Илиада. Одиссея - Гомер - Страница 111

Чуткий следит и бежит беспрестанно, покуда не сыщет, –

Так Приамид от Пелида не мог от быстрого скрыться.

Сколько он раз ни пытался, у врат пробегая Дарданских,

195 Броситься прямо к стене, под высоковершинные башни,

Где бы трояне его с высоты защитили стрелами, –

Столько раз Ахиллес, упредив, отбивал Приамида

В поле, а сам непрестанно, держася твердыни, летел он.

Словно во сне человек изловить человека не может,

200 Сей убежать, а другой уловить напрягается тщетно, –

Так и герои, ни сей не догонит, ни тот не уходит.

Как бы и мог Приамид избежать от судьбы и от смерти,

Если б ему, и в последний уж раз, Аполлон не явился:

Он укреплял Приамиду и силы, и быстрые ноги.

205 Войскам меж тем помавал головою Пелид быстроногий,

Им запрещая бросать против Гектора горькие стрелы,

Славы б не отнял пронзивший, а он бы вторым не явился.

Но лишь в четвертый раз до Скамандра ключей прибежали,

Зевс распростер, промыслитель, весы золотые; на них он

210 Бросил два жребия Смерти, в сон погружающей долгий:

Жребий один Ахиллеса, другой – Приамова сына.

Взял посредине и поднял: поникнул Гектора жребий,

Тяжкий к Аиду упал; Аполлон от него удалился.

Сыну ж Пелея, с сияющим взором, явилась Паллада,

215 Близко пришла и к нему провещала крылатые речи:

"Ныне, надеюсь, любимец богов, Ахиллес благородный,

Славу великую мы принесем на суда мирмидонян:

Гектора мы поразим, ненасытного боем героя.

Более, мню я, от нашей руки не избыть Приамиду,

220 Сколько ни будет о том Аполлон стрелометный трудиться,

Распростирающийся пред могучим отцом громовержцем.

Стань и вздохни, Пелейон; Приамида сведу я с тобою,

И сама преклоню, да противу тебя он сразится".

Так говорила; Пелид покорился и, радости полный,

225 Стал, опершись на сияющий ясень свой медноконечный.

Зевсова дочь устремилася, Гектора быстро настигла

И, уподобясь Дейфобу и видом, и голосом звучным,

Стала пред ним и крылатые речи коварно вещала:

"Брат мой почтенный! жестоко тебя Ахиллес утесняет,

230 Около града Приамова бурным преследуя бегом.

Но остановимся здесь и могучего встретим бесстрашно!"

Ей ответствовал сильный, шеломом сверкающий Гектор:

"О Дейфоб! и всегда ты, с младенчества, был мне любезен

Более всех моих братьев, Приама сынов и Гекубы;

235 Ныне ж и прежнего более должен тебя почитать я:

Ради меня ты отважился, видя единого в поле,

Выйти из стен, тогда как другие в стенах остаются".

Вновь говорила ему светлоокая дочь громовержца:

"Гектор, меня умоляли отец и почтенная матерь,

240 Ноги мои обнимая; меня и друзья умоляли

С ними остаться: таким они все преисполнены страхом.

Но по тебе сокрушалось тоскою глубокою сердце.

Станем надежно теперь и сразимся мы пламенно: копий

Не к чему боле щадить; и увидим теперь, Ахиллес ли

245 Нас обоих умертвит и кровавые наши корысти

К черным судам повлечет, иль копьем он твоим укротится!"

Так вещая, коварно вперед выступала Паллада.

Оба героя сошлись, устремленные друг против друга;

Первый к Пелиду воскликнул шеломом сверкающий Гектор:

250 "Сын Пелеев! тебя убегать не намерен я боле!

Трижды пред градом Приамовым я пробежал, не дерзая

Встретить тебя нападавшего; ныне же сердце велит мне

Стать и сразиться с тобою; убью или буду убит я!

