Собрание сочинений. Том 12 - Маркс Карл Генрих - Страница 184

7) Это понимание представляется результатом необходимого развития. Однако правомерность случая (так же как, между прочим, и свободы). (Влияние средств сообщения. Всемирная история существовала не всегда; история как всемирная история — результат.)

8) Исходный пункт, естественно, — природная определенность; субъективно и объективно; племена, расы и т. д.

Относительно искусства известно, что определенные периоды его расцвета отнюдь не находятся в соответствии с общим развитием общества, а следовательно, также и с развитием материальной основы последнего, составляющей как бы скелет его организации. Например, греки в сравнении с современными народами, или также Шекспир. Относительно некоторых форм искусства, например эпоса, даже признано, что они в своей классической форме, составляющей эпоху в мировой истории, никогда не могут быть созданы, как только началось художественное производство, как таковое; что, таким образом, в области самого искусства известные значительные формы его возможны только на низкой ступени развития искусств. Если это имеет место в пределах искусства в отношениях между различными его видами, то тем менее поразительно, что это обстоятельство имеет место и в отношении всей области искусства ко всему общественному развитию. Трудность заключается только в общей формулировке этих противоречий. Стоит лишь определить их специфику, и они уже объяснены.

Возьмем, например, отношение греческого искусства и затем Шекспира к современности. Известно, что греческая мифология составляла не только арсенал греческого искусства, но и его почву. Разве тот взгляд на природу и на общественные отношения, который лежит в основе греческой фантазии, а потому и греческого {искусства}, возможен при наличии сельфакторов, железных дорог, локомотивов и электрического телеграфа? Куда уж Вулкану против Робертса и К°, Юпитеру против громоотвода и Гермесу против Credit Mobilier[457]! Всякая мифология преодолевает, подчиняет и формирует силы природы в воображении и при помощи воображения; она исчезает, следовательно, вместе с наступлением действительного господства над этими силами природы. Что сталось бы с Фамой[458] при наличии Принтинг-хаус-сквер? Предпосылкой греческого искусства является греческая мифология, т. е. природа и сами общественные формы, уже переработанные бессознательно-художественным образом народной фантазией. Это его материал. Но не любая мифология, т. е. не любая бессознательно-художественная переработка природы (здесь под природой понимается все предметное, следовательно, включая и общество). Египетская мифология никогда не могла бы быть почвой или материнским лоном греческого искусства. Но, во всяком случае, какая-то мифология. Следовательно, отнюдь не такое развитие общества, которое исключает всякое мифологическое отношение к природе, всякое мифологизирование природы, которое, стало быть, требует от художника независимой от мифологии фантазии.

С другой стороны, возможен ли Ахиллес в эпоху пороха и свинца? Или вообще «Илиада» наряду с печатным станком и тем более с типографской машиной? И разве не исчезают неизбежно сказания, песни и музы, а тем самым и необходимые предпосылки эпической поэзии, с появлением печатного станка?

Однако трудность заключается не в том, чтобы понять, что греческое искусство и эпос связаны с известными формами общественного развития. Трудность состоит в том, что они еще продолжают доставлять нам художественное наслаждение и в известном отношении служить нормой и недосягаемым образцом.

Мужчина не может снова превратиться в ребенка, не впадая в ребячество. Но разве его не радует наивность ребенка и разве сам он не должен стремиться к тому, чтобы на более высокой ступени воспроизводить свою истинную сущность? Разве в детской натуре в каждую эпоху не оживает ее собственный характер в его безыскусственной правде? И почему детство человеческого общества там, где оно развилось всего прекраснее, не должно обладать для нас вечной прелестью, как никогда не повторяющаяся ступень? Бывают невоспитанные дети и старчески умные дети. Многие из древних народов принадлежат к этой категории. Нормальными детьми были греки. Обаяние, которым обладает для нас их искусство, не находится в противоречии с той неразвитой общественной ступенью, на которой оно выросло. Наоборот, оно является ее результатом и неразрывно связано с тем, что незрелые общественные условия, при которых оно возникло, и только и могло возникнуть, никогда не могут повториться снова.

Написано К. Марксом в конце августа— середине сентября 1857 г.

Впервые опубликовано в журнале «Neue Zeit», т. 1, №№ 23–35, 1902–1903 гг.

Печатается по рукописи

Перевод с немецкого

ДАТЫ ЖИЗНИ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ К. МАРКСА и Ф. ЭНГЕЛЬСА

(апрель 1856—январь 1859)

14 апреля

По приглашению редакции чартистского органа «The People's Paper» («Народная газета») Маркс принимает участие в праздновании четвертой годовщины со дня основания газеты. Пользуясь предоставленным ему правом первого выступления, он произносит речь о всемирно-исторической роли пролетариата. Маркс отмечает незавершенность революции 1848–1849 гг. и подчеркивает, что противоречия капиталистического общества неизбежно приведут к социальной революции и к победе пролетариата. Запись речи Маркса публикуется 19 апреля в «People's Paper», редактору которой — Джонсу — он продолжает оказывать постоянную помощь своими статьями и советами.

Вторая половина апреля 1856 — март 1857

Маркс продолжает работу над изучением англо-русских отношений XVIII в., начатую в феврале 1856 года. Он конспектирует дипломатические документы и историческую литературу на английском, немецком и французском языках, в частности, делает выписки из работ Мотли, Сегюра, Бойера и др.

16 апреля

Изучая перспективы нового революционного подъема в Германии, Маркс развивает дальше идею союза рабочего класса и крестьянства. В письме Энгельсу он пишет, что «все дело в Германии будет зависеть от возможности поддержать пролетарскую революцию каким-либо вторым изданием крестьянской войны».

Маркс посылает Энгельсу среди других материалов также «Слово о полку Игореве».

Около 25 апреля

Маркс пишет статью о дебатах в палате лордов по поводу перенесения памятника герцогу Йоркскому с площади Ватерлоо в Лондоне. Статья, в которой на примере жизни и деятельности герцога бичуются тунеядство и пороки высшего английского аристократического общества, печатается под заглавием «Палата лордов и памятник герцогу Йоркскому» в «People's Paper» 26 апреля.

26 апреля

Маркс пересылает Энгельсу полученное из Германии письмо от бывшего члена Союза коммунистов Иоганна Микеля, в котором последний просит Маркса сообщить свою точку зрения по вопросу об отношении пролетарской партии к буржуазии в предстоящей революции; при этом Микель высказывает мнение, что пролетариату следует избегать всяких мер, которые могут отпугнуть буржуазию.

Начало мая

Маркс получает из Кёльна от Адольфа Хамахера письмо с приветом от имени кёльнских, эльберфельдских и золингенских рабочих. В связи с разногласиями между рабочими организациями Кёльна и Дюссельдорфа Хамахер обращается к Марксу с просьбой прислать представителя из Лондона, чтобы на месте обсудить вопросы рабочего движения в Рейнской провинции. Маркс намеревается написать письмо в Кёльн и послать его в целях конспирации через свою жену.

Между 5 и 15 мая

Маркс посылает в г. Данди бывшему члену Союза коммунистов Имандту материал о Кошуте, который Имандт использует в своих статьях, опубликованных в некоторых местных газетах.

Середина мая