Неистовые джокеры - Мартин Джордж Р.Р. - Страница 35

— Э-э…

— Давай, выкладывай.

На пальцах у джокера были толстые острые когти. Он провел ими по коже на груди Дженнифер — не настолько сильно, чтобы выступила кровь, но достаточно для появления красных отметин.

— Э-э…

Дерево у них за спиной вдруг взлетело на воздух, осыпав их листьями и обломками веток. Взрывная волна швырнула Дженнифер и тех двоих, что держали ее, на землю. Один выпустил ее руку, другого она трижды ударила коленом. Удалось ли ей попасть в пах или это был живот, она так и не поняла, но удар был нанесен от души: похититель завопил и отпустил ее. Девушка немедленно откатилась и принялась дико озираться по сторонам, как и ее противники.

— Вот он!

Один из них указывал на противоположную сторону улицы. Там стоял какой-то мужчина, чье лицо скрывал капюшон. Мужчина был среднего роста и весьма неплохо сложен. Однако в его облике не было ничего мало-мальски выдающегося, за исключением лука, который он держал в руках, — замысловатое приспособление с забавными загнутыми наружу концами, многослойной тетивой и странными штуками, похожими на небольшие блоки, к которым она крепилась. Мужчина хладнокровно положил на тетиву еще одну стрелу и прицелился; люди на другой стороне улицы заметили его и заметались, точно всполошившиеся цыплята.

Похожий на ящерицу джокер, похоже, узнал этого человека. Он яростно зашипел, когда незнакомец приготовился спустить тетиву, но проезжавший мимо автобус вдруг заслонил его мишени.

Бандиты бросились врассыпную, и Дженнифер решила, что ей тоже пора уносить ноги. Она побежала в глубину сквера, благодаря свою счастливую звезду за появление избавителя.

Наверное, это есть «Мститель с луком и стрелами», о котором наперебой писали все газеты последние несколько месяцев. Нью-Йорк, конечно, то еще местечко, но даже здесь вряд ли могло одновременно обнаружиться два человека, бегающих по улицам со старинным оружием.

Девушка поморщилась, наступив на острый камешек. И вдруг ее осенило — хотя теперь на незнакомце был капюшон, она узнала его по одежде и по осанке. Это был тот самый мужчина, который заговорил с ней на трибуне стадиона «Эббет Филдз».

Почему он преследует ее? Ему-то что нужно?

Глава девятая

14:00

До офиса Розмари Вонищенка смогла добраться только к двум часам дня. Улицы и метро были переполнены облаченными в маскарадные костюмы и раскрашенными гуляками. Один раз в толпе промелькнула крокодилья пасть, но не успела Вонищенка броситься в том направлении, как поняла, что это маска из папье-маше, а не Джек. Это очень ее расстроило. В свое время при мысли о переменах, которые произвел в ее жизни вирус, Вонищенку всегда охватывала жалость к самой себе. Джек с его зачастую не подвластными ему преображениями показал ей, что может быть участь куда более тяжкая, нежели сопереживание смертям, рождениям и боли всей живности в городе.

Прислонившись к стене, Вонищенка задумалась об ужасных судьбах джокеров, лишенных даже возможности скрыться — потому что их уродства были слишком чудовищными или угрожающими, чтобы можно было их утаить. Женщина содрогнулась, на мгновение закрыла глаза и сознанием потянулась к черному коту и пестрой кошке, самым старым своим товарищам. Им ничто не угрожало, эта мысль ободрила ее.

Что-то дернуло ее за руку, вернув к действительности. Она прижала к себе защитного цвета сумочку и обрушила волну гнева и угрозы на воришку, который попытался вырвать сумку у нее из рук. Пораженный ее реакцией и растерявшийся от незнакомого ощущения в голове, похититель в маске джокера с извивающимися щупальцами юркнул в толпу.

Она нечасто пускала в ход свои способности против людей, поскольку не знала точно, подействуют ли они и каким образом. Все так же неуверенно чувствуя себя на высоких каблуках, Вонищенка оторвалась от стены и влилась в непрерывный поток народу, который, как и она, стремился к Могиле Джетбоя и Дворцу юстиции.

