Охотница - Кэррол Сьюзен - Страница 83

– Это неправда, Мартин, – упрекнула его Кэт. – Вы очень несправедливы к себе. Это я обязана была предупредить вас, что Мег по-прежнему занималась древними искусствами, заставить вас поверить в это.

– Нелегкая задача, моя дорогая, когда человек твердо настроен не слышать. Я хочу, чтобы вы знали, что вы победили. Как только вы достаточно поправитесь, мы отвезем Мег на остров Фэр.

– О Мартин, я вовсе не хотела побеждать. – Кэт печально взглянула на него. – Я никогда не хотела, чтобы вы чувствовали себя вынужденным принять подобное решение. Я надеялся, что со временем вы сможете увидеть, что это – лучшая возможность для нее.

– Сейчас я именно так и думаю. Наверное, я и всегда это видел, только моя душа разрывалась на части, – губы Мартина тронула грустная улыбка. – Но я очень большой эгоист. Мег пробыла рядом со мной так мало. Для меня уже сама мысль, что придется делить ее с кем-то, была невыносимой, даже если этот кто-то – Хозяйка острова Фэр.

Кэт ничего не сказала, просто в утешение протянула ему руку.

Мартин присел на краешек кровати, обхватив ее руку своими ладонями.

– Существует и другая причина, из-за которой я всегда с ужасом думал, что Мег погрузится в древние знания. Мне даже себе самому трудно признаваться в этом. – Мартин облизал губы. – Бывали времена, когда я стоял над дочерью, после того как она засыпала, и вглядывался в ее лицо, трепеща от ужаса, что я вдруг когда-нибудь увижу в ней какие-то следы ее матери. Что, как бы я ни старался, Кассандра все же одержит победу и Мег превратится в «Серебряную розу».

– Этого никогда не случится, Мартин. Нет, если Арианн поведет ее по жизни.

– Я уверен, что вы правы. Я молюсь, чтобы со временем все легенды о «Серебряной розе» забылись. Сколько жизней уже перечеркнула эта проклятая легенда, и, боюсь, что она перечеркнет еще одну. Джейн Дэнвер. Я понятия не имею, как спасти ее, Кэт, если только не рассказать всей правды. Но Мег – моя дочь. Я не могу пожертвовать ею даже ради спасения Джейн. Вы меня понимаете?

– Мы что-нибудь придумаем, Мартин. Как только благополучно переправим Мег на остров Фэр. – Кэт пожала его руку.

Ни один из них не заметил ни скрипа двери, ни хрупкой фигурки, которая их подслушивала. Мег вжалась в стену в коридоре, прижимая руки к губам.

Она спустилась вниз, только чтобы проведать Кэт, узнать, как заживает ее рана. Мег никак не ожидала сама получить такую страшную рану.

Папа… ее собственный папа боялся, что однажды Мег станет похожей на свою мать, что сбудется страшное пророчество, и она станет «Серебряной розой».

Губы Мег дрожали, слезы текли по щекам. Теперь, когда он понял, что она прятала «Книгу теней», он еще тверже убедится в этом.

Мег видела только один путь доказать ему, насколько он был не прав. Надо уничтожить «Серебряную розу» и спасти леди Дэнвер. Единственный путь… если только она сумеет найти в себе смелость сделать это.

Все еще обессиленная событиями прошлой ночи, Кэт снова на ходу задремала. Мартин воспользовался возможностью немного привести себя в порядок. Раздевшись до пояса, он плескал воду на свою обнаженную грудь, когда его спальня была подвергнута нашествию.

Мисс Баттеридор и Мод ворвались к нему, обе обезумевшие и запыхавшиеся, пытающиеся говорить одновременно.

– Ох, мистер Вулф, она убежала, и все по вине Мод.

– Вовсе нет, – возразила Мод и разразилась слезами.

– Конечно, по твоей вине, плаксивая дура. Это же ты помогала ей зашнуровывать ее самое красивое платье.

– Ну от-ткуда мне было з-знать? После всех тех ужас-сов, которые случились с нею вчера, я д-думала, ей хочется од-деться п-понаряд-днее.

– Глупая! Если бы у тебя были хоть какие-то мозги, ты бы…

Мартин вмешался, приказывая обеим замолчать.

