США: История страны - Макинерни Дэниел - Страница 107

Начавшиеся в июле 1951 года мирные переговоры растянулись на два года, а боевые действия тем временем продолжались. К моменту, когда в июле 1953 года было подписано соглашение о перемирии (по сути означавшее конец войны), более 54 тыс. американцев сложили головы в далекой Корее, еще 100 тыс. были ранены. Среди корейцев потери составляли свыше 2 млн человек. Данный конфликт стал первым в длинной череде эпизодов, когда холодная война превращалась в «горячую», и Соединенные Штаты бросали войска в бой против коммунистической экспансии. Он продемонстрировал, насколько расширились полномочия президента и как государство может вступать в сражение без объявления Конгрессом войны. Корейский конфликт также стал поводом для глубочайшего национального разочарования: действительно, страна, победившая могущественные державы Оси, не смогла справиться с Северной Кореей. А еще эта война сыграла фатальную роль в судьбе демократов, которые на выборах 1952 года лишились всего – и президентства, и большинства в сенате и палате представителей.

Политика сдерживания президента Эйзенхауэра, 1953–1961 годы

Новый президент был фигурой, хорошо знакомой и внушающей надежды большинству американцев. И внешняя политика, которой придерживался Дуайт Эйзенхауэр в течение двух своих президентских сроков, базировалась на хорошо знакомом и обнадеживающем принципе сдерживания. Однако для достижения намеченной цели республиканцы намеревались использовать более сильные и смелые, более экономичные, более избирательные и менее тривиальные методы, чем их предшественники-демократы.

Дерзость новой администрации в полной мере отражалась в речах (вот уж образец возвышенной риторики!) ее государственного секретаря, Джона Фостера Даллеса. Будучи строгим моралистом и глубоко религиозным человеком, Даллес трактовал окружающий мир как арену борьбы двух начал – добра и зла. И он намеревался не просто сдерживать врагов (понимай: силы зла), а нанести им сокрушительное поражение. Идея простого сдерживания коммунизма не удовлетворяла Даллеса, он мечтал полностью «низложить» коммунизм и «освободить» порабощенные народы. Этого человека не пугала перспектива балансирования на грани войны, напротив, он подталкивал президента к открытой конфронтации – дабы раскрыть карты врагов и показать всему миру серьезность коммунистической угрозы.

В условиях, когда американская ядерная монополия сменилась олигополией, Даллес и Эйзенхауэр призывали к усилению мер безопасности. С этой целью они намеревались увеличить количество ракет с ядерными боеголовками и провести модернизацию систем наведения. Соединенные Штаты противопоставят силе еще большую силу. Враг вынужден будет считаться с таким фактором, как «гарантированное взаимное уничтожение». Администрация Эйзенхауэра настаивала, что знает способ, как это обеспечить: надо лишь накопить ядерный арсенал необходимого размера и диапазона – этого будет достаточно, чтобы отвратить потенциального неприятеля от идеи воспользоваться своим атомным оружием.

Эйзенхауэр стремился достичь поставленной цели наиболее экономными средствами, избавив нацию от непомерных затрат. Его министр обороны доказывал, что продвинутое оружие поможет «получить больше за свои деньги», как любят говорить американцы. А заключение новых оборонительных соглашений даст возможность объединить существующие военные ресурсы. Таким образом, администрация проводила «новый курс» во внешней политике, пытаясь усилить оборону страны и при этом ограничить затраты.

Помимо того, Эйзенхауэр намеревался практиковать дифференцированный подход к внешней политике – с тем чтобы реагировать на международные события на «субатомном» уровне. Одних зарубежных лидеров следует всячески умасливать, в то время как с другими можно вести себя более жестко и устанавливать собственные правовые нормы. В одних случаях можно делать ставку на силовой подход, иные же конфликты лучше разрешать за столом переговоров. Опять же, некоторые проблемы требуют немедленной реакции Соединенных Штатов, решение других можно (и должно) отложить – либо в силу их незначительности, либо, напротив, в силу чрезмерной сиюминутной опасности.

Именно так – тщательно анализируя ситуацию – нация сможет получить максимальную выгоду при минимальных затратах.

