Почему он выбрал Путина? - Мороз Олег Павлович - Страница 52

ПРЕЕМНИКА ДВИГАЮТ К ЦЕЛИ

В день своего назначения исполняющим обязанности премьера Путин, среди прочего, заявил журналистам: он, мол, не считает, что в отношениях с олигархами у него возникнут проблемы, хотя в бытность директором ФСБ он уволил из рядов спецслужбы некоторых людей, считавшихся, например, ставленниками Березовского. Это было довольно неожиданное признание: все были уверены, что у Путина с Березовским прекрасные отношения и, более того, что Березовский был одним из тех, кто сделал Путина сначала премьером, а потом президентом.

Каких же «ставленников Березовского» уволил Путин? Возможно, он имел в виду подполковника Александра Литвиненко и некоторых его коллег, принявших участие в скандальной телевизионной пресс-конференции в декабре 1998-го (напомню, сотрудники ФСБ заявили тогда в прямом эфире, что их лубянское начальство заставляло их осуществлять заказные убийства; среди прочего, речь шла о «заказе» на Бориса Березовского).

Утверждение (до сих пор живущее), что Березовский «сделал» Путина, это одна из многочисленных легенд, которыми под завязку забито наше «информационное пространство» и, соответственно, головы наших сограждан. У Березовского просто не было таких возможностей «сделать» президента (преемника Ельцина), хотя бы по той простой причине, что он не имел прямого выхода на действующего главу государства. Однако пресса усердно раздувала масштабы этих возможностей. Да и сам Борис Абрамович всегда с удовольствием занимался тем же самым: как уже говорилось, пиар и самопиар он считал и считает нормальным инструментом политической деятельности, политической борьбы.

Березовский не имел прямого отношения к восхождению Путина по ступенькам кремлевской служебной, карьерной лестницы (о том, кто имел, мы уже говорили). Но он, в самом деле, весьма одобрительно отнесся к известию, что Путина прочат в преемники. Он считал, что если этот «проект» получится, это будет фантастической удачей.

Березовский не «сделал» Путина, но он сделал другое придумал блок «Единство», который стал хорошим подспорьем для Путина при его продвижении на вершину власти. Хотя придумывал его Березовский совсем не для этого.

В тот момент Борис Абрамович был с головой погружен в борьбу с Примаковым и Лужковым, вел ее напористо и агрессивно. (Известна его характеристика этих двух деятелей, которую он дал в интервью французской газете «Монд» 12 августа 1999 года, сразу после отставки Степашина. Березовский назвал Лужкова «безответственным популистом». По его мнению, приход столичного градоначальника к власти приведет к «кровавой бане» из-за его намерений пересмотреть результаты приватизации. Что касается Примакова, тот, по мнению олигарха, в отличие от Лужкова, «серьезно думает об интересах России», однако он «принадлежит ушедшему прошлому и испытывает ностальгию по великой империи, каковой был Советский Союз» такой подход «смертелен для России»).

Так что Березовский придумал «Единство» как инструмент борьбы с двумя наиболее перспективными, как тогда представлялось, кандидатами в президенты. Первоначально это была просто идея. Такие идеи, как известно, Березовский генерирует непрерывно, отсюда его репутация как непревзойденного «креатора», «креативщика» или как там еще это называется. В Кремле замысел Бориса Абрамовича встретил противоречивое отношение. Некоторые отнеслись к нему скептически, считая, что с этим «Единством» шансов у Кремля никаких: при том разброде, который тогда царил в Администрации президента, в лучшем случае удастся набрать пять-шесть процентов, не более. Процентов десять это был бы уже успех…

Но Березовский, с его вулканической энергией, «завел» всех. Как и в случае, когда он фактически сам себя сделал исполнительным секретарем СНГ, он облетел два-три десятка губернаторов, заручился их поддержкой. Впрочем, добиться ее было не так уж трудно, поскольку среди этой публики всегда немало ярых ненавистников Лужкова. К тому же новый альянс, а первоначально он планировался как некая партия регионов, вроде бы открывал новые возможности для реализации разнообразных губернаторских амбиций. Так или иначе, губернаторы выразили готовность предоставить свои ресурсы для предложенного Березовским «партстроительства».

