– Когда я увидел вас в Уайт-Хаус, я глазам своим не поверил: одет с иголочки, по последней моде! Всего месяц назад вы старались разжалобить меня, рассказывая, что у вас нет ни пенни.

– Позвольте мне объяснить, – попытался прервать его граф.

– Ложь! Ложь! – выкрикивал лорд Шептал. – К черту эту ложь!

Лорд был явно пьян, прервать его не было никакой возможности, он просто ничего не слышал.

– И что я вижу здесь?! В холле лакей, на столе серебро! И это вы называете бедностью!

Где мои 2000 фунтов, черт возьми, которые вы должны мне уже два года?

– Я не забыл о долге, – сказал граф, – и собирался завтра же выслать вам чек.

Лорд Шептил рассмеялся. Его смех звучал отвратительно.

– Думаете, я вам поверю? Вы лжец и мошенник, я больше не верю ни единому вашему слову!

Набрав и грудь побольше воздуха, он продолжал:

– Нет, подумать только! Убеждал меня, что того и гляди обанкротится, а сам тратит мои денежки на смазливую продажную девку!

– Я уже сказал, если только вы слышали меня… – снова попытался заговорить граф.

– Слушать вас?! – перебил его лорд Шептал. – С какой стати? Я и так слишком долго слушал ваш скулеж!

Внезапно он рванулся мимо графа к столу и свирепо уставился на Бениту.

Девушка слушала выкрики лорда в явном недоумении.

– Он заплатит мне! – бушевал лорд Шептал. – Так я и поверил! Я просто сейчас возьму то, что смогу, и начну с этой милашки. Уверен, она стоит больше, чем вы можете себе позволить!

Он протянул руку к Бените, смахнув при этом бокал со стола.

Бенита вскрикнула и вжалась в кресло, стараясь избежать его прикосновения.

Граф схватил лорда Шептила и отбросил прочь от девушки.

– Ведите себя прилично, Шептил! И не смейте оскорблять мою жену!

– Ваша жена! Рассказывайте! Где, интересно, вы подцепили эту красотку? В Уайт-Хаус?

Или подобрали в Коул-Холл?

Исчерпав запас ругательств, лорд было остановился, но тут граф точным ударом в подбородок свалил его на пол.

– Убирайтесь из моего дома, – тихо сказал он, – и не смейте появляться здесь снова и оскорблять мою жену! Чек я вышлю вам завтра же!

Лорд Шептил медленно поднялся с пола.

– Вы ударили меня, Инчестер. Это оскорбление! Я требую удовлетворения!

– Вы пьяны. Идите домой, Шептил. Поговорим об этом завтра.

– Вы будете стреляться со мной как джентльмен, или я ославлю вас трусом, мошенником и лжецом!

Граф сохранял молчание. Лорд Шептил подошел ближе.

– Вы будете стреляться, или мне повторить, что вы трус?

– Хорошо, – вздохнул граф. – Я буду драться с вами, но пусть это будет завтра.

– Немедленно! Какого дьявола ждать? Или вы намерены просто сбежать?

– Я не намерен убегать, но будет лучше для вас, если вы вернетесь домой, проспитесь и получите мой чек.

– Я, пожалуй, согласился бы лечь в кровать, но только с этой хорошенькой проституточкой!

Граф с трудом сдержался, чтобы не ударить его снова.

Вместо этого он спокойно сказал:

– Я буду драться с вами, и чем скорее, тем лучше!

– Я знал, что вы будете благоразумны.

Полагаю, мой кучер может быть нашим судьей.

В это время в столовую вошел Болтон, чтобы узнать причину шума.

– Прошу прощения, милорд, – сказал он, – но, когда я служил у его светлости, я был секундантом его младшего сына, лорда Эдварда.

– Прекрасно, Болтон, – согласился граф. – И пошлите за Хокинсом.

– Хорошо, милорд.

Лорд Шептил повернулся и вышел в холл.

С криком ужаса Бенита вскочила с кресла и бросилась к графу.

– Вы не можете… драться! Тот человек… пьян… и… он такой высокий… и сильный.

