Долг воина - МакКенна Джульет Энн - Страница 102

Мои мысли свернули к Хенси и Риднеру. Не только незначительные Имена вроде Ден Венета пострадают, если оба Имени втянут своих союзников в битву. Мои братья — арендаторы Д'Олбриота, но они покупают камень из карьеров Ден Ренниона. Стычки из-за товаров и услуг вспыхнут от Астовых болот до Мыса Ветров, и люди менее богатые пострадают первыми. Я закрыл глаза, ища путь через этот лабиринт.

— Это все, что нам нужно знать? — Легкий сарказм Авилы пробудил меня от попыток вообразить себе все возможные последствия плана, который непреодолимо складывался в моей голове.

— Спасибо, моя госпожа. — Темар взглянул на барышню с неожиданной укоризной.

Авила встала, оправляя юбки.

— Что ж, теперь у меня есть еще один шанс увидеть, сколько разных платьев может носить одна женщина в один и тот же день.

— Могу я отнять минуту вашего времени? — Я встал, сжимая руки за спиной, официальная поза укрепляла мою решимость.

Леди Чаннис улыбнулась.

— Райшед?

Я глубоко вдохнул. Некоторые идеи выглядят вполне убедительными в вашем собственном представлении, но звучат как бред сумасшедшего, когда вы пытаетесь их объяснить.

— Мы уверены, что Дом Тор Безимара разжигает враждебность к Д'Олбриоту и Д'Алсеннсну, не так ли? Но мы не можем убедительно доказать это перед судом. — Я на мгновение умолк в нерешительности. — Суды — официальная обстановка для императорского правосудия, но слово императора всегда остается главным, как это было и до Хаоса. Обычай требует, чтобы император выслушал все доводы, прежде чем примет решение, но ничто его к этому не обязывает. Тадриол мог бы просто объявить решение, если бы имел достаточно свидетельств, чтобы склонить чашу весов.

— В наше время слово императора было законом. — Авила снова села.

— Что, если бы мы могли доказать враждебность Тор Безимара самому императору? — Я посмотрел на леди Чаннис. — Тадриол мог бы поддержать Д'Олбриота, не дожидаясь, когда суды разотрут все пергаменты в пыль. Чем дольше тянется эта ссора, тем хуже последствия для всех, от знатных Имен до простого народа. Тадриол поклялся защищать все сословия, не так ли?

— Он не захочет открытой войны между Д'Олбриотом и Тор Безимаром, — с расстановкой произнесла леди Чаннис. — Особенно если ее можно будет избежать.

— Ваши Дома приняли бы императорский указ, разрубающий все эти хитроумные споры перед судом? — с надеждой спросил Темар.

— Учитывая последствия для незначительных Домов, если Тор Безимар и Д'Олбриот вцепятся друг другу в глотки? — Леди Чаннис задумалась. — Большинство поддержали бы императорский указ, хотя бы ради того, чтобы спасти свои собственные Имена.

— Мы знаем, что Малафи Скерн — доверенный слуга вдовы Тор Безимар, — продолжал я. — Она должна быть к этому причастна.

— Без ее ведома никто в том Доме и шпильки не выбросит, — согласилась леди Чаннис.

— Что, если мы заставим ее выдать то, что она знает? — предложил я.

— Перед свидетелями? — Леди Чаннис покачала головой. — Она никогда этого не сделает, к тому же свидетелей всегда можно опорочить.

— А если она не будет знать, что есть свидетели? Что, если мы спровоцируем ее на хвастовство или угрозу? — настаивал я. — Что, если сам император услышит ее?

Леди Чаннис выглядела озадаченной.

— Ты хочешь вызвать ее на откровенность, пока император прячется за дверью, как служанка в плохом маскараде?

— Дириндал для этого слишком хитра, Раш, — разочарованно вставил Темар.

— А если применить Высшее Искусство, чтобы она говорила, забыв про свою обычную осторожность? — При мысли о заклинаниях у меня опять свело живот. — А что, если, оставшись с вами наедине, моя госпожа, она будет уверена, что все ваши утверждения можно отрицать? По городу носится множество слухов. Ничего необычного в том, что вы захотите их с ней обсудить.

— Тор Безимары должны чувствовать себя в безопасности, — неожиданно вмешался Темар. — У них нет причины думать, будто мы их в чем-то подозреваем.

