило;

325 С громом он грянулся в прах, и взор его мраком покрылся.

Так злополучные братья, от братьев сраженные, оба

В мрачный Эреб низошли, Сарпедоновы храбрые други,

Дети стрельца Амизодара, мужа, который Химеру

Выкормил неукротимую, многим на пагубу смертным.

330 Сын Оилеев Аякс, налетев, Клеобула живого,

Толпищем сбитого с ног, захватил и на месте троянцу

Жизнь сокрушил, погрузя в него меч с рукояткой огромной;

В жаркой крови разогрелся весь меч, и упавшему там же

Очи смежили багровая Смерть и могучая Участь.

335 Тут Пенелей и Ликон на сраженье сбежалися: копья

Им обойм изменили, напрасно послали их оба;

Снова герои сошлись на мечах; и Ликон упреждает,