Огонь с юга - МакКенна Джульет Энн - Страница 55

На их пути выросла сторожевая башня. Единственный проход, через который можно было попасть внутрь башни со стены, маленькая дверца, неожиданно оказалась закрыта. Диал яростно постучался.

— Отворите Дэйшу Кейде! Или вы не только слепы, но и глухи?

Кейда услышал, как приглушенное движение внутри поспешно затихло. Он шагнул вперед и наклонился к самой замочной скважине, затем произнес, холодно и отчетливо.

— Я Дэйш Кейда. Откройте немедленно, или я потребую ваших голов за такое оскорбление.

Засовы были немедленно отодвинуты, и дверь открылась, чтобы явить взору владыки двоих юнцов, едва ли достаточно взрослых, чтобы бриться, не говоря уж о том, чтобы служить в личной охране Уллы Сафара. Ни один из них не заговорил, но в их глазах ясно угадывался ужас.

— Мерзкий сброд! — Диал шагнул вперед, наполовину выдвинув из ножен меч.

Дверь позади мальчишек стояла распахнутая настежь, и Кейда увидел, как кто-то убегает по стене.

— Не стоит тратить на них время. — Он толкнул Диала к дальней двери. Они побежали дальше, обнажив мечи, и острые клинки сияли, точно осколки красовавшейся в небе Малой Луны. Огоньки начали появляться на всех верхних уровнях крепости. Кейда на них даже не глядел.

Сущие юнцы на часах, едва ли они вообще чему-то обучены. Улла Сафар выплакал бы все глаза, извиняясь перед Ритсемом Кайдом и Редигалом, на чем свет стоит кляня безрассудство своего начальника стражи, доверившегося юнцам, по невнимательности и неопытности пропустившим начавшийся в крепости пожар. Конечно, раз уж ходит молва о врагах-колдунах, явившихся с юга, этого и следовало бы ожидать. Мальчишек, безусловно, приговорили бы к сажанию на кол, а начальника стражи выпороли так, что шрамы остались бы на всю жизнь. И тем не менее я был бы мертв вместе с самой влиятельной моей женой, способной много кому помешать. Вместе с Итрак Чейзен и, возможно, большим числом наших спутников, которые могли бы пролить свет на здешние темные дела.

Следующая башня была пуста, а двери открыты. Третья по счету, правда, оказалась на запоре. Диал поднял рукоять меча, чтобы ударить по неподатливому дереву. Секундой раньше дверь открылась, и наружу вывалился воин Уллы в полном доспехе. Он налетел на Диала, сбив того с ног, и клинок воина Дэйша лишь без толку царапнул покрытое кольчужной сеткой плечо. Падая, Диал схватил нападавшего, обвив руками его шею, а ногами — его ноги. Вдвоем они свалились с парапета, и вскоре с треском сломанных костей и отчаянным криком боли приземлились в мощеном каменными плитками внутреннем дворике.

Меч Кейды встретил резкий удар сияющего клинка того, кто следующим выскочил из башни. Как и первый, безымянный воин, он был в шлеме с лицевыми пластинами и тонким кольчужным покрывалом. Владыка попятился, отражая второй удар, рубящий, с широким замахом, нацеленный ему в бок. Кейда же, почти обнаженный, никак не мог без смертельного риска для жизни атаковать человека в полной броне.

— Пропусти меня, мой повелитель. — Гал придвинулся к нему сзади.

— Места нет. — Кейда повернул запястье, чтобы отвести новый смертоносный выпад, направленный ему в живот.

— Мой господин! — Тревога, переполнявшая голос воина, привлекла внимание Кейды к топоту бегущих ног, доносившемуся откуда-то из-за спины.

— Мечи в ножны!

Услышав позади голос Уллы Орхана, Кейда от изумления чуть не пропустил очередной удар.

— Уберите клинки! — В полных ярости слова юноши прозвенело зловещие эхо излюбленных интонаций его отца. Воин, стоявший перед Кейдой, отступил на шаг, настороженно опустив меч.

— Нам сказали, что на стенах захватчики.

— Во внутренней крепости? — Голос Орхана был недоверчиво холоден. — При отсутствии проломов во внешних укреплениях?

— Говорят о волшбе, хлынувшей с юга. — Воин все еще не убрал оружие в ножны. — Кто знает, где могут появиться чародеи?

Ты, очевидно, очень смел, если бросаешь вызов наследнику владения. Ты получил приказы от кого-то, достаточно близкого к Сафару, чтобы он мог считаться устами самого владыки.

