Северная буря - МакКенна Джульет Энн - Страница 110

А не сообщают ли небеса, что наша сомнительная затея все же увенчается успехом? А где Рубин, если это камень огненного дракона, истинного создания стихийного необузданного волшебства? Рубин, как и прежде, движется по дуге странствий. Ничего удивительного, если учесть, что дракон должен откуда-нибудь явиться. Но какое отношение имеет к нему Рогатая Рыба? Она — странное создание: живет в океане, а кровь теплая, и малышей выкармливает. Кость, которую я нашел, странствуя на север, была вырезана в форме драконьего хвоста, а принадлежала Рогатой Рыбе. Что бы это значило?

Он прервал свои раздумья, перебираясь через упавший ствол и бдительно оглядывая заросли высоких железных деревьев, неистово раскачивавшихся, противясь буре, налетавшей со всех сторон.

Должны быть еще какие-то знаки Рубина, ибо Аметист лежит прямо напротив, где раскинуло ветви Древо Кантиры, рассказывая о близких людях, друзьях и соратниках. Аметист дарит спокойствие, новые мысли, новые начинания. Древо Кантиры первое пускает побеги после того, как пожар истребит лес. Да семена его и не прорастут, если не пройдут сквозь огонь. Нет ли здесь намека, что мы сумеем преодолеть бедствия, принесенные драконам? Жемчуг и Опал защищают от чудовищ. Луны пометили голову дракона, а что у хвоста? Жемчуг и Опал противоположны Морскому Змею. Чем это грозит? Возможно, скрытая тьма несет погибель. Сама Смерть лежит против Опала в этих пределах неба, где Сеть опутала не только знаки беды, но и те, что говорят о наследовании. В этой небесной дуге нет ни значительных звезд, ни самоцветов.

Но что все это значило бы, если бы вдруг кому-то из нас вышиб мозги упавший сук? Просто и ясно! Всеобщее бедствие.

Он отказался от бесплодных раздумий, ибо рев падающей воды перекрыл звуки непогоды. Там, где стояли оба волшебника, тропа внезапно обрывалась у края глубокой теснины, скалы были темны и поросли мхом. Меж них, громыхая, падал в бездну ослепительный водопад. Брызги взлетали и осыпали густые папоротники на склоне теснины, те серебрились, как в тумане.

— Он скрывается в одной из этих пещер, верно? — Ризала вытерла дождевую воду и вгляделась в расколотую скалу, вздымающуюся из лесной чащи на дальнем берегу.

Словно не замечая, как намокла одежда, Велиндре изучала оловянного цвета скалу в черных оспинах углублений.

— Забавно, что такое место выбрал огненный дракон для логова.

— Не поспорим ли, в какой именно пещере? — с легким озорством на мокром лице предложил Дев. — Если чувствуешь себя достаточно уверенной для посягательств на мою стихию.

— Самый посредственный волшебнорожденный, связанный с водой, почувствовал бы, что огонь привлечен в это место водопадом, — оживленно заметила Велиндре. — Несмотря на противоположность огня и воды. — Она поглядела на верхушки раскачиваемых ветром деревьев на кромке обрыва; складка меж ее бровей углубилась, и она серьезно задумалась.

— Ну, так дракон в пещере? — встревоженно спросила Ризала.

Кейда коснулся рукой меча.

Впрочем, много ли теперь пользы от клинка?

— Нет, но он может попасть туда в мгновение ока, если пожелает, — ухмыльнулся Дев. — А он пожелает, как только я дотронусь до его сокровищ. Когда берешь чьи-то камни, непременно привлекаешь внимание хозяина, это все равно что за яйца потянуть, — и он буйно расхохотался.

Кейда снял бурдюк с плеча и утолил жажду. Затем предложил выпить Ризале.

— Ты чувствуешь волшебство дракона, Дев? Ты чувствуешь как раньше?

— Что? — колдун казался малость рассеянным. — Нет, гораздо хуже.

— Мы не можем ждать. — Едва Велиндре закрыла рот, как в тучах над головой пронесся трескучий раскат грома. — Идем, Дев. Пора начинать.

— Как мы переберемся на ту сторону? — Ризала вгляделась в пропасть.

Кейда поглядел вниз по течению:

— Тут есть мост.

— Что? — Велиндре оторвала взгляд от туч. — Он же качается.

— Сойдет, — Дев уже осторожно двинулся в сторону переправы. — Для меня в самый раз.

Кейда поколебался, прежде чем последовать за ним, опасаясь поскользнуться под струями обжигающе холодного дождя.

