Мир приключений 1984 г. - Ефимов Е. - Страница 178

В гитлеровской Германии была переписана, по сути дела, вся история. Даже история древнего мира. Согласно новому варианту, во II тысячелетии до нашей эры появляются неведомо откуда взявшиеся германо-греческие цари и князья. Даже “Илиада” и “Одиссея”, оказалось, “имели” северогерманское и даже древнепрусское происхождение. Что же касается героев этого эпоса, то, естественно, они “принадлежали” к нордической расе или “являлись” древними пруссаками…

Ложь ничуть не смущала ее авторов. Верили ли они в нее сами? Неизвестно. Да, впрочем, и неважно. Важно, как начала действовать эта фальсифицированная история, когда ее вкладывали в умы и сердца солдат. Историческая ложь двигала армиями, опрокидывала границы, развязывала агрессию. Подобно наемнику-ландскнехту, фальсифицированная история служит любому, кто платит.

Нередко фальсификаторы руководствовались и “возвышенными”, патриотическими побуждениями. Так, некий шотландец Демистер, живший еще в XVI веке, составил список несуществующих книг шотландских авторов. А в 1817 году научный мир был ошеломлен известием об открытии древних рукописей чешского народного эпоса. Причем события, о которых повествовали эти произведения, уходили в прошлое на тысячу ль т. Десятилетия все пребывали в полнейшей уверенности, что рукописи подлинные. Отрывки из них цитировались в солидных научных трудах, крупнейшие исследователи писали к ним комментарии, та или иная строка из эпоса становилась решающим аргументом в научных спорах. Под впечатлением этой находки Гете перевел из нее “Песню о Вышеграде”.

Прошло почти полвека, прежде чем подделка была докатана. Некоторые грамматические формы и даже слова, которыми пользовался мистификатор, появились на сотни лет позднее. А под “древним” текстом оказался другой, относившийся к сравнительно недавнему времени.

В 1951 году в ФРГ отмечалось 700-летие церкви св. Марии в Любеке. На торжества прибыл сам канцлер Аденауэр. Ведущие специалисты по готике с восторгом демонстрировали ему фрески, обнаруженные при реставрации церкви. Ученый мир и искусствоведы восприняли находку “фресок периода ранней готики” как большое событие. Открытие это считалось повой страницей в истории средневековой живописи. Фрескам церкви св. Марии были посвящены многочисленные исследования и научные статьи.

Недавно решением магистрата города Любека “древние фрески” были стерты. Они оказались поддельными. Правда, когда реставратор-художник публично заявил об этом и признался в авторстве, ему никто не поверил. Только после того, как он представил фотографии разных этапов своей работы, когда он расписывал с гены, решено было назначить судебную экспертизу. “Патриотически настроенные” историки и искусствоведы никак не хотели расстаться с мыслью о подлинности этого шедевра. Но, увы, результаты экспертизы показали, что произведения “ранней готики” нанесены на штукатурку, которой стены церкви были покрыты всего несколько лет назад.

Существует выражение: “Коллекционеры — счастливые люди” Одним из самых счастливых коллекционеров всех времен был, очевидно, м шестым французский математик прошлого века Мишель Шаль. Он обладал письмами Рабле, Паскаля, Юлия Цезаря, Клеопатры и даже Александра Македонского. Правда, его несколько удивляло, что другие коллекционеры не выражают никаких признаков восторга по поводу его коллекции. Но он утешал себя мыслью, что причина тому — зависть. Может, это было и так. А возможно, многих смущало то обстоятельство, что Клеопатра, как, впрочем, и Юлий Цезарь из его коллекции, писали почему-то на французском языке XIX века и пользовались той же бумагой, что и современники Мишеля Шаля. Конечно, и Юлий Цезарь, и Клеопатра, как великие люди, имели право на некоторые странности. Но это было уже слишком.

Не один год во Французской академии наук, членом которой был и сам М.Шаль, шли бурные споры по поводу подлинности этих документов. И вот, когда большинство склонялось уже к тому, чтобы признать письма французских авторов подлинными, у Шаля появилось вдруг письмо Паскаля к Роберту Бойлю. Тому самому Бойлю. который известен каждому школьнику по физическому закону Бойля—Мариотта.