И все-таки Дэйш Кейда дерзнул оглянуться и увидел, что Орхан облачен в свою, сделанную специально под его рост броню, а за спиной у него отряд воинов в кольчугах. Мальчик явился, готовый сражаться.

— Улла Орхан, я иду к причалу, чтобы дать знак моей галере забрать нас обратно на борт, — с напором сказал ему Кейда. — Я не могу больше подвергать опасности жизни моих людей. Слишком уж неспокойная сегодня ночь.

— Я не стану тебе противоречить, — напряженно ответил Орхан. — Хотя мне весьма горестно видеть, что в крепости моего отца происходят столь неслыханные вещи.

— Прочь с дороги, — рявкнул Гал на меченосца, преграждавшего им путь.

Воин отступил на шаг. Кейда сделал шаг вперед. Гал у его плеча резко дышал в напряженной тишине. Слышно было, как позади них Орхан вполголоса отдает какой-то приказ, затем зазвенела кольчуга, и один из его людей побежал прочь, несомненно, отягощенный каким-то сообщением. Человек в броне, стоявший перед Кейдой, дал знак тем, кто теснился за ним, и парапет на глазах опустел.

— Я этого не забуду. — Голос Кейды звучал бесстрастно. — Ничего из этого.

— Я тоже. — Орхан медленно заморгал. Вскоре шум внизу всколыхнул новую тревогу в его глазах. — Кто-нибудь свалился?

— Диал, один из моих людей. Ухаживайте за ним как следует, я не брошу его в беде, учтите. — Кейда повернулся, чтобы возобновить свой путь.

Пусть Орхан докажет свои благие намерения достойной заботой о Диале, если тот еще жив.

Что бы ни повелел воинам юный наследник, его слово избавило Кейду и Гала от дальнейших нападений, каждая сторожевая башня открывалась за полминуты до того, как они к ней подбегали, а часовые отступали в сторонку с красноречивой смесью стыда и недоброго предчувствия на лицах. Кейда потерял счет башням, которые они с Галом оставили позади, он тяжело дышал, когда наконец добрался до той, из которой ему открывался приемлемый вид на реку далеко внизу.

— Сигнальный фонарь! — рявкнул он на перепуганного стража.

Вырвав у этого человека фонарь, Гал стал карабкаться по лесенке к люку, выходящему на крышу башни. Кейда поспешил за ним, перепрыгивая через три ступеньки. Гал поставил тяжелый фонарь на предназначенное для этого возвышение; ослепительный свет болезненно бил по глазам. Кейда потянул рычаг, задвигавший заслонки на фонаре. Считая удары сердца, он резким рывком опять открыл свет, закрыл, опять открыл, и так постоянно, с частотой, которую не мог бы не распознать старший дежурный на «Радужном Мотыльке». Кейда вглядывался в коварную тьму, где несколько тусклых огоньков отмечали скопление хижин на берегу позади якорной стоянки. Перед его глазами гуляли световые пятна, вызванные миганием фонаря.

— Гал, ты что-нибудь видишь?

— Пока нет, мой господин.

Они подождали.

— Ага, вот!

Кейда заметил ответные вспышки там, куда указывал его воин. Задержав дыхание, он принялся считать короткие и длинные сигналы.

Это длинный ответ, а не чья-то случайная выходка и не ловкое предупреждение, что корабль захвачен, капитану навязана чужая воля, а матросы боятся за свою жизнь.

— Мы спустимся к пристани, — уверенно заявил он Галу. — Как только галера подойдет, ты отправишься обратно за госпожой Джанне и остальными. Если Улла Сафар собирается еще раз посягнуть на мою жизнь, он может сделать это на глазах у свидетелей, даже многочисленных. Я не ставлю больше под угрозу свою жизнь в темных коридорах, так что Сафар может заламывать руки, досадуя о роковой ошибке какого-нибудь перепуганного подчиненного. Я, разумеется, не допущу, чтобы Джанне по пути угодила в засаду.

— Сюда, мой господин. — Гал безошибочно повел Кейду вниз по винтовой лестнице в толще стены, а затем по коридорам, кишащим перепуганными слугами Улл. Зажигались лампы, отворялись и затворялись двери, все люди одинаково шарахались от двух мужчин с обнаженными мечами и недобрыми лицами.

Последний поворот и еще несколько ступенек привели их к двери во внешней стене крепости. Гал заколотил в нее.