США: История страны - Макинерни Дэниел - Страница 116

В то время как соперничество за президентство и Верховный суд проходило приблизительно с равным счетом, легислатура безусловно принадлежала демократам: они доминировали в сенате и палате представителей на 16 из 18 сессий Конгресса. Президенты-демократы примерно в половине всех случаев имели в своем распоряжении демократический же Конгресс, тогда как республиканский президент лишь единожды (в 1953–1955 гг.) наслаждался таким преимуществом. Как правило, в спокойные, устоявшиеся периоды истории народ делал свой выбор в пользу кандидатов от республиканцев, к демократам же обращался тогда, когда возникала потребность в законотворчестве. И на протяжении практически всех 1970-х большинство демократов ратовали за расширение государства всеобщего благосостояния – хоть и в несколько импульсивной и непоследовательной манере.

«Справедливый курс» президента Трумэна

Гарри С. Трумэн являлся сторонником прогресса. Он стремился – отчасти по принципиальным соображениям, отчасти из политического расчета – распространить «новый курс» на все области американской жизни. Трумэн был убежден, что для процветания общества необходимо ввести федеральное управление экономикой. И одновременно он рассчитывал таким образом обеспечить своей партии максимальное количество голосов избирателей.

План Трумэна, который он сам окрестил «справедливым курсом», по сути, представлял собой расширение «нового курса» Ф. Рузвельта. Он предусматривал увеличение затрат на социальное обеспечение, повышение минимального уровня зарплат и строительство государственного жилья. В стремлении к экономическому прогрессу и социальной справедливости Трумэн следовал по стопам Рузвельта: он намеревался обеспечить полную занятость населения, государственное медицинское страхование, федеральную помощь образовательным программам и расширение гражданских прав американцев.

Республиканцы, контролировавшие Конгресс в 19471949 годы, напротив, надеялись отойти от «нового курса». Одним из первых их законов стал принятый в 1947 году закон Тафта – Хартли, который значительно ограничивал власть и организационные возможности профсоюзов. Вслед за тем республиканцы приняли Двадцать вторую поправку к конституции, которая запрещала более чем дважды избирать одного и того же человека на пост президента. Таким образом они пытались застраховаться от прецедента «великого Ф. Д. Р.».

В 1949 году демократы вновь вернули себе большинство в Конгрессе, однако Трумэну это не сильно помогло в реализации его программы. Соратники по партии в принципе соглашались с необходимостью расширить уже существующие программы «нового курса», однако всячески тормозили введение правительственной опеки в других отраслях американской жизни. Тем не менее принятый в 1946 году закон о трудовой занятости юридически закрепил централизованное управление экономикой, переведя этот вопрос из области, подверженной колебаниям политического курса, в твердую законодательную сферу. Отныне федеральному правительству давалось право регулировать американскую экономику – вне независимости от состояния рынка. Вновь образованный Консультативный экономический совет при президенте оказывал помощь в развитии и стабилизации экономики.

Другим нововведением Трумэна стали комитеты по надзору за положением афроамериканского населения. Они были призваны обеспечить равенство всех граждан в области образования, десегрегацию армии (начатую в 1948 г.) и федеральное расследование выявленных случаев сегрегации и ущемления гражданских прав. Трумэн использовал Верховный суд, чтобы оказывать юридическую поддержку национальным меньшинствам. Были выпущены специальные законодательные акты, запрещавшие суд Линча и обеспечивавшие равные избирательные права, а также равные возможности в сфере трудового и жилищного устройства. Однако южные демократы вступили в союз с республиканцами с целью заблокировать применение этих законов.

Следует признать, что в области соблюдения гражданских прав Трумэн добился гораздо больших успехов, чем любой другой президент со времен реконструкции. В своей борьбе за равенство и справедливость он нередко использовал Белый дом как «хвастливую трибуну». Трумэн во многом повторял политический путь Франклина Рузвельта. Он тоже являлся сторонником активного президентства, защитником идеи государства всеобщего благосостояния и проводником федеральных программ экономического развития и социального реформирования. Однако, в отличие от своего знаменитого предшественника, Трумэн не сумел поладить с Конгрессом и добиться от него одобрения многих передовых идей. В каком-то смысле он обогнал свое время. Пройдет еще целых пятнадцать лет, прежде чем другие политические лидеры вновь вернутся к демократической программе Трумэна.

Эйзенхауэр и правительственные «обязанности»

Дуайт Д. Эйзенхауэр («Айк», как называли его американцы) вступил в борьбу за президентский пост, имея в активе безупречную военную репутацию, центристское мировоззрение и обаятельные манеры. Как выяснилось, этого вполне хватило, чтобы обойти главного соперника, кандидата от демократов Эдлая Стивенсона – причем дважды: на выборах 1952 и 1956 годов. Надежды некоторых республиканцев, что победа позволит повернуть вспять и отказаться от идеи государства всеобщего благосостояния, быстро растаяли. Новый президент (как и большинство американцев) не собирался отступать от намеченной цели. Если прибегнуть к лексикону профессиональных дипломатов, можно сказать, что Айк предпочел «политику сдерживания» в отношении федерального активизма «откату назад».

Сам Эйзенхауэр именовал себя «современным» республиканцем, исповедующим «динамический консерватизм». При этом президент пояснял, что предпочитает быть «консерватором, когда дело касается денег, и либералом, когда речь заходит о людях». Вступив в должность главы исполнительной власти, Эйзенхауэр не планировал резких изменений в политике. Напротив, он намеревался некоторое время поддерживать сложившийся статус-кво, чтобы дать возможность управленческому аппарату приноровиться к новым обязательствам правительства.

Вряд ли Айк был отлит по той же «активистской» форме, что и президенты Тедди или Франклин Рузвельты, но и пассивной фигурой – вроде Гардинга или Кулиджа – его не назовешь. Скорее он проповедовал «закулисное» президентство, делегируя часть наиболее заметных обязанностей ближайшим помощникам. В своей деятельности он предпочитал претворять в жизнь уже выработанную политику, а не изобретать новую. Эйзенхауэр избегал эффектных появлений на публике. Вместо того он упорно и кропотливо трудился над достижением согласия внутри своей администрации. В особенности много сил у него занимали взаимоотношения с Конгрессом, который большую часть его президентства находился под контролем демократов. Ограничения президентских полномочий Эйзенхауэр рассматривал как часть более широкой кампании по ограничению власти федерального правительства, и подобное отношение сильно отличало его от политических лидеров двух предыдущих десятилетий.

Примером той области, где правительство Эйзенхауэра намеревалось отказаться от прежних активных позиций, могла служить индейская политика. Намеченные здесь перемены были призваны снизить как уровень федерального контроля, так и размеры правительственных затрат. Республиканцы решили отойти от выработанной в течение десятилетий «нового курса» политики по отношению к коренному населению. Прежняя политика была ориентирована на защиту интересов индейцев, бережное отношение к их самобытности и соблюдение суверенитета индейских племен. Администрация Эйзенхауэра намеревалась покончить с системой резерваций, ограничить суверенитет племен и в очередной раз переселить индейцев с их исконных земель в самую гущу городской, цивилизованной Америки. Подобная стратегия, по мнению Эйзенхауэра, должна была положить конец зависимости индейцев от федерального правительства и ускорить процесс их ассимиляции в белое общество. Как заметил историк Дэвид Р. Льюис: «Конгресс намеревался самоустраниться от возни с индейцами». За красивыми словами об «освобождении» коренного населения скрывался простой расчет: чиновники получали возможность освободиться от излишних расходов, а частным предприятиям открывался доступ к природным богатствам, скрытым в глубине индейских земель.