В этом письме Паскаль сообщал, что именно ему, а не Ньютону принадлежит честь открытия закона всемирного тяготения. Поскольку Паскаль был французом, такой документ весьма импонировал патриотическим чувствам членов Французской академии паук. Но, к сожалению, в том году, которым датировалось письмо, Ньютон не мог сделать этого открытия: ему было только десять лет.

Автором этих документов, которые чуть было не ввели в заблуждеиие Академию наук, был безвестный парижский клерк. Его искусство было щедро вознаграждено. В общей сложности он получил солидную сумму — свыше 30 тысяч долларов от М.Шаля, которому продавал свои произведения. За ошибку же, которая привлекла к нему внимание правосудия, клерк попал в тюрьму.

Подделка древних текстов была делом трудным и требовала величайших познаний, особенно в области стилистики. Искусство это бытовало в свое время на правах литературного жанра. Во Франции существовали даже школы этого жанра. Люди, посвящавшие себя нелегкому искусству фальсификации, нередко относились к этому как к своего рода спорту. Подобно шахматам, где один ошибочный ход приводит к проигрышу партии, здесь достаточно единственного неточного нюанса или неправильно употребленного слова, чтобы обман раскрылся.

Фальсификация текстов древних авторов продолжалась сотни лет. Известны подделки произведении Фемистокла и Пифагора, Платона и Демосфена. Существуют работы, авторами которых считаются псевдо-Цицерон и псевдо-Аристотель. Подделка Цицерона, в частности, была выполнена с таким мастерством, что обнаружилась совершенно случайно только века спустя.

Чему же верить? Какова вероятность, что и другие древние авторы, на свидетельства которых о прошлом мы полагаемся, не были созданы позднее руками умелых, но безответственных фальсификаторов? Историкам всегда необходимо вносить поправки на возможность фальсификации.

Еще в XVI веке Эразм Роттердамский сокрушался, что нет ни одного текста “отцов церкви”, который можно было бы бесспорно считать подлинным. Ему вторил ученый-иезуит Дж. Ардуин, который на основании скрупулезного изучения многих древних текстов пришел к выводам самым печальным. Он доказывал, что подлинные только Гомер, Геродот, Плинии и Цицерон. А также несколько произведений Горация и Виргилия. Все остальное, по его мнению, — плоды поздних фальсификаций.

Плутовское племя фальсификаторов прошлого не перевелось и в более близкое нам время.

Ночь на 14 февраля 1493 года была в Атлантике особенно бурной. Многотонные горы воды вздымались к самому небу, и начинали свои страшный бег от одного края горизонта к другому Конечно, такие штормы бывали здесь и раньше, но всякий раз лишь пустынные воды и небо были тому свидетелями. Но в ту ночь это безлюдие было нарушено. Волны качали и бросали из стороны в сторону два утлых суденышка, две каравеллы флотилии его величества короля Испании Фердинанда. На одной из каравелл находился человек, чье имя известно каждому. Его звали Христофор Колумб.

Открыв новый, неизведанный материк, корабли возвращались в Европу. Конец путешествия был уже близок, и вдруг ночью в открытом океане их настиг шторм. Какое-то время каравеллы подавали световые сигналы, но вскоре потеряли друг друга из виду. Когда шансов на спасение, казалось, уже не было, Колумб сделал то, что обычно делали в таких случаях капитаны гибнущих судов. Он собрал свои записи, письма, отчет о путешествии, завернул в пергамент, обернул сверху промасленным брезентом, поместил все это внутрь большого бревна и приказал бросить бревно в море.

Известен этот факт стал сравнительно недавно, только в конце прошлого века, когда в архиве Мадридского музея была обнаружена испанская рукопись, упоминавшая об этом. Вскоре рукопись эту перевели на английский и напечатали в Америке. Не прошло и нескольких недель после появления американского издания, как пропавшие путевые заметки Колумба нашлись! Какой-то человек принес их в музей города Сан-Франциско. Правда, специалистам не потребовалось особого труда, чтобы обнаружить подделку. Но это не огорчило владельца “находки”. И не переубедило некоего любителя автографов, который с готовностью купил “бесценную реликвию”.