Наконец, последнее ноу-хау республиканской администрации касалось огласки ее деятельности. Теперь наиболее одиозные зарубежные акции она предпочитала проводить скрытно. С этой целью в 1947 году было сформировано Центральное разведывательное управление (ЦРУ), которое возглавил брат госсекретаря Аллен Даллес. Эта организация, теоретически предназначенная для сбора и анализа информации, на самом деле поддерживала военные операции США – порой корректируя их и «облагораживая», а порой и замещая. Агенты ЦРУ не просто наблюдали за ходом международных процессов, а активно вмешивались, используя целый арсенал средств для достижения желанной цели. В ход шли и подкуп должностных лиц, и финансовая поддержка оппозиционных организаций, и профессиональная тренировка войск, и даже свержение неугодных правительств. В целом же деятельность ЦРУ позволяла избирательно реагировать на возникающие международные проблемы и ослаблять позиции врага, так сказать, изнутри. То есть служила все той же цели – обеспечивала безопасность страны при минимальных издержках.

Джон Фостер Даллес

Надо сказать, правительство Эйзенхауэра вполне преуспело в своем замысле: большая часть внешнеполитических акций на раннем этапе оставалась «невидимой». Так, в 1953 году сотрудники ЦРУ подготовили политический переворот в Иране. На смену законному премьер-министру Мохаммеду Моссадеку – чья политика национализации нефтяной промышленности угрожала западным интересам – пришел шах Мохаммед Реза Пехлеви. Заручившись американской поддержкой, он благополучно правил на протяжении последующих 26 лет. Также в 1954 году ЦРУ возглавило мятеж против гватемальского президента Хакобо Арбенса Гусмана, который со своей земельной реформой перешел дорогу такому гиганту-монополисту фруктового бизнеса, как «Юнайтед фрут компани».

В том же самом году агенты ЦРУ приняли активное участие во вьетнамских событиях. Начав помогать Франции в борьбе против Национального фронта Вьетнама, Соединенные Штаты вынуждены были постоянно наращивать свою помощь по мере того, как французы медленно, но верно проигрывали войну в этом регионе. К 1954 году, когда французам пришлось окончательно покинуть Вьетнам, США уже оплачивали три четверти всех военных расходов. Правда, Эйзенхауэр ограничивался финансовой помощью. Вводить войска он отказался, справедливо подозревая, что для американцев эта война окажется не менее гибельной, чем для французов. С другой стороны, самоустраниться он тоже не мог, поскольку опасался, что коммунисты прочно захватят власть во Вьетнаме, и это фатальным образом отразится на других странах региона. Выводы из его собственной «теории домино» заставляли президента наращивать поддержку антикоммунистических сил в данном регионе части планеты. Согласно принятым в 1954 году соглашениям, Вьетнам поделили на две части, и воссоединение страны должно было состояться после выборов 1956 года. Хотя Соединенные Штаты не подписывали указанных соглашений, они приняли самое деятельное участие в формировании правительства Нго Динь Зьема в Южном Вьетнаме. В дальнейшем американцы оказывали Зьему поддержку через СЕАТО – Организацию договора стран Юго-Восточной Азии. Упомянутый договор представлял собой военный пакт, объединяющий Великобританию, Австралию, Филиппины, Таиланд и другие государства региона. Специалисты из ЦРУ оказали неоценимую помощь Зьему, по сути, создав для него в Южном Вьетнаме и армию, и полицию.

Впрочем, Зьем нуждался в любой помощи, поскольку являлся весьма спорной фигурой на политическом небосклоне Вьетнама. По своим убеждениям он был скорее националистом, чем реформатором. К тому же происходил из старинной католической семьи, что сильно осложняло его положение в буддистском обществе. Но больше всего нареканий вызывали его моральные качества: проявляя крайнюю суровость к личным врагам, Зьем закрывал глаза на коррупцию и взяточничество, получившие широкое распространение в государстве. Стоит ли удивляться, что американский протеже не пользовался авторитетом и поддержкой у собственного народа? Эйзенхауэр прекрасно понимал, что у Зьема нет никаких шансов выиграть выборы 1956 года – северо-вьетнамский лидер коммунист Хо Ши Мин опережал его по всем статьям. Такого американские власти допустить не могли, поэтому они попросту заблокировали обещанные демократические выборы. Это позволило продлить правление Нго Динь Зьема, но обошлось Соединенным Штатам в изрядную сумму. Итак, американские деньги по-прежнему текли рекой в Южный Вьетнам, а народное сопротивление непопулярному режиму возрастало.