– Теперь, мисс Баттеридор, вы расскажите мне. Только хоть немного по порядку, чтобы я смог понять, что, черт возьми, происходит?

– Мисс Мег. Она убежала, – трагически объявила Агата, в то время как Мод плакала в передник.

– Не несите чепуху, женщина, – резко вскинулся Мартин. – После всего пережитого Мег не будет ни столь неосторожна, ни столь глупа, чтобы совершить подобную глупость. Она, скорее всего, просто гуляет в саду.

С глазами, полными слез, Агата покачала головой и вручила ему небольшую свернутую записку. Мартин схватил бумагу со все возрастающей тревогой.

Записку, без всякого сомнения, писала Мег. У его дочери был аккуратный, старательный почерк. Пробежав глазами по коротким строчкам, он выругался:

– Черт побери!

Шум нарушил сон Кэт. Морщась, она попыталась приподняться выше на подушке, и спросила с тревогой:

– Мартин, что происходит?

Вместо ответа он прочитал записку громким встревоженным голосом:

«Папа,

Мне жаль, что я оказалась таким большим разочарованием для тебя. Я очень старалась не стать злой колдуньей, такой, как мама, и я не хочу, чтобы кто-нибудь еще пострадал из-за легенды обо мне. Есть только один путь, которым я могу спасти леди Дэнвер, и для этого мне надо признаться, что я – «Серебряная роза».

Прости меня и вспоминай меня всегда как твою любящую дочь,

Маргарет Вулф»

Мартин едва смог прочитать ее подпись, настолько она была запятнана слезами. Он и сам судорожно сглотнул, чтобы не разрыдаться над ее письмом.

Кэт на этот раз не сделала никаких усилий, чтобы скрыть свои чувства и с глазами, полными слез, воскликнула:

– Милая отважная девочка!

– Отважная? – завопила Агата. – Да моя крошка просто с ума сошла. Детка так и рвется на виселицу!

– Этого не произойдет. – Отшвырнув записку, Мартин начал судорожно искать свои ботинки. – Я отыщу Мег и остановлю ее, прежде чем она доберется до Уолсингема.

– Остановитесь и подумайте, Мартин. Мег ничего не знает об Уолсингеме. Если девочка задумала признаться, в Лондоне есть только одна особа, к которой она направится, и мы оба знаем, кто это.

Мартин застыл, опасаясь, что Кэт была права. А если она была права, следовало спешить еще больше, чтобы успеть перехватить Мег вовремя.

В приемном зале в Уайт-холле толпились придворные и просители, полные надежды поймать взгляд королевы во время ее возвращения из домовой церкви. Любой прилично одетый подданный мог быть допущен в этот зал во дворце.

Мег шла сзади тучного деревенского рыцаря и его жены, пытаясь слиться со стайкой их дочерей, болтавших без умолку. Растворившись в толпе ожидавших, она поразилась, сколько же мужества должна была иметь Елизавета, чтобы так смело шествовать среди своих подданных после стольких заговоров против нее.

Она догадалась о приближении королевы, когда толпа зашевелилась, мужчины сняли шляпы, и по толпе пронеслось: «Боже храни королеву».

Сердце Мег начало биться так быстро, что она с трудом дышала. Она застыла в ожидании появления королевы Елизаветы, с ужасом убеждая себя выполнить задуманное.

Мег понимала, что, если она не пошевелится как можно скорее, ее шанс будет упущен. С жадностью набрав полные легкие воздуха, она бросилась прокладывать себе путь через море шелковых юбок и мужских ног в плотно облегающих рейтузах. Не обращая внимания на упреки и протесты в свой адрес, Мег пробралась в первый ряд собравшихся.

На мгновение она почувствовала себя почти ослепленной головокружительным видением высокой гибкой женщины, которая виделась ей – вся пламя и золото.

В безумно дорогом платье, расшитом драгоценными камнями, шелковая ткань которого раздувалась над широкой юбкой с пижмами.

Не позволяя себе больше ни секунды на размышление, Мег метнулась вперед и опустилась на колени. Она склонила голову, не смея поднять глаза.

– Боже правый! Кто это? – услышала Мег восклицание. Голос был необыкновенно музыкален.

– Ради бога, ваше величество. Я… я умоляю вас… – Мег запнулась, но она не слышала себя за гулом голосов в приемном зале.