Любовь и каприз - Картер Мэри - Страница 37

— Это не так, — тихо пробормотал Мэтью, но старик все же услышал его слова. — Конечно, я понимаю, что ты чувствуешь, дед. Что бы ты ни думал, я знаю свои обязанности. Но я уже не мальчик, и могу сам о себе позаботиться.

— Ты так думаешь? — теперь в голосе деда звучало не раздражение, а обеспокоенность. — Мэтью, твоя мать очень за тебя волнуется. Честно говоря, теперь, увидев все своими глазами, я тоже обеспокоен. Каролина сказала, что ты ничего не ешь и заметно похудел. Уж не начал ли ты снова пить? — он сделал неопределенный жест в сторону внука. — До такого состояния, как у тебя, одной работой себя не доведешь. Мэтью откинул голову назад.

— Перестань, дед. Я в порядке, честно. И я не пью — во всяком случае, не злоупотребляю спиртным. Всем нам, и даже тебе, иногда требуется легкий допинг.

Дед покачал головой.

— Все дело в той женщине, — с горечью вымолвил он.

— В какой женщине? — Мэтью снова подался вперед, его темные глаза смотрели настороженно.

— Ну, в этой Мейнверинг, естественно, — раздраженно посетовал дед. — Я одного только не понимаю, почему ты не женишься на ней, чтобы покончить со всем этим? Ты же знаешь, она обручилась с Ивановым только потому, что хотела таким образом вернуть тебя, ты же сам мне об этом говорил! Она все еще в Лондоне. Мне это известно от Каролины. Вот только на днях твоя мать встретила ее на каком-то благотворительном приеме. Может быть, эта женщина глупа, но она любит тебя, это несомненно.

— Дед! — Мэтью резко оборвал монолог старика. — Сколько раз говорить тебе, что меня больше не интересует эта… — он нетерпеливо хрустнул пальцами. — Меня больше не волнуют чувства Мелиссы. Я знаю, почему она устроила этот спектакль с таблетками. Ей донесли, что на Дельфосе я не один, но она рассчитывала, что я послушно побегу к ней, как собачонка, стоит только позвать. Правда, это не сработало. Нет, я не отрицаю, что поехал к ней. Но разве можно было поступить иначе — ведь я не знал, насколько серьезно ее состояние. Однако не могло быть и речи о том, чтобы возобновить наши отношения. Поверь, дед, все мои чувства к Мелиссе умерли!

— Тогда почему…

— Что почему? — Мэтью смотрел на него устало и безучастно. — Ради всего святого, дед, неужели вам с матерью нечем больше заняться?

Старик нахмурился. Его седые кустистые брови почти сомкнулись. Дед и внук были очень похожи. Старик пристально смотрел на Мэтью, как бы пытаясь проникнуть в его душу. И когда его внук отвел глаза, он ахнул, не веря, что его догадка кажется верна.

— Ну конечно! — воскликнул он, хлопнув себя ладонью по лбу, как бы в наказание за то, что не сразу догадался. — Я был глупцом! Я же видел все своими глазами! Это она, не так ли? — та, другая, хозяйка кафе!

— О, ради Бога! — Мэтью вскочил на ноги. — Дед, прекрати! Почему ты не хочешь поверить, что я просто очень много работаю? И часто забываю поесть — признаю и это. Но я не один такой. Много людей работает так же напряженно. Из-за того, что я немного сбавил в весе, ты позволил моей матери притащить тебя сюда, чтобы разыгрывать роль строгого папаши? Так вот, в этом нет никакой необходимости. Я не нуждаюсь в том, чтобы меня водили за ручку!

Эта вспышка ничуть не вывела из себя Аристотеля.

— И поэтому в твоей жизни нет места женщине? — мягко спросил он. — Напряженная работа предполагает обет безбрачия?

— Возможно. — Мэтью, поборов раздражение, попытался улыбнуться. — Возможно, — повторил он, подойдя к окну. За окном мерцали огни большого города. Он засунул руки в карманы и, глядя на свое отражение в темном стекле, мечтал о том, чтобы дед ушел. Хватит с него причитаний по поводу того, что он похудел. С этой проблемой он как-нибудь справится. Он боялся другого — как бы крыша не поехала.

— Так твоя связь с мисс Максвелл оказалась не слишком удачной? — услышал он за своей спиной голос деда и сжал кулаки.