— Здешние пещеры должны отлично подходить для созерцания и поисков знаков. Велиндре, где ты собираешься создавать облачного дракона? Тебе каменные своды не помешают?

— Нет, туда я не пойду, — отрезала ведьма. — Я останусь здесь. — Она воззрилась в небо, и ее светлая коротко остриженная голова озарилась слабым голубым свечением.

— Останешься с ней? — Кейда поглядел на Ризалу. — Не хочу, чтобы ты оказалась с нами, если мы с Девом навлечем на наши головы гнев дракона, грабя его сокровища.

Ризала отрывисто кивнула.

— Полагаю, с ней рядом не опасней, чем в пещере.

Кейда взял ее за руку и нежно поцеловал в щеку.

— Если дракон бросится на Велиндре, оглуши ее, — посоветовал он на ухо девушке. Ее холодный мокрый волосок пощекотал его щеку. — Если прервется волшебный след, он может ее потерять. И тогда предоставь колдунью ее участи и спасайся. Кто-то должен рассказать обо всем Итрак, если мы погибнем.

— Ты сам расскажешь ей о своей победе. — Ризала поцеловала его в губы коротко, но страстно. — И как ты спас Чейзенов.

— Идем! — прервал Дев с хлипкого мостика. — У нас дел невпроворот, рано вам ворковать!

— Попытайся найти укрытие, — Кейда оторвался от девушки и поспешил вдогонку за Девом.

Колдун уже проверял на прочность узкий мостик: переплетение веревок из полосатых лиан, удерживающее дорожку из грубо нарезанной коры хакали.

— Погоди! — крикнул ему Кейда.

— Если я упаду, так тому и быть, — пожал плечами колдун. — Нам так или иначе нужно приманить сюда дракона, верно?

— Тут следы, — Кейда встал на колени там, где его взгляд привлекли грязные вмятины на клочке обнаженной земли. — Хотел бы я знать, кто построил этот мост. На работу Дэйшей не похоже.

— Значит, это работа Чейзенов, — в раздражении огрызнулся Дев. — Ты-то откуда знаешь? Ведь ты ни разу не охотился в здешних лесах, так? — И лысый колдун осторожно двинулся вперед по шаткому сооружению над бездной к узкому открытому карнизу между ущельем и скалой с ее загадочными пещерами. — Идем! — Он поманил Кейду, перекрикивая неистовый рев стихии: — Меня выдерживает, выдержит и тебя! Сделаем, что решили?

Кейда поспешил через мост, чувствуя, как тот прогибается и качается под ногами. Разогнавшись, он пробежал разделяющее их расстояние, пока решимость не покинула его. Запнувшись, он остановился около Дева:

— В какую нам пещеру?

— Сюда.

Но Дев глядел не на скалу, а назад через ущелье. Кейда посмотрел туда же и увидел Велиндре, омытую темно-синим светом с крохотным, но ослепительным сапфировым огоньком меж ладоней. Тучи над ведьмой втянулись в витки смерча, иссиня-черного, раздираемого молниями. Смерч протянул жуткую лапищу к волшебнице, но она тут же опутала его чарами, точно сетью, и заперла буйную, рвущуюся на волю стихию внутри голубого сияния с радужными краями.

— Ишь, как поднаторела, — ахнул Дев с забавной смесью восхищения и зависти. — Научила бы меня этому приемчику, когда расхлебаем эту кашу.

— Тогда пошли хлебать, — рявкнул вождь. — Так в какую нам пещеру?

— В эту, — и Дев исчез в наклонном проходе.

Кейда подался за ним. И сделал куда меньше шагов, чем предполагал, когда буйный рев непогоды неожиданно резко оборвался. Пол под ногами оказался пыльным и твердым, и по нему тянулись влажные следы человеческих ног. Стены сужались над головой, по ним змеились трещины. Кейда непроизвольно пригнулся. Он вдыхал запахи сухого камня и мокрого хлопка, отсыревшая одежда, казалось, сдавливала его, подобно смыкающимся стенам.

Обогнув угол, Дев воздел ладонь, наполненную ярким колдовским светом, и Кейда, идя за чародеем, попал из узкого прохода в обширную пещеру. Стены, расступившиеся в стороны, обточила вода, за скругленными углами начинались новые ходы, уводящие в незримые глубины. С одной стороны вход в туннель, поднимавшийся над головой Кейды, осыпался, и внизу лежало каменное крошево. Высокие своды, черные и загадочные, почти не проглядывались, лишь кое-где свисали сталактиты, отливающие мягкими оттенками голубого и бурого. Навстречу им поднимались камни самых поразительных форм, бросавшие на пол непроницаемые острые тени.