Прежде ж богов призовем во свидетельство; лучшие будут

255 Боги свидетели клятв и хранители наших условий:

Тела тебе я не буду бесчестить, когда громовержец

Дарует мне устоять и оружием дух твой исторгнуть;

Славные только доспехи с тебя, Ахиллес, совлеку я,

Тело ж отдам мирмидонцам; и ты договор сей исполни".

260 Грозно взглянул на него и вскричал Ахиллес быстроногий:

"Гектор, враг ненавистный, не мне предлагай договоры!

Нет и не будет меж львов и людей никакого союза;

Волки и агнцы не могут дружиться согласием сердца;

Вечно враждебны они и зломышленны друг против друга, –

265 Так и меж нас невозможна любовь; никаких договоров

Быть между нами не может, поколе один, распростертый,

Кровью своей не насытит свирепого бога Арея!

Все ты искусство ратное вспомни! Сегодня ты должен

Быть копьеборцем отличным и воином неустрашимым!

270 Бегства тебе уже нет; под моим копьем Тритогена

Скоро тебя укротит; и заплатишь ты разом за горе

Другов моих, которых избил ты, свирепствуя, медью!"

Рек он – и, мощно сотрясши, послал длиннотенную пику.

В пору завидев ее, избежал шлемоблещущий Гектор;

275 Быстро приник он к земле, и над ним пролетевшая пика

В землю вонзилась; но, вырвав ее, Ахиллесу Паллада

Вновь подала, невидима Гектору, коннику Трои.

Гектор же громко воскликнул к Пелееву славному сыну:

"Празден удар! и нимало, Пелид, бессмертным подобный,

280 Доли моей не узнал ты от Зевса, хотя возвещал мне;

Но говорлив и коварен речами ты был предо мною

С целью, чтоб я, оробев, потерял и отважность и силу.

Нет, не бежать я намерен; копье не в хребет мне вонзишь ты,

Прямо лицом на тебя устремленному грудь прободи мне,

285 Ежели бог то судил! Но копья и сего берегися

Медного! Если бы, острое, в тело ты все его принял!

Легче была бы кровавая брань для сынов Илиона,

Если б тебя сокрушил я, – тебя, их лютейшую гибель!"

Рек он – и, мощно сотрясши, копье длиннотенное ринул,

290 И не прокинул: в средину щита поразил Ахиллеса;

Но далеко оружие щит отразил. Огорчился

Гектор, узрев, что копье бесполезно из рук излетело,

Стал и очи потупил: копья не имел он другого.

Голосом звучным на помощь он брата зовет Деифоба,

295 Требует нового дротика острого: нет Деифоба.

Гектор постиг то своею душою, и так говорил он:

"Горе! и смерти меня всемогущие боги призвали!

Я помышлял, что со мною мой брат, Деифоб нестрашимый;

Он же в стенах илионских: меня обольстила Паллада.

300 Возле меня – лишь Смерть! и уже не избыть мне ужасной!

Нет избавления! Так, без сомнения, боги судили,

Зевс и от Зевса родившийся Феб; милосердые прежде

Часто меня избавляли; судьба наконец постигает!

Но не без дела погибну, во прах я паду не без славы;

305 Нечто великое сделаю, что и потомки услышат!"

Так произнес – и исторг из влагалища нож изощренный,

С левого боку висящий, нож и огромный и тяжкий;

С места, напрягшися, бросился, словно орел небопарный,165

Если он вдруг из-за облаков сизых на степь упадает,

310 Нежного агнца иль зайца пугливого жадный похитить, –

Гектор таков устремился, махая ножом смертоносным.

Прянул и быстрый Пелид, и наполнился дух его гнева

Бурного; он перед грудью уставил свой щит велелепный,

Дивно украшенный; шлем на главе его четверобляшный

315 Зыблется светлый, волнуется пышная грива златая,

Густо Гефестом разлитая окрест высокого гребня.

Но, как звезда меж звездами в сумраке ночи сияет,

Геспер, который на небе прекраснее всех и светлее, –

Так у Пелида сверкало копье изощренное, коим

320 В правой руке потрясал он, на Гектора жизнь умышляя,

Места на теле прекрасном ища для верных ударов.

Но у героя все тело доспех покрывал медноковный,