— Им станет известно об этом к концу дня, если я знаю Гальела, — с печалью откликнулась леди Чаннис.

— Дириндал должно быть очень любопытно, что думает сьер, — подсказал я.

— Если ее разозлить, действие Высшего Искусства намного усилится, — заметила Авила.

Леди Чаннис нетерпеливо замахала руками.

— Какой в этом толк? Положим, Дириндал мне в чем-то признается, но это будет мое слово против ее, а я едва ли беспристрастный свидетель.

— Император мог бы все видеть и слышать, если бы маг сотворил нужное гадание, — сказал я ей. — Дириндал бы этого не знала.

Леди Чаннис раскрыла рот.

— Гадание — просто картинка без звука. — Казуел хмурился в раздумье. — Это можно сделать, если создать связь, но тогда тебе понадобятся два мага. Один будет с ее милостью, другой — с императором.

— У нас есть Аллин и Велиндра, — напомнил я. — Та, или другая, или обе вместе могли бы помочь. Планир не будет против, если это позволит нам покончить с распрей.

— Мне бы пришлось находиться рядом, чтобы творить Высшее Искусство на Дириндал, — заметила кстати Авила.

— Дириндал никогда не выдаст себя перед тремя свидетелями, — категорически заявила леди Чаннис.

— А вы не могли бы находиться в соседней комнате, барышня? — стоял на своем я. — Вне поля зрения?

Авила минуту подумала.

— Да, думаю, да. Мастер маг?

Казуел энергично кивнул.

— Короткое расстояние — не помеха.

Леди Чаннис недоверчиво покачала головой.

— Это увлекательная фантазия, Райшед, но совершенно безумная. Как мы это сделаем? Дириндал будет подозревать глаза и уши за каждой портьерой и закрытой дверью, если придет сюда, а я, несомненно, не пойду в резиденцию Тор Безимара. Иначе меня увидят, и, когда известие о вражде между Домами выйдет наружу, это породит всевозможные слухи, которые ослабят Гальела.

— А вы не можете встретиться на нейтральной земле? — нетерпеливо спросил Темар.

— У портних? — с надеждой предложил Казуел. — У ювелиров?

— Такие люди приходят к нам, мастер Девуар, мы к ним не ездим.

Слова леди Чаннис звучали доброжелательно, но маг все равно покраснел до корней волос.

Я мысленно вернулся назад, к тем дням, когда я только стал присягнувшим и сопровождал незначительных барышень Дома. Куда они ходили, чтобы посплетничать, не опасаясь ушей старших?

— У торговца перьями?

— Это хотя бы правдоподобно. — Леди Чаннис криво улыбнулась. — Эти проклятые вещи так легко ломаются, что мы всегда покупаем их в последнюю минуту.

— И даже госпожам Имени приходится ехать к торговцам, так как ни один из них не рискнет разносить столь хрупкий и драгоценный товар от резиденции к резиденции, — кивнул я.

— Есть такой торговец перьями, где Дириндал могла бы с вами встретиться? — спросил Темар.

— Мастера Анхаш и Норн, — ответила леди Чаннис насмешливым тоном. — Единственное место, торгующее перьями на этом празднике, мой мальчик. — Первый раз в ее голосе появились признаки слабого оптимизма. — Где знатным покупателям показывают самый отборный товар в уединенной комнате.

— Стоит попробовать, — убежденно сказал я. — Открытая вражда между Д'Олбриотом и Тор Безимаром никому не пойдет на пользу.

— Верно, — согласилась леди Чаннис. — Но если мы решимся на это безумие, то у нас очень мало времени. Боевые линии между Домами будут прочерчены к наступлению ночи.

— Тогда немедленно пошлите вдове Тор Безимар письмо и заманите ее на встречу с вами, моя госпожа. — Я стал загибать пальцы. — Нам нужно, чтобы вы, Авила и Велиндра были у торговца перьями до прибытия Дириндал. Затем нам троим нужно убедить императора выслушать нас. — Я посмотрел на Казуела, на его лице боролись страх и азарт. — И нам нужно каким-то образом узнать, когда именно Казуел должен творить свою магию.

— Аллин могла бы послать сообщение, — предложил Темар.

— Не представляю, как вы добьетесь аудиенции у Тадриола всего за несколько часов до самого крупного светского события этого праздника. — Леди Чаннис не хотела нас обескуражить, но она была права.