Пять баксов для доктора Брауна - Маллоу М. Р. - Страница 28

– Если ваши предпочтения все же на стороне Кольта, – проговорил продавец, начиная проявлять замешательство, – вот, кольт «Новый армейский».

Этому «новому» был не один десяток лет: полированная рукоятка изрядно потерлась, синеватая сталь основательно потускнела.

Серьезное оружие для серьезных парней, – не забыл добавить продавец. – У этого кольта лишь тридцать восьмой калибр, но обратите внимание на длину ствола, джентльмены.

– Сэр, – Джейк прочистил горло, – понимаете...

– Джентльмены очень стеснены в средствах? – расстроился оружейник. – Жаль. Но уверяю, вы не уйдете из моего магазина с пустыми руками.

Он скрылся за прилавком. Послышался скрип выдвигаемого ящика.

– Позвольте предложить вашему вниманию, – с усилием произнес владелец лавки, – вот этот револьвер.

Он, наконец, выпрямился.

– Вот. «Смит-и-вессон» образца тысяча восемьсот девяносто первого года, вторая модель, одинарного действия.

В пожелтевшей картонной коробке тускло блестел никелем револьвер неуклюжего вида. Если это и был «смити-вессон», то какой-то странный. Ствол коротковат, рукоятка словно обрублена. Вдобавок, весь он был так потерт, что становилось неловко. Эбонитовая рукоятка даже с виду была слишком тяжелой и неудобной.

– Да-да, джентльмены, выглядит немного старомодно, – покаялся продавец. – Да, механизм одинарного действия, перед выстрелом вам придется взвести курок рукой. Но зато какая надежность, джентльмены, какая простота конструкции!

Он «переломил» револьвер, словно тот был охотничьим ружьем. Из середины барабана немедленно выехал стальной штырь со звездочкой на конце.

– Рама, как видите, переломная. Это не такой большой недостаток, дело всего лишь в привычке. Калибр тот же. Патроны самые ходовые, джентльмены, вы достанете их в любой лавочке.

– Нет, – уныло сказали искатели приключений, – спасибо.

– Или, быть может, все же, «кольт»? – ухватился за последнюю соломинку продавец. – Секунду, джентльмены, одну секунду!

Он скрылся в комнате за прилавком и оттуда послышался его голос:

– Секунду, джентльмены, только одну...одну секунду. ВОТ ОНО!

Он торжественно возложил на прилавок очень старый кольт: гнутая костяная, чуть пожелтевшая рукоятка сильно отстояла от ствола, над которым взлетал, словно крыло орла, затвор; барабан еще блестел, и весь револьвер покрывал потемневший узор из сплетенных веток.

– Оружие настоящих ковбоев! – продавец взял револьвер в руки. – Кольт образца тысяча восемьсот семьдесят второго года, джентльмены! Да-да, тот самый! «Миротворец», он же «Уравнитель»!

Даже пахнул «миротворец» так, что ныло сердце. Пахло так, как и должно пахнуть от револьвера с большим прошлым: приключениями.

– А это, – Дюк показал пальцем на торчавшую немножко сбоку от ствола длинную тонкую штучку, – шомпол, что ли?

– Нет, это экстрактор, – как ни в чем ни бывало пояснил продавец и нажал на штучку, – чтобы вынимать использованные гильзы.

На задней крышке барабана открылось маленькое окошко.

– Обычно для перезарядки барабан откидывается вбок после того, как вы на него нажали, – продавец взял «Надежный полицейский» и продемонстрировал разницу. – А у этой модели гильзы извлекаются по одной.

– А у этих? – поинтересовался Джейк.

– У новых извлекаются разом все шесть, – без большого энтузиазма отозвался продавец.

Это был, конечно, недостаток, но «миротворец» все равно выглядел чертовски эффектно.

– Полувзвод, – объяснял воспрянувший продавец, – делает обращение с револьвером безопасным. Механизм одиночного действия, перезаряжание, как видите, несколько затруднено, но... Вы ведь не на войну собрались.

Он прищурил один глаз и прицелился поверх их голов. Джентльмены опасливо шагнули в сторонку и оглянулись на кирпичную стену.

– Не заряжен, – продавец рассмеялся и опустил револьвер. – Джентльмены, это оружие Уайта Эрпа и Бата Мастерсона! Вы знаете эти имена, все знают их. Они свидетельствуют, что с этим револьвером можно творить чудеса! Сорок пятый калибр, могу порекомендовать модели со стволами длиной семь с половиной и пять с половиной дюймов. Ваш выбор джентльмены?