– Он считается хорошим стрелком, – добавил граф.

– Тем более… пожалуйста… пожалуйста, не связывайтесь… с ним, – умоляла Бенита. – Вдруг он… ранит вас.

– Я постараюсь не допустить этого. Но я никому не позволю оскорблять мою жену!

Бенита положила руку ему на плечо.

– Это… не имеет никакого значения. Пожалуйста… пожалуйста… откажитесь от того… что он… требует.

– Вы знаете, я не могу это сделать. Как сказал лорд Шептил, я должен вести себя, как подобает джентльмену.

Бенита прижалась к мужу.

– Будьте осторожны… очень… очень осторожны! – шептала она.

– Конечно, – успокоил ее граф. – Ведь вы попросили меня об этом.

Он направился в оружейную, где хранилась пара дуэльных пистолетов, принадлежавших его отцу.

Граф знал, что у отца однажды было подобное столкновение, и он сумел победить противника.

Оставалось надеяться, что и он справится не хуже отца.

Лорд Шептил никогда не нравился графу, но из всех соседей только у него оказался лишний скот, когда граф пытался увеличить поголовье в своем хозяйстве.

Граф не забыл про 2000 фунтов, взятые в долг у Шептила, и собирался вернуть их сразу, как только сможет подписывать чеки.

«Какая досада, – думал граф, – что он увидел меня в Уайт-Хаус в костюме, позаимствованном у Тони».

Пока граф проверял пистолеты, к нему подошел Хокинс.

– Что все это значит, милорд? – спросил он.

– т – Я должен стреляться, Хокинс. Надеюсь, я не уроню своей чести.

– Будьте осторожны, ваша светлость. У лорда Шептила дурная слава.

– Что вы хотите этим сказать?

– Я слышал, как о нем говорят, что он не очень-то соблюдает правила.

Граф вспомнил, что и сам слышал что-то подобное.

– Что ж, надеюсь, что при счете десять я окажусь проворнее его.

– Будьте начеку, милорд! – мрачно проговорил Хокинс.

Они вышли из оружейной в холл, где их ждала Бенита.

Все домашние уже знали о том, что произошло.

Сверху спустилась няня и принесла для Бениты плащ на меху.

Лорд Шептил вышел из дома.

Граф следовал за ним, но, заметив, что Бенита идет рядом с ним, резко сказал:

– Останьтесь. Не стоит вам смотреть на это.

– Нет, нет… я… буду с вами. И, пожалуйста… пожалуйста… будьте осторожны!

Граф хотел отговорить ее, но лорд Шептил уже вышел на газон перед домом.

– Инчестер, вы идете? – закричал он. – Или все еще трусите?

Граф сжал губы и молча, медленно направился к лорду Шептилу.

Взяв пистолеты, граф и лорд встали перед Болтоном.

Глава 7

– Раз – два – три – четыре – пять» – медленно, бесстрастно считал Болтон, и под этот счет дуэлянты, повернувшись спиной друг к другу, расходились в противоположные стороны.

Светила полная луна, окна дома были освещены, так что все, что происходило на газоне, можно было видеть не хуже, чем днем.

Стоя на ступеньках, Бенита неистово молилась, чтобы граф остался жив.

Она думала, что лорд Шептил не просто пьян, он самый отвратительный человек, какого ей когда-либо приходилось видеть.

Девушка с ужасом ждала, что при счете «десять» он обернется и… она боялась даже думать о том, что может случиться с графом.

Она молилась, чтобы лорд промахнулся.

– Семь – восемь – девять, – считал Болтон.

Прежде чем он успел договорить «девять», лорд Шептил повернулся и выстрелил.

При его движении, еще до того, как был спущен курок, Бенита закричала.

Граф инстинктивно обернулся в ее сторону и поскользнулся на мокрой траве.

Пуля, которая должна была попасть графу в спину, несомненно, убив или серьезно искалечив его, только оцарапала ему левую руку.

Услышав звук выстрела, граф тоже нажал на спуск.

Лорд Шептил уже стоял к нему лицом, и пуля графа ранила лорда в плечо. Он зашатался и упал на землю.