— Смотря что ты имеешь в виду, — ответил Мэтью. На него снова нахлынули мучительные воспоминания о Саманте, особенно сильно терзавшие его с наступлением темноты, и пальцы словно ощутили ее нежную кожу… Отчаянно пытаясь избавиться от наваждения, он, утратив бдительность, заговорил:

— Если ты хочешь узнать, оставил ли я заметный след в ее жизни, тебе лучше спросить об этом у ее мужа.

— У мужа? — переспросил Аристотель, и в стекле отразилась его застывшая фигура. — Когда ты привозил ее на Дельфос, она не была замужем.

Мэтью искоса взглянул на него.

— А если б и была? Почему это должно тебя волновать? Помнится, ты сам, и не раз, приводил в этот лом замужних женщин.

— Это не относится к делу, — неожиданно устало приговорил старик. — Женщины, которых я знал, были искушенными. Они знали, на что идут, и были старше. А эта девушка, Максвелл, она молода и, как мне кажется, невинна.

Мэтью уставился на него.

— Откуда ты знаешь? Ведь ты даже не поговорил с ней!

— Ошибаешься. — Старик назидательно поднял руку. — В тот вечер, когда ты уехал к Мелиссе, мы с ней беседовали на террасе. Она чувствовала себя такой несчастной — я видел это. Думаю, это оттого, что твоя мать была более чем бестактна.

Мэтью вспомнил, как бросился к матери после того, как побывал у Саманты в кафе. Он был тогда в отчаянии, и Каролине пришлось принять на себя главный удар. Но даже она не поняла тогда, как глубоко он задет.

— Ведь ты не объяснился с ней сам, прежде чем улететь в Лондон, — с нажимом произнес старик, и Мэтью, который ни с кем ни разу не обсуждал эту тему, покачал головой. — Нет. Она заперла дверь и не слышала, как я стучал…

— А Спиро, конечно, уже ждал тебя… Мэтью кивнул:

— Конечно.

— Но потом, вернувшись в Англию, ты видел ее?

Мэтью помедлил с ответом.

— Мельком. Минут пятнадцать, если быть точным.

Дед нахмурился.

— Ты не извинился? Мэтью вздохнул.

— Конечно, извинился! — воскликнул он. Рассказывать кому-то о своих переживаниях было слишком тяжело, и Мэтью устало добавил:

— Я набрался храбрости и сказал, как я к ней отношусь. И попросил ее жить со мной, а она меня отвергла.

— Ты попросил ее выйти за тебя замуж?

— Нет, не замуж. — Голос Мэтью звучал бесстрастно. — Она ведь все же была помолвлена с другим.

— А, ну да. — Дед кивнул. — Но ведь помолвку можно расторгнуть, не так ли?

— Возможно, — Мэтью тяжело вздохнул. — Может быть, я не хотел жениться. Может быть, я боялся, что вы не допустите этого брака. Может быть, я просто думал, что, женившись, потеряю себя и превращусь в истукана, какого вы с матерью хотите из меня сделать. А кроме того, — давай посмотрим правде в лицо — я не знаю о браке ничего хорошего…

— И я виноват в этом, — резко закончил дед. — Все эти женщины, о которых ты говорил… Ты, наверное, считаешь, что я должен был с большим уважением относиться к твоей бабушке?

— А ты сам так не считаешь? — сухо спросил Мэтью, и старик рассмеялся. — Возможно, ты прав. Но твоя бабушка была совсем не такой, как мисс Максвелл. Она вышла за меня замуж не по любви. Ариадна стала моей женой, потому что этого хотел ее отец. Дело в том, что он желал слияния его компании с моей. — Лицо старика исказила гримаса. — Это было началом «Аполлониус Корпорейшн», понятно? Как далеко мы продвинулись с тех пор!

Мэтью пожал плечами.

— Действительно.

— Итак… — старик помедлил. — Мисс Максвелл теперь миссис?..

— Вебстер, — мрачно ответил Мэтью. — Ее жениха звали Пол Вебстер, я просил Виктора это выяснить.

— Серьезно? — на старика это произвело впечатление. — А когда состоялась свадьба? Мэтью отвернулся.

— В июне, в июле — не знаю. Какая разница? Разве это имеет значение?

— Имеет, если это не дает тебе покоя, — нетерпеливо ответил старик. — Не хочешь ли ты сказать, что не знаешь наверняка, поженились они или нет? Как не стыдно, Мэт! Разве этому я тебя учил?

Мэтью прошел к своему столу.

— Ты забыл, что я ей не нужен, дед. Я узнал об этом в тот день, когда пришел к ней извиняться. Стоило только появиться ее жениху, она не знала, как от меня избавиться.