Собрание сочинений. Том 13 - Маркс Карл Генрих - Страница 158

Такое расположение дает ей возможность, в случае нападения со стороны одной из соседних стран, затянуть борьбу как можно дольше, а это, в конечном счете, единственное, на что может рассчитывать такая небольшая страна.

С того момента, как Савойя становится французской или хотя бы занимается французскими войсками, не может быть и речи о защите всей французской Швейцарии, начиная от Бернской Юры и до Нижнего Валлиса. Женева уже теперь может быть в течение суток превращена во французскую базу. Юру можно обойти точно так же, как и линию Цили и Не-вшательского и Бильского озер; вместо того, чтобы драться в ущельях и затем форсировать узкую дорогу, идущую между этими двумя озерами и через большое болото, французы спокойно пойдут в обход через богатую холмистую местность Ваадт, и первая позиция для серьезного сопротивления совпадет с той, на которой придется принять первое большое сражение — с позицией перед Берном позади Зане и Зензе, так как обходная колонна из Савойи через Вильнев и Веве сделает бесполезным всякое сопротивление в кантоне Ваадт.

До сих пор первой оборонительной линией Швейцарии против Франции служит Юра, отличное поле действия для малоопытной, по знакомой с местностью и пользующейся поддержкой населения милиции. Но ее нельзя серьезно принимать в расчет ввиду крайне извилистой пограничной линии, которая часто перерезает в косом направлении ее параллельные хребты. Второй, более важной линией обороны является линия Цили, которая соединяет Не-вшательское и Бильское озера и из Бильского озера течет в Ааре. Справа она дополняется нижним течением Ааре, а слева Орбом, впадающим в верхнюю оконечность Невшательского озера у Ивердона. Длина Цили между двумя озерами равна только полумиле, а от Бильского озера до Аары только одной миле. Собственно, фронт позиции лежит только между озерами; его усиливает лежащее в низине большое болото, которое тянется от Невшательского озера до Аарбурга и проходимо лишь по большой дороге. Обход этого фронта с правого фланга через Бюрглен может быть парализован резервами у Аарбурга. Более глубокий обход потребует наведения моста через Аару и ставит под удар коммуникации обходящих войск. Обход левого фланга может быть осуществлен только через Ваадт и поочередно задержан на Орбе, Мантю и Бруа. Сопротивление швейцарской армии на этой линии не может быть парализовано обходом вдоль Женевского озера на Фрибур, так как швейцарцы, отступающие вдоль Невшательского озера, всегда будут иметь в своем распоряжении более короткий путь. Таким образом, позиция на Цили годится для решительного сражения лишь при особо благоприятных обстоятельствах, при крупных ошибках противника, но она все же дает все, что Швейцария может от нее потребовать: она дает возможность задержать противника и даже подтянуть контингенты из Юго-Западной Швейцарии.

Но если Савойя находится в руках неприятеля, то колонна, наступающая от Сен-Женгольфа через Вильнев и Шатель-Сен-Дени, делает всякое сопротивление в кантоне Ваадт бесполезным, так как, уже будучи у Веве, она едва на две мили дальше от Фрибура, чем швейцарцы, находящиеся на Орбе, и может, следовательно, отрезать им отступление. От Сен-Женгольфа до Фрибура около двенадцати миль; Фрибур лежит на расстоянии однодневного перехода позади левого фланга нильской позиции, между озерами, и в трех милях от Петерлингена (Пайерна), где наступающие через Ваадт французские колонны могут соединиться с савойскими войсками. Таким образом, наступающий, если он владеет Савойей, может в течение трех или четырех дней, пройдя долиной Роны, отрезать сообщение с Валлисом, захватить Женеву, Ваадт и Фрибур до Зане и выйти главными силами в тыл цильской позиции, благодаря чему в его руки переходят Базель, Золотурн, Бернская Юра и Невшателъ. И это отнюдь не негостеприимные высокогорные районы, а как раз самые богатые и самые промышленные кантоны Швейцарии.