Когда женщина добралась до Дворца, большая часть толпы уже растеклась по направлению к Джокертауну, Могиле Джетбоя или китайскому кварталу. Вонищенка вошла в здание окружной прокуратуры. В деловом костюме она чувствовала себя куда менее уютно, чем в привычных лохмотьях, и шагать с уверенно поднятой головой было намного труднее.

Оказывается, Пол Гольдберг сменился с телефонной вахты. Вонищенка кивнула восседавшей за стойкой секретарше и во второй раз за день двинулась к кабинету Розмари. Когда она почти уже достигла цели, из соседней двери появился Гольдберг с пирамидой толстых юридических справочников в руках и едва не врезался в нее.

— Черт! Прошу прощения. — Гольдберг попытался удержать пирамиду и даже почти преуспел в этом — если не считать упавшей верхней книги, которую ловко подхватила Вонищенка. — Большое спасибо, — поблагодарил он. — Вы не пострадали?

— Все в порядке. Я вижу, вас спасли из телефонного рабства?

Вонищенка осторожно примостила пухлый том на верхушку пирамиды, под самым подбородком Гольдберга.

— Вы застали меня за этим занятием? — Гольдберг ухмыльнулся, подом озадаченно взглянул на нее. — Ума не приложу, как это я вас не запомнил.

— Вам было некогда. Мисс Малдун у себя?

Вонищенка махнула на дверь Розмари.

— У нас здесь просто сумасшедший дом. — Он слегка переместил стопку книг вправо. — Поэтому, если сможете, заходите попрощаться. Приятно будет поговорить с нормальным человеком.

— Посмотрим.

Она протянула руку и поправила верхний том.

— Гольдберг! Где эти чертовы книги?

В грубом бесплотном голосе слышалось откровенное нетерпение.

— Никогда не заставляйте миссис Чавес ждать. — Он прижал верхнюю книгу подбородком и рысцой припустил по коридору. — Надеюсь, еще увидимся.

Вонищенка проводила его взглядом. Когда она повернулась к кабинету Розмари, та стояла в дверях и улыбалась.

— Можно поздравить вас с победой, мисс Мелотти? — Розмари жестом пригласила Вонищенку в кабинет.

Та замотала головой и сердито поняла, что вся залилась краской.

— Так-так. В честь чего такой наряд? — Розмари закрыла за собой дверь, — Присаживайся.

— Ради дела.

Вонищенка опустилась в кресло и с еле слышным вздохом скинула туфли.

— Следует ли мне понимать это как «не знаю и знать не хочу»? — Ответом ей был лишь укоризненный взгляд Вонищенки. Она продолжила: — Мясник погиб. В автомобильной аварии. Не скажу, что я ужасно расстроена, но в аварию мне что-то слабо верится. Тебе что-нибудь об этом известно? Все произошло в Центральном парке в двенадцать с небольшим. — Розмари присела на краешек стола и отклонилась назад, запрокинув шею и выгнув спину, — Меня как местного эксперта по Семьям все спрашивают об этом. Я подумала, может быть, какая-нибудь белка или один из твоих котов что-нибудь видел…

— Прости. У них слишком короткая память, чтобы… — Вонищенка ахнула и замолкла, — Джек!

Ее тело сотряс спазм.

— Сюзанна, что случилось? Вызвать врача?

Розмари схватила подругу за руку, но та мгновенно выдернула пальцы. Вонищенка увидела конец мордочки крысы, глазами которой смотрела, яркую вспышку пламени, маленькую руку, сжимающую несколько небольших книжечек, завернутых в прозрачный полиэтиленовый пакет, еще одну руку, размахивающую пистолетом, и новую вспышку…

Фортунато до сих пор не мог поверить, что ей не шестнадцать, хотя она определенно не могла быть несовершеннолетней, раз ей доверили подавать спиртные напитки. Джинсы с футболкой закрывал фартук, медно-рыжие волосы были кое-как сколоты на макушке. В одной руке она держала несколько тарелок, в другую вцепился какой-то жирный турист. Толстяк кричал на нее, и она уже начинала потеть.

На это стоило посмотреть. В воздухе вокруг девушки начинала конденсироваться вода. Толстяк поднял глаза, недоумевая, откуда в помещении дождь.