Северная буря - МакКенна Джульет Энн - Страница 85

Возвращается к берегу. Значит, нам в другую сторону.

Заставив себя выпрямиться, Кейда поволок Дева за плечи, проламывая дорогу в подлеске, прочь, прочь от этого страшного пляжа.

Глава 15

Сидя в кресле с высокой спинкой, затянутом в тонкой работы вышитый чехол, Велиндре позволила себе на миг насладиться светом солнца, льющимся сквозь окно с распахнутыми ставнями. Затем открыла свежий календарь, лежавший на коленях поверх лавандового платья, и пометила двадцать девятый день Послевесня. Осторожно положила перо на восьмигранный стол рядом с собой и подула на чернила, чтобы высохли, после чего закрыла книжку. И поджала тонкие губы так, что они почти исчезли. Уже тридцать дней она здесь, а к решению не приблизилась.

Она выглянула на мощеную площадь за окном, на разбитый на ней садик, на бьющий посередине фонтан. Подметальщик неспешно занимался своим делом: смахивая пыль с плит, одновременно напуская на себя неприступный вид, чтобы нищий сброд не совался на площадь. Няня, одетая в желтое, вывела стайку возбужденных детишек из пристойного на вид дома с белеными стенами и порыжелой черепичной крышей. Пока малыши мчались к саду, в границах которого ждала свобода, некий безымянный юнец с ручной тележкой остановился, чтобы поговорить с няней. Бросив взгляд на завешенные окна, няня что-то вложила ему в руку, прежде чем поспешить за своими подопечными. Одна из двух маленьких девочек в чем-то обвиняла бойкого мальчонку, подбоченясь, меж тем как он раскачивался на зеленых крашеных перилах. Велиндре, утратив любопытство к жизни площади, поглядела на стремительно плывущие облака в чистом голубом небе. Достаточно мало мощи, чтобы возник соблазн. Релшаз слишком далеко на юге, чтобы найти ту высокую ленту воздуха, которую она накинула на озеро Азазира, и слишком далеко на севере, чтобы добраться до противостоящей, пересекающей небо над Хадрумале.

Пока что ничто не тронуто бурями, несущимися с залива, чтобы разразиться над Лескаром и Каладрией, меж тем как с широких равнин уходит летняя жара. Она ощущала далеко за горизонтом широкую дугу земли Торемала, где горы препятствуют продвижению буйных ветров с открытого океана.

Мощи довольно мало, не хватает, чтобы поискать подпитки. Капли пота стекали между лопатками и между грудей, несмотря на то, что здесь отнюдь не жарко. С новообретенными умениями она вполне могла бы еще раз призвать дракона, даже полагаясь хотя бы на эти рассеянные ветерки в мирных небесах. И тут же поправила себя: другого дракона. Первый погиб в схватке с детищем Азазира. Тот, как и его противник, был не настоящим драконом, а лишь подобием, сооруженным силой волшебства не очень надолго. И все же, то было создание, способное ликовать, паря в стихии, которая завораживала и саму волшебницу. Создание, осужденное угаснуть, едва ли успев понять, что оно такое и где находится. Если только не бросить его немедленно в жестокий бой, насмерть против столь же несвободного порождения другого колдуна.

Пот выступил на лбу. Велиндре внезапно почувствовала тошноту. Осторожно встав, она подошла к буфету и налила себе вина. И стояла неподвижно с рюмкой в руке. Но тут стук в дверь всполошил ее, и она разлила вино по искусно вышитой льняной скатерке, покрывавшей блестящее дерево.

— У тебя гость, милочка, — дружелюбная вдова, сдававшая ей эти две уютных комнатки, так и просияла, отворив дверь. — А ты говорила, у тебя нет знакомых в Релшазе, — упрекнула она.

— Нет, — резко отрезала Велиндре и передвинулась, чтобы загородить пролитое вино.

— Милочка, а она говорит, что твоя подруга, — улыбка вдовы дрогнула, и хозяйка поправила игривое кружево, свисавшее с черепахового гребня, поддерживавшего сложную прическу. — Говорит, она госпожа Эстерлин. Провести ее сюда?

— Нет надобности, — кто-то непринужденно рассмеялся в прихожей. — Велиндре, моя дорогая, неудивительно, что ты так стройна, если каждый день взбираешься по этим лестницам.