– Семь с половиной, – голос Дюка слегка охрип и искатель приключений прокашлялся. – Сколько?

– Пять пятьдесят.

– Берем, – сказал Джейк.

Продавец выдвинул какой-то ящик.

– Щетка для чистки, – произнес он. – Отвертка для разборки. Разбирать и чистить нужно постоянно, даже, если вам не пришлось пострелять. В противном случае ваше оружие заржавеет и все, что вы сможете с ним делать – это дать поиграть соседским детишкам.

Джейк вытащил бумажник Фокса.

Но это было не все. Продавец показал компаньонам стальной стержень с прорезью и положил его на прилавок.

– Протирка, джентльмены. Вставляете тряпку в прорезь и чистите ствол.

Затем достал круглую жестянку.

– Масло. Ну и, разумеется...

Он отпер стеклянную витрину и на прилавок легла картонная коробка с патронами.

– Еще четыре доллара шестьдесят центов.

Искатели приключений помолчали.

– Патроны, пожалуй, потом, – произнес Дюк вежливо. – Спасибо.

И компаньоны покинули лавку.

– Ну и зачем нам револьвер без патронов? – спросил Джейк, когда они вышли на улицу. – Что мы с ним будем делать?

– А что мы будем делать с револьвером с патронами, если у нас не будет денег на еду, гостиницу и проезд до Нью-Бедфорда? Поезда грабить? – огрызнулся компаньон.

Подсчитали наличные средства: меньше двадцатки.

– Если экономно, хватит на все, – резюмировал Дюк. – Но только-только. Знаете, сэр, зверски хочется есть.

– Водички попей, – пробормотал Джейк, у которого тоже с утра выло в животе.

Искатели приключений попили воды из фонтанчика на площади, тут же умыли пыльные физиономии и направились дальше. Как ни мечталось об ужине, заметив магазин игрушек, Джейк замедлил шаг. Это была не скромная лавочка, как он видел во сне, а большой, респектабельный магазин.

В витрине сияли барабаны, оплетенные золотыми шнурами и разрисованные то цирковыми слонами, то кукольными хулиганами; невинно пялились куклы-младенцы и кокетничали куклы-барышни, фарфорово-шелковые клоуны играли на трубе и ударяли в тарелки.

Но самым главным был очень большой, запылившийся и очень дорогой Ноев Ковчег, похожий на сарай. На палубе стоял длиннобородый Ной в холщовом одеянии, чрезвычайно напоминающем мешок от риса или сахара. Лошади, овцы и козы, кошки и собаки, куры и гуси разбрелись по ковчегу и всякой-то твари было, как и полагается, по паре.

– Какой, ну какой идиот придумал выставить эту штуку на витрину? – Джейк возвел глаза небесам. – Его ведь все равно никто никогда не купит! А выглядит он...

Искатели приключений оглядели ковчег и только головами покачали.

– М-да, – сказал Дюк. – Лучше бы железную дорогу. Или волшебный фонарь.

– А ты знаешь, – признался Джейк, – мне вот такой же кошмар как-то отец подарил.

Дюк сочувственно хмыкнул.

– На конфирмацию небось?

– На крестины.

Дюк уставился на компаньона.

– Ах черт, ты ведь у нас протестант, – спохватился он. – Сколько же тебе было лет?

– Восемь.

– А мне на конфирмацию, – Дюк чувствовал себя последним гадом на этом свете, – отец подарил телескоп. Ну тот, в который мы на чердаке смотрели. Да еще приплел так ловко: он, мол, поможет тебе познавать Божий мир.

– Да ладно, – его компаньон сунул руки в карманы. – Я тоже неплохо повеселился.

Он бросил взгляд на двери лавки, прищурился и Дюк понял его правильно.

Тренькнул колокольчик, сообщая о том, что пришли новые посетители.

У хозяина лавки были довольно впечатляющие усы, совершенно седые, так же, как и гладко причесанные густые волосы, и он вовсе не спешил интересоваться, что угодно господам. Лавка была полна посетителей, хозяин едва посмотрел в сторону компаньонов, и они спокойно прогуливались вдоль полок. Вечернее солнце запустило между лошадок-качалок, стоявших в углу у двери, длинный косой луч, в котором плясали пылинки. Лаковые лошадки хитро косили нарисованными глазами. Бока их разрисовали самыми настоящими яблоками, свободное место занимали дурацкие цветочки. Рядом располагались кони на колесиках, очень похожие на настоящих, с настоящими седлами и шелковистыми челками.