Швейцария настолько сильно чувствовала давление, которое оказывала на нее Савойя в стратегическом отношении, что добилась в 1814 г. известной нейтрализации ее северной части, а в 1816 г. получила от Сардинии обещание, скрепленное договором, что Шабле, Фосиньи и Женевэ никогда не будут уступлены никакому другому государству, кроме самой Швейцарии. Луи-Наполеон поэтому всюду распространяет слухи, что он претендует только на южную часть Савойи, что Шабле, Фосиньи и часть Женевэ до реки Ис должны отойти к Швейцарии. Но так как дар дара ждет, то он, по сведениям газеты «Times», пользуется г-ном Фогтом, чтобы мимоходом запросить народное представительство швейцарского кантона, не согласится ли оно за это предоставить ему право свободно распоряжаться Симплонским проходом. Первый намек, что Симплон также естественная пограничная веха Франции, какой он действительно был во времена Первой империи.

Предположим, что Швейцария обогатилась новым кантоном — Северной Савойей. Граница была бы образована горным хребтом, который отделяется от главной цепи Альп между

Монбланом и Малым Бернаром и идет к ущелью Роны (форт Эклюз), и, видимо, была бы совершенно «естественной». Но этот хребет пересекают следующие дороги из долины Изер и Роны: 1) Сессель — Женева, 2) Аннеси — Женева, 3) Аннеси — Бонвиль, 4) Альбервиль — Салланш. От Бонвиля, как и от Салланша, идут дороги через северный хребет долины Арва на Тонон. Следовательно, страна совершенно открыта для вторжения на Тонон на южном берегу Женевского озера, и так как от Сесселя или Альбервиля до Тонона не больше 15 миль, то обладание Северной Савойей дало бы возможность Швейцарии продлить свою оборону самое большее на пять дней. Но так как для обороны этого нового кантона не представляется возможным выделить ничего, кроме ополчения, то наступающая колонна может с тем же успехом пройти от Женевы прямо на Тонон — пять миль, — откуда ей остается только около четырех миль до Сен-Женгольфа. Таким образом, в этом случае обладание Северной Савойей даст Швейцарии всего лишь трехдневный выигрыш во времени. Кроме того, это может привести лишь к раздроблению оборонительных сил Швейцарии. Путь отступления швейцарской армии, атакованной со стороны Франции, лежит, очевидно, через Берн по низменности, там где возможно — вдоль Ааре на Цюрих, а где нет — на Люцерн и от обоих этих пунктов в долину Верхнего Рейна. Поэтому армия не должна переносить свою позицию слишком далеко на юг, чтобы ее нельзя было оттеснить с этих линий и загнать в высокогорные районы. Как мы видели, кантон Ваадт может еще легко быть включен в швейцарскую систему обороны, а Северная Савойя и открытый с прекращением нейтралитета Савойи Валлис определенно не могут быть в нее включены. Известно, однако, как сильно в федеративной стране, где оборону несет милиция, желание каждого гражданина защищать в случае угрозы свою собственную родину. Известно, что войска будут роптать, крик поднимут члены Национального совета, если целые города и кантоны будут отданы врагу без сопротивления, а в особенности новый кантон, который Швейцария получила исключительно в целях своей обороны! И в самом генеральном штабе каждый приложит все усилия к тому, чтобы его край был особенно хорошо защищен, а в милиционной армии, где под влиянием беззаботного благодушия мирного времени дисциплина в лучшем случае довольно слаба, начальнику в силу всего этого будет весьма трудно поддерживать в войсках порядок. Можно поручиться, что в девяти случаях из десяти начальник проявит колебания или должен будет уступить. Северная Савойя будет занята войсками, которые не принесут делу обороны никакой пользы, но во всяком случае пострадают при отходе и частью будут отброшены в Валлис, где им придется подумать, как снова пробраться к главной армии через хребты Гемми или Фурка.

Единственную гарантию для Швейцарии представляет положение, когда Северная Савойя не принадлежит ни ей, ни Франции; в этом случае Северная Савойя во время войны фактически остается нейтральной в отношении обеих стран и действительно прикрывает Швейцарию. Если же она будет принадлежать Швейцарии, то это для Швейцарии будет не намного лучше, чем она принадлежала бы Франции. Значение Савойи определяется выигрышем трех, максимум пяти дней, большая часть которых, однако, будет затем потеряна при обороне кантона Ваадт. Но чего это стоит по сравнению с уверенностью, что при всех обстоятельствах неприятельская атака возможна только между Базелем и Женевским озером?