Позднее, когда Кремль (прежде всего Волошин) поддержал-таки эту идею, Березовского оттерли от этого дела. Он, конечно, был уязвлен, но считал, что главное он уже сделал и продолжал поддерживать этот «проект» через телевидение.

В последующие годы, когда Путин был уже на троне, Березовский, как известно, сделался его злейшим врагом, так что сегодня уже и поверить невозможно, что между ними действительно когда-то были добрые отношения. Они довольно тесно сотрудничали еще в ту пору, в начале девяностых, когда Путин был заместителем Собчака, а Березовский занимался в Петербурге автомобильным бизнесом. Борис Абрамович с восторгом отзывался о тогдашнем их сотрудничестве и о самом Путине, каким он его знал в тот период. Березовского просто потрясло, что Путин величайшая редкость для чиновника не требовал от него ни взяток, ни каких-либо услуг (обычно за какую-то помощь просили машину или что-то еще). Все вопросы решались в интересах бизнеса и в интересах города. Березовский разглядел тогда в Путине представителя «абсолютно нового поколения чиновников» таких вот, как ему показалось, бессребреников.

После, когда Юмашев рассказал ему, что по совету Чубайса он собирается взять Путина на работу в Администрации, Березовский горячо это одобрил: «Ну, тебе повезло! Это совершенно потрясающий мужик! Мы с ним работали. Сразу видно, что яркий человек. То, что ты его берешь к себе, абсолютно правильное решение».

До какого-то момента их симпатии были взаимными. Как и многие, Путин ценил в Березовском его «креативные» способности. Однажды, будучи директором ФСБ, он даже приехал к Борису Абрамовичу домой поздравить с днем рождения то ли его самого, то ли его жену. В этот момент Примаков, (премьер) серьезно «наехал» на Березовского, и тот факт, что его заклятого врага с дружеским визитом навестил столь крупный чиновник не могло остаться незамеченным.

(Правда, потом Березовский совершенно некстати рассказал об этом визите в одном из газетных интервью: дело было накануне выборов, и Путину абсолютно не нужны были откровения олигарха об их дружбе).

Думаю, те восторги в адрес Путина, которые Березовский расточал в стенах Кремля, конечно, тоже могли поработать на создание «светлого образа» будущего президента. Так что утверждать, будто Борис Абрамович совсем уж непричастен к воцарению Путина, наверное, не стоит. Хотя эта причастность, как видим, была довольно косвенная и опосредованная. Не прямая. Прямых возможностей провести Путина в президенты у Березовского, как уже говорилось, не было. Хотя бы потому, повторяю, что он фактически не был вхож к Ельцину: тот, по-видимому, за все время принял его не более двух-трех раз.

Хотя опасность, связанную с тандемом Примаков Лужков в Кремле воспринимали вполне серьезно (особенно опасным считался Примаков), никакой паники в Администрации президента, как уверяют, не было. Вроде бы существовала достаточная уверенность, что Путин выиграет выборы. Дескать, народ устал от тех физиономий, которые он постоянно видит по телевизору вот уже четыре года, или даже восемь лет от всех этих лужковых, примаковых, зюгановых, явлинских… Прибавляли сюда усталость от реформ, обнищание. В общем, считалось, что любого «свежего» человека, а тем паче с премьерскими полномочиями, люди поддержат гораздо охотнее, чем примелькавшихся и всем опостылевших деятелей, будут связывать с ним надежды на избавление от своих бед.

Опасались главным образом одного, чтобы за оставшиеся (как думали) полтора года до выборов Ельцин не «пережал» его, не сковал его самостоятельности, дал ему развернуться, показать себя.