Внушительная на вид особа в изящном наряде нефритового шелка возникла в дверях, обмахиваясь собранным на серебряный костяк веером зеленых перьев. Вдова чуть посторонилась, давая гостье возможность проплыть мимо себя.

— Не стану вам мешать.

— Спасибо, — Велиндре уделила хозяйке дома короткий кивок. Вдова закрыла дверь с силой, свидетельствовавшей о ее негодовании.

Посетительница выразительно поморщилась, положив легкий шерстяной сверток и веер на старомодный столик атласного дерева.

— Не думаю, что она принесет нам медовые лепешки.

— Да уж вряд ли. — Велиндре сложила руки. — Какое неожиданное удовольствие видеть тебя, Мелита.

— Неожиданное, что правда, то правда. — Теперь гостья рассмеялась не без жесткости, чувствуя себя уверенно за закрытой дверью. Проницательные серые глаза не упустили ничего в комнате, задержавшись на столе у нарядного изразцового камина. На столе ровными стопками стояли двадцать или более переплетенных в кожу книг. Толстая пачка дорогой тростниковой бумаги с заметками лежала между ними строго посередине. — Меня поразило, когда я узнала, что ты уже столько времени в городе и не наведалась ко мне. — Она посмотрела на Велиндре с ожиданием на пухлом лице.

— Тебе любопытно, что я читаю? — Велиндре прошла через комнату широким шагом и подхватила книгу с самого верха стопки. — Лосенна. «История Южного Торемала». И вот, — она подняла следующий том. — Ден Джаромире. «О животных и птицах Мыса Ветров».

— Ты проплыла вдоль всех тормалинских берегов, — с пониманием кивнула Мелита. — Правда, больше всего меня занимает, почему мой книгопродавец упомянул, что ты покупаешь все, что он может найти о природе драконов.

Велиндре бережно вернула книги на место.

— Едва ли я обязана давать тебе объяснения, как ученица. Впрочем, — продолжила она, не дав гостье заговорить, как та порывалась, — сама знаешь, я была ученицей Отрика. Неудивительно, что я в чтении следую его пути.

— Ничуть. Я прекрасно помню, что ты делала это десять лет назад. А то и раньше. Он мне рассказывал. — Мелита пересекла помещение, прошелестев обшитыми кружевом нижними юбками, и уселась в кресло, парное к тому, которое освободила Велиндре. — В свое время мы были друг с другом откровенны, — продолжала она со слабой насмешкой. — И не столько то, что ты читаешь, сколько то, где ты это читаешь, не дает мне покоя. Для меня полная неожиданность встретить тебя не на Хадрумале.

— Можно многому научиться, покинув берега нашего острова, — ровным голосом ответила Велиндре. — Отрик научил меня этому.

— Жаль, что Отрик не научил тебя, как налить прекрасное вино в рюмку, не расплескав его. — Мелита откинулась на спинку кресла, глядя на испачканную скатерть. Солнечный свет выхватил серебро из ее каштановых волос. — А он научил тебя, как возвыситься над обманутыми надеждами?

Велиндре холодно улыбнулась:

— Можешь уверить Владычицу Потоков Троанну или Верховного Чародея Планира, или кому ты там еще докладываешь, что я не сижу здесь, рыдая над разбитыми мечтами.

— Как я себе представляла, возвышение Рафрида может все еще быть чувствительным вопросом, — Мелита беспечно махнула рукой, унизанной перстнями. — Ты меня неверно поняла. Я здесь не по чьему-нибудь заданию. О, если Планиру любопытно то, что творится в этом муравейнике, я сую нос туда-сюда, если мне угодно что-то выяснить, но от меня это редко требуется. У меня множество дел, и куда более увлекательных, чем читать негодные списки тех книг, которые я нашла занудными еще в прежние годы на Хадрумале. Поэтому мне странно видеть, что ты их читаешь.

Велиндре почувствовала, что тошнота возвращается.

— И то, чем я занята, имеет отношение к волшебству? — спросила она.

— Релшаз мало озабочен волшебством, если вообще озабочен, — прыснула Мелита. — А страсти вокруг занятия городских должностей кипят так, что куда там чародеям Хадрумале с их желанием войти в Совет.

— Я и не сомневалась, — отстраненно произнесла Велиндре.